Мастер Трав. Том 7 - Ваня Мордорский

Вот как… шесть часов?

Для меня, по внутренним ощущениям, прошло не больше получаса.

— Я думал… полчаса. — ответил я.

— Да… затянуло тебя, — ответил Грэм, — Я, честно говоря, пару раз думал, что ты либо просто спишь, либо дуб тебя сожрал. Но ты иногда что-то бурчал, говорил и дергался. Поэтому я решил не трогать. Тем более, никаких внешних изменений в тебе не было.

Я кивнул.

— Ну и твои питомцы были спокойны, — добавил Грэм, — Думаю, случись с тобой, по ним было бы видно. Этот, — он почесал Седого за ушком, дотянувшись рукой, — Вообще дрых, а твоя лиана и этот клубень тоже не показывали ничего такого. Лиана продолжала круги наматывать, а клубень пару раз вынырнул да и вернулся обратно в землю.

Скиталец, я почувствовал через связь, был на расстоянии десятка метров, и продолжал что-то искать.

Ладно, пора привести тело в порядок, а то как истукан.

Я попытался поднять руку, чтобы потереть лицо, и рука… дернулась. Не послушалась как следует. Прошла на полпальца короче, чем я думал. Странно. Я снова попытался — пошло уже лучше, но всё равно с задержкой. Будто между моим приказом и движением вставала маленькая, тонкая прослойка. Ноги и вовсе онемели и когда я попытался встать, то тут же рухнул на землю.

Или дело тут не только в онемении?

Я попытался шевельнуть пальцами на ноге. Они шевельнулись, но как-то медленно, по-чужому. Тогда я снова попытался встать. И понял, что не могу, тело не понимало, как. Будто за эти шесть часов слияния оно разучилось подчиняться моим командам. На мгновение стало страшно, а потом я себя успокоил. Ничего, сейчас, просто… отвык.

И улыбнулся этой мысли. Отвык за шесть часов?

— Тебе помочь? — спросил обеспокоенно Грэм, глядя на мои попытки встать.

— Нет-нет, — махнул я головой, — Я сам… Тут и ноги затекли, и что-то другое.

Я прислушался к себе. Возникло ощущение, будто внутри оставалось что-то от дуба.

Попытки с десятой я нормально встал и в ноги вернулось привычное ощущение подвижности.

Еще одним способом прийти в себя стало сердце: я приложил руку к нему и этот быстрый пульс жизни напомнил мне, что я человек и что все последствия, которые я сейчас ощущаю, на самом деле не телесные, а психологические. Мозг не перестроился.

Я немного постоял с закрытыми глазами, подышал и вновь открыл глаза.

Если в первые моменты после слияния мелькнула мысль прямо сегодня взять и добить проценты Дара, то теперь она исчезла. В таком состоянии, в каком я был сейчас, это просто невозможно. Да и если верить Грэму, прошло уже шесть часов.

Ладно, пора домой, а Грэму — показать метки алхимикам. Я понимал, что мы и сами могли взять и срубить куски с метками и в теории сжечь их, но что если этого от нас и ждут, что если это как и с ржавой живой не будет решением проблемы? Может, такие метки превратятся в тот черный туман Сумрачья, о котором говорил Грэм. Не мог же тот, кто ставил их, не предусмотреть подобного варианта развития события? Мог, и значит был уверен, что их так просто уничтожить не выйдет.

— Дед, можешь набрать сока дуба? — взглянул я на него, — Мне он сегодня понадобится. Я сейчас немного не в состоянии.

Я поднял руку, которая немного дрожала.

— Точно нужен сегодня?

— Да, буду душильника в него окунать. Пусть тоже закаляется.

Грэм хохотнул, а потом серьезно сказал.

— Ладно, только не очень много, потому что я и так задержался. Я думал мы с алхимиками к этому времени уже все метки обойдем.

Я кивнул.

— Сейчас наберу, — он подхватил топор, взял кувшин из моей корзины и двинулся к одному из ближних дубов.

Он отошел шагов на двадцать. Я слышал, как он коротко прорубил кору и подставил кувшин и трубкой. Я видел как потек вязкий густой сок.

Пока Грэм набирал сок, я расхаживался и обратно привыкал к телу. Седой перелетел ко мне на плечо.

Я сделал с десяток шагов возле дуба, с которым произошло слияние, а потом прикоснулся к нему рукой и мысленно поблагодарил. Вряд ли он это ощутил, но так было надо.

После я сделал шаг назад и взглянул на корень, из которого выстрелила игла, меня уколовшая.

Стоп, а это еще что-то такое?

Я присел на всё еще дрожащих ногах и присмотрелся к корню повнимательнее. На сером, почти металлическом боку железного корня — там, где он впился в меня, — тянулась тонкая, едва заметная зелёная прожилка размером с волос. Свежая, живая и чуть пульсирующая. Словно зарубцевалась свежая рана.

Я смотрел на нее почти минуту, даже осторожно прикоснулся пальцем.

Это была моя кровь — точнее то, во что ее превратил дуб. Кровь, перекованная огромной медлительной силой дуба во что-то новое. Маленькая зеленая вена в железе. Он точно знал, что моя кровь ценна и поэтому отдал столько живы за нее. Видимо он ощутил в моей крови какую-то возможность для себя. Но какую?

Кровь Симбионта. Если она действительно имеет ценность, то мне нельзя, чтобы она куда-то попадала просто так. Но… меня уже колол однажды железный дуб и никаких зеленых прожилок на нем не было. Вообще ничего. Что изменилось? Что стало по другому?

Голова не соображала, я не мог понять, в чем было отличие.

Нет, узнаю я это только с помощью Анализа.

Я прикоснулся к зеленой прожилке и только хотел использовать Анализ, как он… не сработал.

Система будто отказывалась делать Анализ — слишком большой в моей голове сейчас сумбур и перенапряжение.

Так бывало уже, когда я был на грани своего лимита. И сейчас система посчитала, что я на пределе.

— Готово, — раздался голос Грэма за спиной.

Я выпрямился слишком резко, и за это заплатил головокружением. Но таки устоял на ногах

— Та-ак, — протянул Грэм, наблюдая за тем, как я пошатываюсь. — Что-то ты совсем плохо ходишь, Элиас. Давай, опирайся, помогу. Это не дело, мы так год будем идти.

— Я сам…

— Опирайся, говорю.

И я оперся. Что тут выделываться и говорить, что дойду сам, если сил действительно нет?..

Мы забрали корзины, Седой всё так же сидел на мне, Виа двинулась следом за нами, а Скиталец неохотно покинул железные дубы. Что-то ему тут понравилось.

Всего месяц назад я сам тащил на себе Грэма рывками, используя усиление, а теперь всё происходит с