Двадцать два несчастья. Том 4 - Данияр Саматович Сугралинов

не «ковыряние в кишках», Галина Павловна. Моя миссия — это сорок восемь часов на ногах, чтобы ваш сын или отец не остался инвалидом. Это решение, от которого зависит, увидит ли завтра чья-то жена своих детей. И нет, я не вхожу ни в какие комитеты. Мне просто некогда этим заниматься. Потому что я вхожу в больничные палаты к тем, кому ваши комитеты, увы, уже никак не помогут. Моя благотворительность не котируется на уровне шик-пати. Она проходит в операционной в три часа ночи, когда я оперирую умирающего человека, у которого нет ни страховки, ни связей, ни вашего жемчуга. И поверьте, после того как его сердце снова начинает биться, вопрос о том, «ковырялся» ли я в его кишках и как именно, кажется категорически неуместным.

— Что ж, браво! Красиво сказано! — усмехнулась Галина Павловна, нимало не обидевшись. — Предлагаю за это выпить! За вашу благородную миссию, Сергей Николаевич!

Все пригубили шипучие напитки. Напряжение ощутимо спало, и я понял, что этот цеховой кастинг прошел успешно.

Но не успел я пригубить шампанское, как среди гостей произошло оживление.

— Виталий и Николь! — прошелестело в задних рядах.

Я оглянулся: в зал входили статный мужчина, похожий на Джорджа Клуни, и фантастически красивая молодая женщина.

Я аж глаза протер.

Невероятно! Эту женщину я хорошо знал по своей прошлой жизни!

Глава 14

Они прошли мимо нас, поздоровались с присутствующими, а с некоторыми близко знакомыми Виталий обменялся рукопожатиями. Взгляд Николь равнодушно скользнул по мне и перескочил на других гостей: конечно же, в личине Сереги Епиходова из Казани она и не могла меня узнать. Ведь она знала того, другого Сергея Николаевича Епиходова, знаменитого ученого и академика с большими связями. Сейчас же перед ней был какой-то невзрачный и невыдающийся мужчина с явно невеликим доходом, а на таких Николь внимания не обращала никогда.

Однако я ее узнал. Это точно была она, Николь — известная аферистка из богемной среды. Вспомнилось, как она практически на моих глазах облапошила одного нашего знакомого, бизнесмена уровня выше среднего, владельца сети пекарен. Увела его из семьи, раздела до нитки и затем, когда деньги закончились, а бизнес развалился, бросила.

Алису Олеговну я обнаружил в лаунж-зоне. Здесь, в отличие от остальных залов, было по-настоящему тепло и даже уютно. Она стояла, незаметно опираясь на низкую тумбу из оникса, которая выполняла функцию мини-бара, среди пестрой стайки светских львиц и о чем-то воодушевленно с ними щебетала. По ее напряженным плечам я видел, чего ей эта веселость стоила.

Подойти к женщинам, которые коллективно вышли на тропу войны, было чревато. Потому что они сейчас с удовольствием всей дружной стайкой набросятся на меня, и я потрачу доброе количество времени, отбиваясь от их нападок. Но, с другой стороны, то, что я узнал Николь, нужно было донести до Алисы Олеговны срочно.

Невольно я вспомнил ее вздувшиеся мозолями красные пальцы на ногах. Как она терпела такую боль в этих хрустальных туфлях, чтобы что-то доказать Виталию, своему бывшему мужу. И вот теперь доказывать уже ничего и не надо. Он уже отработанный элемент, просто еще об этом не знает: и не пройдет пары месяцев, как Николь обнаружит, что Алиса Олеговна не оставила ему совершенно никаких денег, и тогда бросит его.

Так что здесь даже думать не приходилось. Однако Николь — такой человек, что может начать мстить и самой Алисе Олеговне, даже судиться с ней. Тут вариантов много, поэтому все-таки надо было предупредить.

Я подошел к женщинам, так как других вариантов не видел, и сказал:

— Алиса Олеговна, на минуточку.

Все разговоры мгновенно утихли, и на меня повернулись хорошенькие, красивые, а также условно красивые (те, что с помощью пластических хирургов) лица. Все они были ухоженные и холеные.

— О-о-о, мужчина, — протяжно произнесла рыжая женщина с янтарно-карими глазами, глядя на меня с непонятным выражением лица. — Еще и молоденький! Девочки, смотрите, мужчина!

Девочки в возрасте от двадцати пяти до семидесяти пяти уставились на меня с совершенно разными выражениями во взглядах. Эмпатический модуль выдал мне их эмоции: от удивленного любопытства, настороженности, вежливости до пренебрежения, злорадства и даже отвращения.

Алиса Олеговна, сообразив, что я вот-вот сейчас угожу им на когти, сказала, лучезарно улыбаясь:

— Девочки, мы буквально на минуточку!

И попыталась подойти ко мне. Однако этот трюк не удался.

Та же самая рыжая кареглазка, прищурившись, сказала:

— Да, Алисочка, мы слышали, что у тебя появилась новая игрушка. Но не думали, что ты любишь э-э-э… вот таких вот…

— Каких? — вспыхнула Алиса.

— Ну, мы всегда думали, что тебе нравятся мускулистые жеребцы, которые будут отрабатывать свое содержание по полной программе…

Она обидно засмеялась.

Я раздумывал, что ей ответить такого достойного, но чтобы вежливо, как вдруг контур смеющейся женщины Система обвела красным!

Диагностика завершена.

Основные показатели: температура 36,8 °C, ЧСС 82, АД 135/88, ЧДД 16.

Обнаружены аномалии:

— Опухоль ободочной кишки (2,3 см, начальная стадия).

— Частичная кишечная непроходимость.

— Хроническая гипоальбуминемия.

— Железодефицитная анемия (легкая степень).

Рекомендации:

— Правосторонняя гемиколэктомия.

— Предоперационная подготовка: коррекция белкового обмена, препараты железа.

— Срок до критического ухудшения: 8–12 месяцев.

Наступила тишина. Все дамочки приготовились выслушать мой ответ и сразу же забросать язвительными комментариями.

Но я посмотрел на кареглазку и сказал совсем не то, что все ожидали.

— Про мускулистых жеребцов рассуждать приятно, когда здоровье не подводит. А у вас, дамочка, судя по всему, ситуация требует скорейшего внимания онкологов. Предполагаю, впрочем, с большой вероятностью, что у вас опухоль восходящей ободочной кишки. Что обнадеживает, начальная стадия, но уже с признаками частичной непроходимости. Сейчас еще можно обойтись малоинвазивным вмешательством, но окно возможностей не бесконечно. Так что вместо шампанского на вечеринках советую уделить время обследованию. Колоноскопия, биопсия, консультация хирурга-онколога. Чем раньше, тем проще будет решить проблему. А жеребцы никуда не денутся — подождут.

Девочки заохали. Одна из них протянула:

— Какой хам! Нахал!

Роковая рыжая не нашла, что ответить, а я продолжил спокойным профессиональным тоном:

— Вас ведь мучает тошнота по утрам, тянущие боли внизу живота, запоры, а к вечеру отекают ноги, правильно?

От неожиданности рыжая ошеломленно кивнула. Глаза у нее стали огромными и перепуганными.

— Поймите, сейчас это ранняя стадия, — сказал я. — Если поторопитесь, можно обойтись малоинвазивной операцией и избежать серьезных последствий. Но, если будете тянуть и дальше распивать алкоголь на вечеринках