Демон отчаяния для разведенки - Нина Матвеева

чувствуется рабочая атмосфера в их «уютном офисе». Хотя, наверно, это было типичное лицо бухгалтера по зарплате, который пытался справиться с квартальными отчётами и текучкой одновременно.

— Катя будет вашей помощницей, по первичным документам, — продолжала главбух, — поэтому её нужно познакомить со всеми участками и рабочими процессами. Можно начать с участка материалов… Валерия Дмитриевна, возьмите Катеньку под крыло первой, хорошо?

Очень хорошо, лучше не придумаешь. Вот и взбодрилась.

Катя перехватила Лерин взгляд и двинулась навстречу, цокая каблучками по линолеуму.

— Валерия Дмитриевна, здравствуйте! — просияла она. — Вы по учёту материалов? Я готова перенимать опыт! — И она даже приложила руку к голове, будто отдавая честь.

— Лера, — сказала Лера, старательно пряча своё разочарование. — Можно просто на ты.

— Лера! — Катя произнесла её имя так, будто получила подарок на новый год. — Я вообще-то тоже не люблю эту официальщину. Если что зовите меня Катей, а то у меня отчество трудно выговариваемое. Я Генриховна. — Она забавно сморщилась, но менее очаровательной от этого не стала. — А дед у меня вообще был Адольф. Правда бабушка всего лишь Маша, это она, кстати, настояла на том, чтобы меня Катей назвали…

Лера несколько мгновений озадаченно переваривала услышанное.

— Хорошо, — сказала она наконец.

— Можно я тут сяду? — Катя указала на пустой стул сбоку от стола. — Ой, какой у вас идеальный порядок на рабочем месте! Знаете, как моя бабушка всегда говорит: чистый стол — чистая совесть!

— … мудрая женщина.

— Ой, да какое там! Она в себе-то бывает редко! И это хорошо, потому тогда она всех вокруг изводить начинает, — сказала Катя, хихикая. — Честно говоря, ей бы имя Адольф больше подошло.

Лера открыла рот, чтобы ответить, но не нашла слов. Её мозг будто просто отказывался обрабатывать такое количество неожиданной информации.

— Давай приступим к учёбе? — предложила она неуверенно.

— Давайте! — Катя хлопнула в ладоши и полезла в сумочку. — Для этого же я тут! Если что я заранее подготовилась. Взяла блокнот, буду записывать самое важное. В универе, кстати, я быстрее всех лекции записывала, у меня потом весь поток конспекты просил. Но это только на первом курсе, а потом уже все узнали, что у меня почерк нечитаемый…

В этот момент Лера перехватила сочувствующий взгляд своей соседки Тани. И только это помогло ей… в общем, помогло.

— Хорошо. Тогда начнём с базы данных.

— База данных! Нам показывали такое на четвёртом курсе, — произнесла Катя с звенящим предвкушением, укладывая блокнот в блестящей обложке на краешек стола. — Я, правда ничего тогда не поняла, но это потому что преподаватель был молодой и симпатичный…

Лера сделала глубокий вдох.

Нужно найти во всём этом хоть что-то положительное. Хоть какой-то плюс. То, что Катя будет помогать в бухгалтерии, вряд ли можно было отнести к плюсам.

Но вдруг хотя бы сегодняшний день пролетит быстрее?

* * *

Берт наблюдал за происходящим с возрастающим недоумением.

Новая девушка — эта Катя, дочь Генриха — была похожа на солнечный луч, случайно упавший в склеп. Она сияла. Берт даже не пожалел вторую печать для чтения ауры, чтобы взглянуть на этот феномен. Энергетическое поле Кати сияло в прямом смысле слова — оно переливалось всеми оттенками пурпурного и розового, что в демоническом зрении выглядело почти неприлично.

Такие люди встречались редко. Не то чтобы они были счастливее других, просто они могли излучать свою жизнерадостность вовне, как маленькие эмоциональные фонарики. С точки зрения демонов отчаяния они были совершенно бесполезны. Питаться их энергией — всё равно что пытаться насытиться паром из чайника.

Однако интересно было не это. Интересно было то, что происходило с Валерией Горшиной, когда эта девочка-фонарик подсела рядом.

Её чёрная броня из отчаяния, такая неподвижная и почти окаменевшая, неожиданно пришла в движение. Берт видел, как на ней появляются искры — крошечные, едва заметные вспышки раздражения, окрашенные в оранжевый, и даже почувствовал себя немного… уязвлённым. Дочери Генриха удалось то, что не удалось ему, сильнейшему демону отчаяния адской канцелярии!

Девушка что-то щебетала про свою кошку, которая однажды залезла в холодильник и застряла там, а чёрная аура Валерии Горшиной уже начала напоминать волнующийся перед бурей океан. Берт даже пожалел, что не мог видеть её лица в этот момент.

— … и представляете, она разгрызла батон колбасы! Я сначала очень смеялась, но потом подумала — вдруг она упаковки наелась? А что если она не выйдет из неё? Упаковка, в смысле. Ну, вы понимаете, да…?

— Кать, — Лера издала нервный вздох. — Нам нужно вернуться к базе данных.

— Ой, да-да, конечно! Простите, что отвлеклась! Просто вы так внимательно слушаете, и мне хочется рассказать что-нибудь интересное. Но за кошку вы не переживайте — с ней всё в порядке. Хотя у ветеринара она такой концерт устроила…

Берт смотрел, как оранжевые искры в ауре Леры множатся и разгораются. Она раздражалась. Наверно, даже злилась. Не сдержав любопытства, он снова приблизился к её столу и быстро перехватил очередной всполох энергии. Девушка-фонарик отреагировала на приближение Берта очень остро.

— Ух, как холодом повеяло! — воскликнула она, дёрнувшись на месте.

А Валерия Горшина даже не шелохнулась.

Поглотив очередную порцию её энергетики, Берт лишь сильнее утвердился во мнении, что его жертва была не так проста. Одного крошечного всполоха отчаяния, заряженного бессильной злостью и раздражением, хватило, чтобы его собственная сила неконтролируемо всколыхнулась. Берт едва удержал этот всплеск. Две сотрудницы, что в тот момент находились всех ближе, беспокойно переместились в противоположный угол офиса.

До него доносились обрывки жалоб на гуляющие сквозняки и на дурное самочувствие, но всё это совсем его не заботило, ведь в голове неожиданно зародилось некое подобие плана.

Да, пока что он едва ли мог поцарапать броню Валерии Горшиной. Но если ему удастся напитаться отчаянием от неё, то этот панцирь наверняка станет тоньше. А сам Берт станет сильнее.

И тогда он сможет разбить её защиту.

Новая тактика выглядела безупречно, в ней даже имелись неплохие бонусы для него самого — в конце концов, не каждый раз демону отчаяния попадается такая идеальная батарейка. Она точно сделает его сильнее.

Испытывая мрачное предвкушение, Берт снова шагнул к своей жертве.

Рано радоваться

Лера стояла на автобусной остановке и пыталась понять, что с ней не так.

Вернее, что так. Потому что обычно