Голодные звёзды - Данияр Саматович Сугралинов

— Да гонит она, изворачивается вон как! — блеснул антисемитизмом Макс. — Выкрутится! Они это могут! Мы же гои для них. Ты чтишь шаббат, гверет Руфина?

— Я атеистка, — отрезала Руфина.

— Макс, прекрати, — вслух сказал я. — Все мы — люди, и должны держаться вместе.

— Ты еще скажи, что это евреи Жатву устроили, — не стерпел Дарон, получил тычок от Руфины и смолк, набычился.

— Жатву проводят не евреи, согласен, тут ваш боженька облажался, — Макс развел руками. — Но кто знает, может жнецов так вы достали, что они из-за вас все это замутили?

— Заткнись уже, — поморщился я. — Угомонись, Тернер.

И продолжил:

— Лиза с Руфины еще до боя уровни сняла, перераспределила нашим. Кое-кто благодаря этому ходит сейчас живой. Считаю, что она искупила вину, и нужно дать ей шанс. — Я поднял руку. — Кто еще за Руфину?

Как и думал, все новенькие были за и почти все наши. Так, тридцать пять… тридцать восемь поднятых рук, кворум есть, дальше можно не считать.

Тетыща понял, что нужно делать, снял с женщины наручники, и я принял ее в клан.

Руфина моргнула, выдохнула, чуть осела и впервые за вечер прислонилась — к Дарону, бок о бок. И устало улыбнулась мне, одними губами прошептав: «Спасибо».

Пришла очередь Дарона. Он посмотрел на Лизу и проговорил:

— Руфина все уже сказала. Подписываюсь. Предавать клан не в наших интересах, обещаю служить честно.

Лиза кивнула. Тетыща и его освободил, я его принял, и вертикальная морщина между бровей Дарона исчезла, лицо стало благостным.

— Спасибо, — сказал он. — Как же хорошо стало!

Араб, переминающийся с ноги на ногу, заглянул мне в глаза и затараторил:

— Не предам, брат, клянусь! Понимаю, я никому не интересен с первым уровнем. Но я много всего умею. Возьмите в клан! Клянусь Всевышним, буду верным слугой!

Казалось, он вот-вот брякнется на колени. Если бы я заставил его есть дерьмо, съел бы, любое унижение стерпел. Израильтяне смотрели на него с брезгливостью. Мне и самому было противно наблюдать торжество человеческой трусости.

— Голосуем за Мухаммеда Аль-Хаддада. Кто за?

И снова подняли руки монахини, и ситниковцы. И Макс. Лиза. Часть филиппинцев… Анна, не опуская руки, проговорила:

— Господь принимает всякого, кто пришел с раскаянием.

Эстер кивнула:

— Лишние руки не помешают.

Этого хватило.

— Есть кворум, — объявил я. — Принят в клан.

Тетыща, Рамиз, Вика не голосовали — видимо, были против. Рамиз глянул на Мухаммеда коротко, оценивающе, и отвернулся. Очевидно, не гордился поведением единоверца.

Тем временем Бергман, после того, как я принял в клан араба, снял с пленника наручники, и он просиял, упал на колени.

— Спасибо! Благослови тебя Аллах! Я отработаю, клянусь!

Похоже, он не понял, что я был против. Просто потому, что нельзя ни в чем полагаться на трусов. Но с его первым уровнем быть бедолаге разнорабочим.

— Остались двое из клана Хесуса Юпанки, — отчеканил Тетыща. — Что по ним?

— Ну не упрашивать же их. Не хотят перуанцы — не надо. Перераспределим их уровни между отстающими, потому что нам с них ничего не капнет. А потом отпустим за куполом и пусть делают что хотят: самоубиваются, чилят на пляже, кидаются на купол. Лиза, сделаешь?

Она кивнула.

— Да, с ними проще. Кажется, что они — агрессивные животные. Глаза таращат, челюстями щелкают, проклинают. А кому распределим уровни? Я бы самых толковых прокачала.

— Не получится. Самые толковые выше двадцатых, там если два уровня получится, хорошо. А у низкоуровневых конвертация может быть и один к одному.

— Согласна, — кивнула она.

— Давайте праздновать! — предложил Абай-дроновод, подняв флягу. — Праздновать новый день! У вас есть бухач?

— Погодите! — вскинул руки я. — Нам с Лизой надо проапгрейдить базу. Помните, в прошлые разы она становилась надолго уязвимой? Лучше перестраховаться и успеть пораньше. Закроем этот вопрос и продолжим торжественную часть… с привкусом потерь. Тем более у меня есть кое-что для особо отличившихся. Лиза, сколько времени у нас займет апгрейд?

Она задумалась, пожала плечами.

— Запустим процесс, а там видно будет. Надо выбрать еще, что апгрейдить.

Я обратился к общественности:

— Нам нужно полчаса. Пока отдыхайте, общайтесь и ждите сюрпризов.

Сергеич, Репях, Марко и Эстер ушли готовить «ковбаску», остальные занялись кто чем. Араб растерянно озирался, израильтяне держались вместе — напряженные, будто готовые отбиваться в любой момент.

— На какую сумму ориентируемся? — спросила Лиза.

— Семьсот миллионов. Надо, чтобы на счету всегда были деньги — на случай, если в магазине появится что-то полезное. Вдруг это что-то окажется жизненно необходимым. Та же финальная деталь для портала, ведь непонятно, что отчебучит разумный корабль.

— Согласна, — кивнула Лиза. — А вот спальные места нужны, но их будет всего сорок, когда нас шестьдесят шесть… шестьдесят девять уже. Выходит, спальные модули — для избранных? Неправильно это. Куда остальных девать?

— Жилой берем первым: сорок коек лучше двадцати, остальных пока разместим как-нибудь. Подумаем об этом позже. Покупаем!

Восемьдесят миллионов списались со счета.

— Давай сперва самое нужное, остальное — если денег хватит. Необходимое по мере актуальности: «Маскировочный экран», «Ремонтный дрон II», «Расширение медблока», «Радар дальнего обнаружения», «Лаборатория алхимии».

— Четыреста пятьдесят пять миллионов минус, — отчитался я.

— На карцер хватает, — сказала Лиза.

— Пленные у нас не предвидятся, так что ну его. Лучше купим экипировку для новеньких или уровни — отстающим. Качаться-то не на ком.

Внимание, чистильщик Денис Рокотов!

Запущена установка оборонительных модулей III ранга:

— «Расширение жилого модуля II»;

— «Расширение медблока»;

— «Маскировочный экран»;

— «Радар дальнего обнаружения»;

— «Лаборатория алхимии»;

— «Ремонтный дрон II».

Расчетное время монтажа: 30 минут. На время монтажа защитные системы базы переведены в режим ограниченного функционирования.

В клановом чате я объявил, что процесс запущен, перечислил улучшения базы. Сергеич тотчас отозвался:

— Празднуем!

В этот момент из лазарета приковылял помятый, но не сломленный Семецкий. Ситниковцы окружили его, стали жать руки, хлопать по спине.

— А есть че выпить? — спросил Макс у меня.

— Надо Сергеича потрясти. Вдруг он раскулачится.

— Как Буратино. Я понял, ща вытрясем.

Макс побежал к базе. К шашлыку сместился Рамиз и задумчиво проговорил:

— Эх, мало времени прошло. Мясо будет жестким.

— На дольше хватит, — успокоил его Вечный. — Ну что — на решетку?

Шампуров у нас не оказалось, пришлось пользоваться решетками.

Из базы вышли Макс и Сергеич с бутылками в ведре. Это был местный ром. Два приятеля, передавая бутылку друг другу, прикладывались к горлышку.

— Как там колбаса? — крикнула Вика, подбрасывая в костер ветки.

Они были сырыми, потому дымили. Рамиз выложил первые партии шашлыка, который не только жарился, но и коптился.

Народ налетел на