С любовью. Стая - Сергей Анатольевич Кусков

и тут я безжалостен — физика не сможет подтвердить её наличие, пока мы не запустим аппарат над диском галактики, это фундаментальное ограничение, в отличие от остальных объектов, существование которых мы подтвердить сможем… Скажем так, в обозримом но далёком будущем.

— Какое интересное кино! — потянула Ольга и вздохнула, поймав себя на мысли, что всё это время почти не дышала.

— Она пришла к одному из моих учеников, — продолжил профессор. — Он молод, только защитил кандидатскую, но мальчик талантливый. Преподаёт на такой же кафедре Физтеха. Он перерисовал эту схему и привёз мне, и озвучил заданные госпожой Тулиной вопросы. Иногда даже сама постановка вопросов может многое сказать о человеке; уважаемая госпожа Тулина, не знаю к сожалению её полного имени, приятно удивила образованностью. Да, строение галактики на её рисунке спорно, крайне спорно, но не противоречит общепринятым теориям, и имеет право на существование.

— По правилу «пятидесяти процентов»?

— Ольга Карловна, давайте начистоту. Далеко не всякая гипотеза в состоянии тягаться с этим правилом и подойти под его условия. А только ВЫПОЛНИМАЯ, подтвердить которую можно через какое-то время с развитием науки, но она не нарушает базовых ограничений физики. Поверьте, таких гипотез на свете не много, и эта — одна из них. Что говорит о том, что её выдвинул неглупый человек, который знает астрономию на текущем уровне её развития нашей цивилизацией не из написанных два десятка лет назад школьных учебников, а варится в нашем узком международном астрономическом котле, где не так много народу и все друг друга знают.

— Вы можете передать мне эту схему? Перерисовать? Я пришлю к вам фельдъегеря.

— Прямо фельдъегеря? — усмехнулся профессор.

— Положение обязывает. Я всё же наследница престола, и моя почта не может не иметь важности, даже если это рисунок галактики от опальной журналистки. И нет, Владимир Георгиевич, я совершенно не в курсе, что она интересовалась вопросом строения нашей звёздной системы, это совпадение. Радомилой Тулиной занимается мой младший брат, у них с сестрой крестовый поход, закрытие гештальта, я же оперирую куда более серьёзными вещами.

— Понимаю, ваше высочество, — закивал на том конце линии профессор. — Что ж, давайте я попрошу аспиранта пересветить этот рисунок, и позвоню вам. И тогда можете присылать курьера. У меня эта схема в одном экземпляре, а оригинал так вообще был нарисован на ресторанной салфетке.

— Спасибо, Владимир Георгиевич. Буду очень благодарна. И… Обещать ничего не могу, но подниму вопрос о финансировании отечественной астрономии, когда начнутся слушания по вопросу бюджета в Собрании на будущий год.

— И вам, Ольга Карловна, большое спасибо. Не все люди понимают ценность изучения космоса. А космос — это часть природы. В нём множество загадок и отгадок, которые, я уверен, могут сильно изменить нашу жизнь к лучшему в будущем. Надеюсь, вы более прогрессивная девушка, чем большинство вашего, и не только вашего поколения.

— Я тоже на это надеюсь, профессор…

Она сидела и долго смотрела в одну точку. Думала. Потом включила селектор и попросила вызвать к себе «смертницу» — если та на рабочем месте.

Повезло, оперативница не уехала, и через десять минут прибежала, взволнованная и в мыле.

— Сядь! — указала Ольга ей на место перед собой справа. «То самое, где после приезда из Нижнего сидел Саша» — подсказала память, и мысль была неприятна. Глава опергруппы послушалась. — Первое. Я подтверждаю всё ранее сказанное. Проводите опыты с другими образцами, со всех остальных мест преступления, ищите. Но! — подняла палец вверх. — В отчётах исследования не отражать. Даже эти исследования я изымаю — в личный сей, — взяла она в руки папку, что так и лежала на краю стола, и потрясла ею. — Финансирование — частное, деньги я дам, но они нигде не должны быть отражены, и по возможности никто не должен связать заказы на эту… Раскрутку ДНК с нашим расследованием. Далее, вы правильно поняли про фантастику, что заниматься ею только при отсутствии работы по профилю, но с сего дня установка чуть-чуть меняется. Параллельно отрабатывать версии, в которых преступник — одарённый мужчина. Отрабатывать, составлять психопортреты, собирать детали, но все выводы и результаты по ней в отдельное досье и мне на стол ЛИЧНО. Никаких посредников.

И на разинутый рот сотрудницы в попытке что-то сказать, с ухмылкой добавила:

— Да-да, ты не ослышалась, если вдруг это на самом деле мужчина, мы должны понимать, что это за человек, о чём думает, что его тревожит, и как он мог стать таким, какой есть. Только что профессор физфака МГУ мне сказал, что вероятность, что это так — пятьдесят процентов. Это слишком мало, чтобы идти к царице, — снова кивок на папку, — но слишком много, чтобы версию игнорировать. Тебе всё понятно?

— Так точно, ваше высочество, — склонила голову женщина. — Будет сделано.

— И внимательно следить за языками! Для всех вы отрабатываете фантастическую версию, дабы доказать мне её несостоятельность, а я — пляшу под дудку младшего братца — мужчины такие мужчины, мы млеем перед их обаянием, особенно если они — шебутные братишки. Всё понятно?

Глава 7

Свадьба(часть 1)

«Меня вообще в принципе пугает процесс, где мне нужно что-то подписывать в присутствии свидетелей и видеокамеры, когда в углу рыдает моя мама»

(КВН, ДАЛС)

«…И от злости она повесилась на собственной косе, потому что он точно посчитал, сколько зёрен в мешке, сколько капель в море и сколько звезд на небе. Так выпьем же за кибернетику!»

(из к/ф «Кавказская пленница»)

30 сентября, Москва

Мы все удивились, ибо не ждали такого подарка, но диспетчер сделала сюрприз — разрешила посадку в городе. Обычно по словам тётьНасти у авиаполка дружины право пролёта с посадкой в крепости — без ограничений, но без права что-либо делать в городе. Ибо безопасность, как города, так и самих царских винтокрылых машин. А тут расщедрилась.

— Земля, приём, я четыреста пятнадцатый. Здание дворца торжеств вижу. Огромное здание этажей в пять с остроконечными башенками с южной стороны, окружённое лесным массивом.

— Борт четыреста пятнадцать, на северо-запад от дворца два белых двухэтажных строения. Вам то, что чуть севернее.

— Вижу. Белое здание среди деревьев. Не вижу места посадки.

— Слева от здания небольшая площадка, «Сирин» должен поместиться.

При подлёте к Москве, я зашёл в кабину и сел на штурманское кресло. Оно так называется, хотя на самом деле штурман у нас — второй пилот, и она сидит рядом с первым впереди. Но чего б не сесть, раз кресло пустует, если отсюда отличный вид? Хуже, чем