Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский

— Да они все не лысые, — выразил общее мнение я, — который именно?

— Во втором ряду справа у окна, — уточнил он, — у него с головой не всё в порядке, один раз, как я знаю, он даже лечился в заведении, что напротив нашего института.

— В психушке? — спросил я.

— Ну да… вроде вылечили его, а вроде и не до конца. Дальше слева это очкарики, лазерщики то есть, тоже приличные кажется люди, но водку почему-то не пьёт ни один. А сзади…

Но что там у нас сзади, Аскольд не успел пояснить, потому что автобус затормозил и Али-Баба трубным голосом провозгласил:

— Зелёная стоянка десять минут, мальчики налево, девочки направо.

И снова 31 августа 83 года, небо над Камчаткой

— Тоже верно, — задумался начальник, — дай ещё раз связь с полсотни первым…

Но в этот момент микрофон у меня в руке разразился длинной и горячей корейской тирадой.

— Чего это он? — спросил меня встревоженный полковник.

— Всего я не понял, он на диалекте каком-то говорит, — ответил я, — но общий смысл такой, что у них там один из двигателей горит… теряют высоту, говорит…

— Ёшки-матрёшки, — выдал такую идиому полковник, — полсотни первый, ты по боингу не стрелял?

— Никак нет, тщ полковник, — затрещала связь, — только предупредительную очередь выдал.

— Тогда скажи этому херу, — повернулся ко мне начальник, — что ближайший аэродром на тысячу километров тут только наше Елизово. Певек с Южно-Сахалинском гораздо дальше, не говоря уж про Анкоридж. Мы готовы обеспечить ему посадку, если что…

Я перевёл, как смог, в ответ получил быстрое согласие.

— Так, — начал распоряжаться полковник, — пожарную машину и скорую помощь привести в боевую готовность. Ветер у нас откуда дует?

— С северо-запада, — доложил майор.

— Значит заходить ему надо с юго-востока… очистить все полосы, отменить все вылеты… капитан, связь с Москвой, живо… а ты, Петя, пока погуляй.

Я без слов взял и вышел за дверь — ясно же, государственные секреты пошли. А там неподалёку маячил мой коллега по экспедиции Сергей.

— Ну чего там? — сразу же взял он быка за рога, — разобрались с этими корейцами?

— Не до конца, — ответил я, — разборки в самом разгаре.

— Скоро посадка на наш рейс, — напомнил он.

— Забудь, Серёга, — сказал я, — все рейсы в ближайшие часы отменены.

— Вот даже как, — сделал он озабоченное лицо. — Так всё серьёзно?

— Всего я тебе говорить не стану, — отвечал я, — притянут ещё потом за разглашение, но намекнуть могу — сейчас тут эти корейцы сядут… ну попытаются сесть по крайней мере…

— Тогда я пошёл пить пиво, а ты подтягивайся, когда вопросы разрулишь, — ответил он и очистил горизонт.

А из-за двери диспетчерской выглянул капитан и жестом подозвал меня.

— Надо продолжить переговоры, — сказал он, — без тебя никак.

— Так, Петя, — с места в карьер начал полковник, — зачитай им координаты Елизова, курс, на который им надо лечь и воздушную обстановку на месте.

Всё это было записано на листке клетчатой бумаги, я взял его в одну руку, микрофон в другую и выдал в эфир длинный перечень цифр и букв. Микрофон немного помолчал, потом ответил:

— Спасибо друг, как тебя зовут-то?

— Петром, — ответил я, — как апостола из библии.

— А я Чон, самое распространенное имя в Корее, — сказал тот, — и я не хотел бы встретиться с апостолом Петром раньше времени.

— Чего ты там болтаешь? — толкнул меня в бок полковник.

Я закончил своё предложение, заключающееся в том, что на самом-то деле апостол Пётр ни на каких входах в рай никогда не стоял, а это выдумки позднейших толкователей, а потом ответил начальнику:

— Он сказал, что его Чоном зовут, — ответил я, — десять лет стажа на боингах.

— Ну тогда будем надеяться, что посадит он своё корыто, — задумчиво пробормотал начальник, — и нам не придётся отписываться лишний раз.

— А что с ними сделают, ну когда они сядут? — задал я наивный вопрос.

Ответил почему-то капитан:

— Проверят всех, а потом отправят по месту назначения… либо нашим бортом, либо от них кто прилетит.

Связь с корейцами опять закаркала, я вслушался и перевёл сказанное:

— Там у них на борту американский сенатор и миллиардер из Гонконга, и они оба очень обеспокоены ситуацией.

— Скажи, что у нас в стране все люди равны вне зависимости от социального положения и количества денег на счёте, — гордо ответил полковник.

Ага, как же, уныло подумал я, это полковнику, конечно, не стал, а просто передал Чону, что со всеми пассажирами без исключения будут проведены все спасательные мероприятия.

— Кореец в десяти километрах к юго-востоку, — от зелёного экрана подал голос диспетчер, — заходит на посадку.

— Вон же он, — показал в окно полковник на тушу самолёта с чадящим левым двигателем.

Какая же огромная это дура, Боинг-747, подумал я, на наш ТУ-95 похож, только двигатели реактивные и горб наверху.

— Хорошо идёт, — сказал капитан, — грамотно.

— Пожарные со скорой наготове? — справился полковник, ему ответили, что да. — Ну тогда я выезжаю на место… Петя, со мной идёшь, — строго сказал он мне. — Да, а может ты и по-английски умеешь?

— Похуже, чем на корейском, но в принципе перевести смогу, — ответил я.

— Тогда тебя нам сам бог послал, — не очень по-советски выразился он, и мы вместе очень скорым шагом прошли к выходу, где стоял зелёный УАЗик с сержантом за рулём.

Глава 9

Август 83-го. Баня, через дорогу раздевалка

По окончании зелёной стоянки Аскольд таки дорассказал нам про остальных членов нашей команды. Из его рассказа я вычленил Пашу Чиркова, лютого киномана (он на все фестивали мотается, куда может, пояснил Букреев, а ещё у него дома видеомагнитофон есть, запредельные деньги за него отвалил), Лёвку Зильберберта (чемпион города по бадминтону, реакция у него совершенно бешеная) и Лёню без фамилии, которого все тут почему-то называли Заморышем Джо.

— Это такой персонаж есть в «Уловке-22», — пояснила начитанная