С любовью. Стая - Сергей Анатольевич Кусков

Когда где-то в Галактике рождаются и гибнут звезды, когда гигантские взрывы раскидывают на миллиарды километров материю, то все это происходит в абсолютной тишине. Очень страшно беззвучие космических просторов…

(Виктор Конецкий, «Повесть о радисте Камушкине»)

30 сентября, Москва, Маросейка, здание управления Разбойного приказа

Ольга нажала на селектор:

— Пусть заходит.

Через полминуты вошла глава оперативной группы «смертников», ибо только так теперь называли команду, занимающуюся поиском серийного убийцы, маньячки, охотящейся исключительно на мужчин. Несмотря на зашкаливающее количество трупов, встать на след у них до сих пор не получилось. Не помогло ни приоритетное финансирование (любые их запросы выполнялись, даже такие опыты и исследования, очередь на которые в обычное время — месяцы), ни постановка их задач в приоритет всех остальных команд управления, ни сотрудничество с целым сонмом психологов, известнейших людей страны, профессоров с именем. Разыскиваемая тварь или слишком умная, или слишком везучая, а может и то и то, и совершенно точно знает их «кухню» изнутри, так как выпутывается из самых искуснейших ловушек и обрывает концы до того, как эксперты укажут, в какой стороне искать.

— В-ваше высочество. — Оперативница уважительно и немного уничижительно поклонилась, чувствуя вину, положила папку, что держала в руках, ей на край стола, не поднимая голову.

Ольга смотрела на неё со смешанными чувствами, но главное — изучение. Наверное это неправильно, такого чувства нет, и это даже не эмоция, но она старательно впитывала поведение подчинённой, анализировала, пытаясь понять, как устроены люди. Она не собиралась выгонять бедолагу — просто некем было её заменить. Никто на этом месте не справлялся, она несколько раз тасовала эту группу, и тасовать её ещё раз не было желания. Но сама «смертница» об этом не знала, и считала, что её десять лет безупречной службы, после боевого контракта, то есть то, про что говорят «карьера удалась», под угрозой, и у неё нет даже мыслей, как выпутаться. Ибо отставку её высочество у неё не примет, а рапорты с просьбой перевода куда угодно с понижением, хоть на Аляску, хоть в Гуантанамо, хоть в Форт-Росс, регулярно отклоняет.

— Мне сказали, ты вчера полдня просидела в приёмной — меня ждала.

— Д-да, — кивнула сотрудница.

— Ты же знаешь, это дело сейчас самое важное. Могла бы просто оставить материалы, я приехала бы и сразу глянула, что там.

— Я-а-а-а-а… Лучше лично в руки, ваше высочество, — поёжилась собеседница.

Ольга придвинула папку, после чего тяжело вздохнула и открыла. Что там какое-то дерьмо — не сомневалась; если б там не было дерьма, папка была бы ей передана в рабочем порядке.

Хм… Интересно. Лицо её наследного высочества вытянулось, глаза расширились. Она ещё раз перечитала первый лист из двух, находившихся здесь, затем второй. Снова первый, и снова второй. И ещё. И ещё.

— Да, ты правильно сделала, что занесла лично, — выдала она, наконец, вердикт. Подняла глаза. — Это может быть ошибкой? Грязью, попавшей в микроскоп? Неправильным отбором проб?

— Грязь — нет, они провели не три опыта, как положено протоколу, а пять, по каждого образца. Пробы с последнего и с предпоследнего мест преступлений. И все показали одинаковый результат.

Ольга сама прочла это в заключении, но и сотруднице нужно было выговориться, узнав такое, и ей послушать аудиально её выводы — тоже интересно. — Клетки эпителия не имеют чётко выраженных хромосом, — продолжала та. — Они «мёртвые», не делятся. Их подвергают специальному методу свёртывания ДНК. Если честно, я так и не поняла, что это. Как-то связано с излучениями и введением каких-то маркеров. Такое делают только в НИИ генетики РАМН, а это серьёзная организация. Сомневаюсь, что они позволят себе пренебрежительное отношение к пробам. Если сказано, что в обеих «игрек» — значит там на самом деле «игрек».

— НИИ генетики, это которое имени Вавиловой? — Ольга поёжилась — судя по складыванию обстоятельств, исследования будет оплачивать она, а это ОЧЕНЬ недешёвые исследования, особенно если во всей стране их делают только в одном месте. Да, сейчас их оплатили из бюджета Приказа, но чтобы потом в не было проблем с отчётом, точнее с его оглашением, проще «залить» свои деньги, тогда аудит «закрывает глаза» на любые траты согласно неформальной договорённости. Разбойный приказ это не Тайники с их неконтролируемым бюджетом, ей в Дворянском Собрании каждый рубль нужно обосновывать, а озвучивать ТАКОЕ… Если подтвердится — ни в жизнь! Впрочем, даже если не подтвердится, и это — грязь или мусор, скандал выйдет знатный, и лучше не выносить сор из избы.

Кивок сотрудницы:

— Оно самое. Серьёзные девочки. Но вот происхождение самого эпителия… Ваше высочество, это может быть кусочек чужой кожи. — Вот, и глава группы подтвердила её опасения. — Людей, с которым убийца контактировала. Может это её муж, или наоборот, непостоянные любовники, или сосед, с которым зажималась в лифте, идя на дело. И проверить, сравнить их, невозможно. Я узнала, в ближайшие пять лет прочитать ДНК не сможет никто в мире. Даже в Англии и Германии нет и вряд ли успеют создать такую технологию.

Ольга откинулась на спинку кресла, подула на чёлку, сдувая волосы с лица. Закрыла глаза.

— Поднять материалы по всем остальным делам, где это возможно. Провести такие же исследования со ВСЕХ мест преступлений — если, конечно, там будет что-то найдено. После чего все образцы заморозить в криохранилище. Может через десять, или через двадцать лет способ расшифровки ДНК найдут, и мы поймём картину.

— Есть. — Сотрудница старательно записала указания в блокнотик.

— Как вы вообще додумались сделать это? — в сердцах произнесла она. — Заняться было больше нечем, кроме как хромосомы проверять?

— Вы ж сами сказали отрабатывать фантастические версии, — напомнила та, но Ольга и сама помнила.

— Я сказала это при брате. Чтобы потешить его эго. Всё же думала, у вас будет достаточно основной работы, чтобы ещё и на фантастику отвлекаться.

— Работы-то достаточно, — тяжело вздохнула «смертница». — Но это как переливание из пустого в порожнее — движение есть, а толка нет. А тут хоть какое-то разнообразие. И ведь шельмец оказался прав, пальцем в небо, случайно, но угадал! Там игрек хромосомы! А вдруг это не грязь, вдруг там и правда первый в истории одарённый мужчина?

— И сразу псих, который убивает себе подобных, других мужчин, — потянула Ольга, но сотрудница только расплылась в улыбке.

— Так ведь бог не любит простых решений. Он всегда если подкидывает какую-то милость, то обязательно вперемешку с гадостью. Так что как раз сходится — господь мог так пошутить.

— Мля! — Ольга сказала нечто более грубое, но не стоит цитировать её