Кастелламмарская война. Том 2 - Наиль Эдуардович Выборнов

— Но ты мог не одобрить, — сказал Стив. — Ты ведь можешь отказать ему, вернуть меня или поставить кого-то другого. Ты босс, Джо.

— И зачем мне это делать? — спросил Массерия.

— Что ты имеешь в виду? — удивился Паппалардо.

— Ну вот зачем мне ссориться с Лучано? Если он не работает на Маранцано сейчас, а я уверен, что он не работает, то, если я отменю решение сходки, он просто перейдет на его сторону. Открыто. И все остальные тоже меня не поймут. Ну так зачем мне это делать?

— Но этот ублюдок… Он ведь все подстроил, Джо! Он специально подставился, чтобы Гальтиери его заметил.

Массерия посмотрел на него долгим взглядом.

— Где ты взял его номер? — спросил он.

— Что? — не понял Стив.

— Где ты взял его номер? Когда я звонил ему. Наверное, ты позвонил его человеку, и спросил, как можно связаться с Чарли? Он ведь тоже прячется, пусть и не как я.

— Нет, мой человек, он следил за ним, и просто сказал мне номер отеля…

— Ну вот… — Массерия покачал головой. — Тогда-то он все и понял. Все-таки ты кретин, Стив.

Паппалардо вдруг стало нестерпимо стыдно. Как вообще мог проколоться на такой мелочи?

— Да, — сказал он. — Я — кретин, может быть. Но я уверен, что Лучано предатель. Он работает на Маранцано.

— Уверен? — Массерия чуть приподнял бровь. — Так докажи. Принеси доказательства. Свидетеля, который видел их вместе, письмо, записку, что угодно. Принеси мне это, и я убью его собственными руками. Но пока у тебя ничего нет, кроме твоей ненависти.

Это было жестоко, и Массерия это знал. Стив побледнел еще сильнее. Но Джо-боссу надо было привести его в чувство. Потому что он мог натворить глупостей, попытаться убрать Лучано. А убийство без санкции босса… Его убили бы свои же.

А Паппалардо все-таки был ему нужен.

— Стив, — Массерия смягчил тон. — Я тебя ценю, ты верен мне, и я это знаю. Но ты облажался. Тебе остается только признать это и идти дальше.

— Что мне делать, босс? — спросил он, наконец.

— Сидеть тихо, — ответил Массерия. — Не лезть к Лучано, не лезть к другим капо. Еще лучше — слушайся его. Мы на войне, и пока что должны воевать. А эти ублюдки… Убили Гальярди. А мы смогли убрать только Валли из крупных фигур, да и то это сделал сам Лучано.

Стив снова нахмурился, но босс спокойно продолжил:

— Война закончится, все успокоится, и мы найдем тебе новое место. Капишь?

— Понял, — с трудом выдавил из себя Паппалардо.

— И больше никакой слежки, — добавил Массерия. — Ни за Лучано, ни за кем-то еще. Ты и так уже натворил достаточно. Все, давай посидим, разделим эту чертову курицу и выпьем вина. Ты далеко припарковался?

— Нет, здесь, под окном.

— Ты же знаешь, что так делать нельзя, — нахмурился Массерия. — Ладно, подожди, я сейчас посмотрю.

Он поднялся, чуть отодвинул штору и посмотрел в окно. Но ничего особенного там не увидел.

* * *

Ирвинг стоял в телефонной будке, которая удачно располагалась под одним из неработающих фонарей, и смотрел на дом. Адрес он уже записал в блокнот, а теперь стоял, держа трубку у уха, хотя никому не звонил. Адрес он завтра передаст мистеру Сигелу, тот расскажет обо всем мистеру Лучано, и его работа будет закончена. Единственная проблема — он не знал квартиры. И это было плохо.

Поэтому он и остался и наблюдал за окнами дома, куда вошел Паппалардо. Может быть, там загорится свет, может быть, еще что-то случится.

Но нет. Прошло уже минут десять, но ничего не происходило. Но он терпеливо ждал.

Ирвинг не знал, зачем это нужно, и что из этого выйдет. Сигел ценил его именно за то, что он не задавал лишних вопросов, и не важно, чего это касалось — когда надо было выбить кому-то зубы и сломать кости, когда нужно было убить кого-то, или когда требовалось за кем-то проследить. Он просто делал.

Именно поэтому он считался хорошим солдатом. Ему давали приказ, и он его выполнял.

А потом в одном из окон на секунду открылась штора, и оттуда появился отблеск света, скорее всего, керосиновой лампы. Ирвинг усмехнулся. Вот и все, нужное окно.

Он записал адрес, убедился, что штора закрылась, и двинулся прочь, туда, где осталась его машина.

Глава 13

Следующий день я провел в делах, и самым важных из них, естественно, была подготовка покушения на Маранцано. Я даже думал о том, что, возможно, стоит отказаться от плана с фальшивым, и в действительности попытаться убрать Сэла. Но в итоге передумал.

Он мне еще нужен, это во-первых. А во-вторых, если настоящее покушение провалится, то он вполне может пустить слух о том, что первое было фальшивым. И что Минео, Ферриньо и Морелло были убиты по моей наводке. И тогда мне конец — это однозначно.

Но мы успели все подготовить за один день, пусть это и было сложно.

В пятницу я приехал на Парк-авеню к половине девятого утра. Вышел из такси за два квартала от здания и пошел пешком, не торопясь. Разглядывал витрины и окрестности, изображая из себя праздного прохожего. К тому же это был деловой центр города, так что мой вид никого не удивлял — здесь было достаточно народа в дорогих костюмах, которые приехали по своим делам.

Офис «Игл Билдинг Корпорейшн» — компании по продаже недвижимости, выступавшей основным прикрытием для нелегальных дел Маранцано, находился в здании между Сорок Шестой и Сорок Седьмой. Там он официально принимал посетителей и вел свои дела, и что немаловажно — это было абсолютно легально. Ни один полицейский, заглянув туда, не нашел бы ничего подозрительного. Это был просто образцовый бизнес.

По дороге я взял несколько газет у мальчишек-разносчиков, выдав им дайм на всех. Потом вошел в кафе, которое хорошо подходило в качестве наблюдательного пункта, заказал кофе и попросил оставить сразу весь кофейник. Сел у окна.

Оттуда хорошо просматривалась улица перед зданием Маранцано, но его Паккарда пока что не было — босс еще не приехал. Так что я набулькал себе чашечку, сделал несколько глотков, а потом закурил сигарету, раскрыв одну из газет. Новости, конечно, были тревожными: о том, что безработица росла, но Гувер, пусть и признавал проблему, все еще обещал ее решить.

Не решит. Попытается, конечно, но у него ничего не получится.

А мне же оставалось только ждать и думать о новых вводных, которые я получил вчера.

Мы встретились с