Фантастика 2026-79 - Валерия Рашитовна Шаталова

Потому-то — как я понял уже чуть позже, вновь двигаясь к стоянке Силаны, но уже вместе с мулом, — солдат и наказывали за различные проблемы, которые они создавали крестьянам. Войско, которое занимается фуражировкой, гораздо медленнее, чем то, которое обеспечивается поставками провианта, оружия, амуниции и всего прочего.

Я подошёл в момент, когда девушка, уже полностью одетая, навытяжку стояла перед каким-то незнакомым мужчиной со знаками отличия капитана армии. Судя по столу, на котором располагались остатки трапезы, отвлекли её в момент завтрака.

— Завтра подойдёшь в шатры командования… — как раз говорил он на таскольском, пока Баер быстро переводил.

Капитан был не один. Вместе с ним находилось четверо солдат со стандартным вооружением: ружья и мечи на поясе. Один поблёскивал каким-то амулетом, скорее всего купленным за накопленные деньги, но его роль, с такого расстояния, я определить не мог. Скорее всего что-то защитное или для комфорта — типа регулирования температуры. Кроме солдат, с капитаном находился сион, который нагло осматривался, периодически останавливая заинтересованный взгляд на черноволосой девушке. В какой-то момент он откровенно подошёл к её столу, взяв оттуда парочку фиников.

Приглядевшись, я осознал, что оба этих человека, пусть с разными эмоциями и чувствами, но рассматривали Силану, как диковинную зверушку. Изучали, как поверженного противника, который теперь вынужден стать одним из них. Сражаться на стороне завоевателей.

Я не стал им мешать, вместо этого направил мула к остальной живности, которые размещались неподалёку, в походной конюшне.

— Может, она и впрямь такая зверушка? — хмыкнул я, не спеша возвращаться назад. Вместо этого снял с мула палатку и кое-какие вещи, направившись разбивать её подле стоянки слуг.

Пока возился, «высокая комиссия» закончила и оперативно удалилась. Вот тут я и подошёл, застав сцену покорного смирения и бесконечной тоски. Силана, ранее демонстрирующая поведение спесивой аристократки (успел насмотреться на такое во время проживания в Тасколе), безмолвно и зажато сидела на стуле, невидящим взглядом осматривая пустую тарелку, где ранее лежали фрукты.

— Пока не трогай её парень, — тихо шепнул мне Баер. — Не лучший момент.

— Чего она? — спросил переводчика.

Мужчина замялся, но потом, ещё раз на меня посмотрев и оглянувшись, принялся шептать.

— Она ведь из Монхарба, — судя по тону и скорости речи, Фёртас давно хотел поделиться своими мыслями, но было попросту не с кем. С офицерами обсуждать своих подопечных — дурной тон. От других дипломатов он оказался отлучён. Не со слугами же или простыми солдатами? — Настоящей аристократкой её никто не считает. Относятся как к говорящей кукле. К тому же, она не следует заповедям Хореса, — его лицо исказилось, но быстро вернуло прежнее выражение. — Когда закончится война и захват вольных городов, — Баер сказал про это столь уверенно, будто бы видел будущее, — то её выдадут замуж. Выберут кого-то из настоящих аристократов Империи, да организуют брак.

— И ей этого не хочется? — скорее ради проформы, чем действительно интересуясь, уточнил я. Понятно ведь, что не хочется. И ладно ещё мужчинам — они к женитьбе относятся более просто. А вот девушке…

— Конечно, — хмыкнул он, подтверждая мои мысли. — Но и выбора нет.

Перемолвившись ещё парой фраз, я узнал по поводу завтрака, а потом приступил к долгожданной работе. В первую очередь уточнил объёмы задачи: имущество своей новой заказчицы. Слуги показали набор одежды, из которого я выбрал защитное снаряжение, представленное одной-единственной облегчённой кирасой и стёганым гамбезоном, который надевался под неё. По хорошему, тут нужно вырезать руны на обратной стороне, но если я возьмусь за дело тщательно, то и трёх дней на одну только кирасу не хватит. Нет уж, пока я буду возиться, мы успеем добраться до Мобаса и в бой вступить, а у меня правительница города «голой» бегать будет! Пусть даже «бег» будет заключаться в отсиживании в лагере.

Пришлось брать краску, которой я и намалевал рунную цепочку. Для начала — стандартную, на укрепление. Опять же, захотелось попробовать силы на двойной, но вот так сходу, без проверок, решил не рисковать. Лучше поэкспериментирую отдельно, в свободное время.

— Если оно будет, это свободное время, — пробурчал себе под нос.

С огорчением осмотрев запасы материалов, понял, что через день-два придётся идти и снова трясти интенданта. В этот раз бесплатно, потому что не для себя, а сугубо для дела. Вроде и отказать в таком случае не должен, но почему-то в подобное не особо верилось.

Ладно, сейчас нет смысла об этом думать.

Увлёкшись, я пропустил завтрак, зато краской нанёс простые руны на доспехи, шатёр и часть повседневной одежды, стараясь действовать изнутри.

Вскоре рядом уселась Силана, начав с любопытством на меня смотреть.

— Тщары… — произнесла она и остановилась. — Чары, — поправилась, вспомнив, как я говорил. Одного этого хватило, чтобы я взглянул на неё с долей уважения. Уж я-то знаю, как сложно бывает с чужим языком!

— Чары, — кивнул ей. — Руны, — ткнул пальцем в символ, а потом почесал висок, пытаясь вспомнить куски слов чужого языка. — Лептурсо, — сказал я, что вроде как означало краску, — нипра, — а это — «временно».

После этого я изобразил, как вырезаю те же руны уже с помощью скарпеля, а на одежде — нитью и иглой.

— Пеарего кревго! — воскликнула она и улыбнулась. Через минуту уже притащила мне свой шейный набор. — Уенто алфо исс ста’афьо злеко. Нипра илмис!

Из всего сказанного понял лишь слово «временно», которое говорил и я. Возможно, она имела в виду, что одолжит мне набор, пока я буду заниматься вышивкой?

— Ни хрена не понял, — вздохнул я. — Но спасибо.

Кажется, последнее слово она поняла, отчего снова улыбнулась.

Возился я до самого вечера, а когда живот всё-таки напомнил о себе, начав беспрерывно бурлить, вызвал Фёртаса и пояснил, чтобы не трогали мои инструменты и незаконченные вещи.

— Скажи, что если их потревожить, то могут сработать чары, тогда всё взорвётся, — хмыкнул я.

— Это ведь неправда, верно? — аж побледнел он.

— Конечно, — добавив в голос максимум неуверенности, ответил ему. — Конечно… ничего страшного.

После такого можно было не сомневаться, что ни один смертник не подойдёт к недоделанным рунам. Хотя на всякий случай нужно