Отряд истребителей - Ж. К. ДеРоса

Гаррикс же настаивал на том, чтобы я попрактиковалась на других видах сверхов, помимо соседствующих со мной фейри. Так мы и оказались в лесу: крались по нему, выслеживая мне жертву. Моя кожа покрылась мурашками, каждый нерв был на пределе.

– Хорошо, давай покончим с этим.

– Умница. – Гаррикс вышел из-за деревьев, и ушки зайчика дернулись. Прежде чем девушка успела убежать, из кончиков пальцев отца вырвался фиолетовый свет и обездвижил испуганного кролика. – Трансформарем! – выкрикнул он.

Пушистое создание затряслось, его ноги начали вытягиваться, а туловище увеличиваться. Длинные коричневые уши уменьшились, а рыжевато-бурая шерсть поредела. Я зажмурилась на мгновение и затем увидела совершенно обнаженную Рубу, съежившуюся посреди поляны.

Терзаясь чувством вины, я притаилась за деревом. Гаррикс медленно подошел к девушке с поднятыми руками.

– Все хорошо, крошка. Тебя никто не обидит. – Он щелкнул пальцами, и одежда прикрыла обнаженную фигуру.

Что-то похожее на улыбку тронуло дрожащие губы Руби, когда он проговорил:

– Дормите.

Ее глаза закрылись, и, прежде чем девушка упала на заснеженную землю, Гаррикс подхватил ее, удерживая в вертикальном положении. Он повернулся к лесной границе, где я все еще пряталась за огромной сосной.

– Луна, она в твоем распоряжении.

Я сжала кулаки и подошла к ним.

– Я в последний раз задействую студента.

– Да, конечно. Как пожелаешь.

Я сосредоточила свою энергию на безжизненном теле девушки, и по моей коже пробежали мурашки. Плоть зудела так, словно по мне ползал миллион маленьких паучков. Я почувствовала знакомое притяжение, а после – разрыв, когда моя сущность отделилась от внутренностей.

Я на мгновение воспарила над собственным телом, прежде чем погрузилась в Руби. Мой дух наполнил ее нутро, проникнув в каждый укромный уголок. Даже внутри девушка была теплой и пушистой. Чувство вины обострилось еще сильнее. Как бы я отнеслась к тому, если бы кто-то вторгся в мое тело?

– Луна?

Ощущения вернулись, и я осознала, что стою, привалившись к Гарриксу. Я отстранилась от него и прошлась на ногах Руби. Внутри девушки пульсировала магия. Не такая сильная, как у некоторых других студентов, в которых я побывала, но все же неслась она потоком.

Гаррикс наблюдал за мной, в его ярких кобальтовых глазах сверкнуло что-то похожее на гордость.

– Теперь я хочу, чтобы ты, находясь в ее теле, попрактиковалась оборачиваться.

– Поэтому ты выбрал ее?

Он кивнул:

– Решил, что начать с нее будет проще всего. С драконами, волками, львами и медведями немного сложнее.

Ух, я не представляла себя ни одним из этих существ. Погодите-ка, но драконом я смогу летать. Мое сердце забилось чаще от этой мысли. Именно поэтому кожевратство скверно. Эта сила слишком заманчива, чересчур соблазнительна.

– Как только будешь готова.

Я принялась искать источник магии Руби и обнаружила блестящую белую сферу. Она была сияющей и чистой, как эмоции, парящие внутри девушки. Я задумалась, как выглядит моя магия. Что-то подсказывало, что она не будет такой же безупречно светлой.

Моя магия обвилась вокруг сияющего круга. Наши силы соединились, распирая мою грудь, как воздушный шарик.

– Теперь оборачивайся, – приказал Гаррикс.

Точно. Я обратила мысли внутрь и сфокусировалась на образе пушистого зайчонка. Телу потребовалась всего секунда, чтобы отреагировать. Нутро задрожало, и тысячи крошечных землетрясений сотрясли мою душу. Кости сжались, начали сгибаться и менять форму. С губ сорвался крик, когда по всей длине позвоночника раздался хруст. Твоего ж оборота! Это адски больно. Тело кричало мне остановиться, и я почти поддалась, когда подкралась темнота.

– Ты почти справилась, Луна. Не сдавайся! – Голос Гаррикса заземлил меня, и я подавила агонию.

Обжигающий жар разлился по венам, раскалив кровь. Я попыталась крикнуть еще раз, но вместо крика пушистые губы разжались со странным писком. Мои глаза распахнулись, когда звуки и запахи леса усилились. Нос дернулся, а белые усики затрепетали по бокам зрения.

Под защитой толстой меховой шубки от ледяного холода я оттолкнулась задними лапами и запрыгала по снегу. Я описала широкий круг по поляне, практически не ощущая на себе пристального взгляда Гаррикса. Мое крошечное заячье сердце бешено стучало, его удары отдавались намного чаще, чем у обычного человека.

Чувствуя манящие запахи леса, я пронеслась мимо Гаррикса к подступающей лесной границе. Мыши сновали по опавшей листве, а странные насекомые напевали свою мелодию в тишине.

Краем глаза я заметила промелькнувшую черную тень и резко повернула голову влево. Мой острый взгляд остановился на густых зарослях деревьев, но там ничто не шелохнулось. Как знать, какие лесные существа обитали в этой чаще? Меньше всего мне хотелось стать чьим-то обедом.

Волоски у меня на затылке встали дыбом, заячьи чувства обострились. Здесь сновал хищник, а я была его добычей. Я ощущала это каждой клеточкой своего кроличьего существа.

Я помчалась обратно через лес так быстро, насколько позволяли лапы. Облегчение наступило лишь в момент, когда я добралась до поляны и нашла Гаррикса. Не тратя ни секунды, я обернулась в человека… ну, или в Руби.

В этот раз превращение было не таким болезненным. Кости хрустели, а сухожилия растягивались без той неистовой и мучительной агонии. К тому же я не закричала. Пока не оказалась голой на зимнем морозе. Я обхватила свое обнаженное тело, и Гаррикс накинул на меня одежду.

Это было неловко.

– Молодец, – похвалил Гаррикс, когда я пришла в себя.

– Спасибо. – Я оглянулась на темнеющий лес, и по позвоночнику пробежал холодок. – Мне показалось, что за мной кто-то следил.

Он осмотрелся и нахмурился.

– Возможно, дикое животное.

– Это обнадеживает. В следующий раз, пожалуй, стоит попробовать что-то менее жертвенное и чуть более хищное.

Его глаза сверкнули.

– Я ждал, когда ты попросишь.

– Но не в академии, Гаррикс. Я живу здесь и не хочу, чтобы Киллиан вышвырнул меня за вопиющее нарушение правил.

Отец отмахнулся и цокнул:

– Этот ангел-хранитель никогда так не поступит. Это не в его характере. Он будет защищать тебя ценой своей жизни до тех пор, пока его сердце принадлежит твоей сестре.

Мою душу кольнула грусть. Бедный Киллиан так и не забыл Кимми-Джейн. Я надеялась, что однажды он обретет то счастье, которое заслуживает.

Прислонившись к дереву, я взглянула на свое опустевшее тело. Его вид все еще казался мне сюрреалистичным.

– Возвращаюсь обратно. – Я указала на себя, но не на себя. – Хочу переместиться, я очень устала.

– Хорошо. Ты сегодня отлично поработала и потратила много магической энергии. Ты, должно быть, измотана.

До академии мы добирались молча. Мне было более чем достаточно компании собственных мыслей, которые кружили