Дрянь с историей - Дарья Андреевна Кузнецова

Прекрасно, – всё ещё спокойно уточнил он, но уже чувствуя, что просто прочитать лекцию и уйти не получится. Да и утреннее благодушие таяло на глазах. – Касаться теорий устройства Той Стороны мы в рамках курса не станем, тем более всё равно никто ни черта не знает, зато про существ опыт накоплен изрядный. Его и попытаемся систематизировать.

– Скажите, а вы много тварей встречали? – подала голос соседка блондинки, шатенка с короткой стрижкой и выразительно расстёгнутыми верхними пуговицами на блузке.

Серафим смерил её оценивающим взглядом. Девица улыбнулась. Наверное, это должно было выглядеть соблазнительно, но на его вкус – получилось глупо.

Он вновь осмотрел первые ряды, потом задние и, глубоко вздохнув, решил, что терпеть это не только не готов, но и не способен. Одно дело – одну лекцию пережить, но если не решить проблему сейчас, она станет прогрессировать, и ещё неизвестно, к чему приведёт.

– Я касаюсь этого вопроса первый и последний раз, – заговорил ровно и невыразительно. – Интрижки со студентками – это последнее, что меня интересует в жизни. Являйтесь хоть голыми – кроме дисциплинарного взыскания, это ничего не принесёт. Кроме того. Я не нанимался нянчиться с невменяемыми девицами, поэтому следующие вопросы не по делу будут повторяться в кабинете Баринова. Это понятно? Прекрасно. Последнее. Попытки флирта будут оцениваться следующим образом. Первая – предупреждение, вторая – беседа с Бариновым, третья – вылет из университета. Надеюсь, меня услышали, – подытожил он.

Под тяжёлым взглядом адмирала первый ряд слегка съёжился, и он не сомневался, что в следующий раз его займут другие люди.

Тем лучше.

После короткой промывки мозгов лекция прошла спокойно и продуктивно. Горе-соблазнительницы притихли и не поднимали глаз, и, хотя Серафим не верил, что они легко уймутся, на сегодня резкая и неожиданная отповедь их нейтрализовала. А дальше он надеялся воспользоваться для прикрытия Евой. Сегодня она не заговаривала о своей репутации и из его комнаты выскочила без стеснения, значит, можно уже особо не прятаться и открыто продемонстрировать, что у них роман. Тем более формально их отношения можно было назвать именно так, пусть с натяжкой и оговорками.

Конечно, бывают люди, которых подобное не останавливает, но он надеялся, что настолько упёртых среди студенток не окажется, разглядят мерзкий характер и успокоятся. Обычно это работало.

Лекцией Серафим не то чтобы увлёкся, но делился информацией со студентами даже с некоторым удовольствием: в таком, одностороннем, порядке общение не тяготило. Он раньше нашёл время прочитать материалы и высоко оценил способности своей предшественницы: курс был составлен толково и Дрянин сам узнал немало нового. Видимо, если задержится тут дольше, узнает и больше.

Первая пара была посвящена началу классификации существ Той Стороны – по способности и неспособности самостоятельно проникать через границу, по наличию и отсутствию материального тела, по воздействию на окружающий мир, по продолжительности существования, по влиянию на людей… Это огромное множество критериев, с одной стороны, не несло практической пользы, но с другой – действительно систематизировало знания о тварях и задавало список их основных характеристик, через призму которых рассматривать выходцев с Той Стороны было познавательно.

И забавно, потому что в некоторых примерах из лекций первых столкновений с тварями Дрянин узнал истории, в которых лично принимал участие. Имён там, к счастью, не приводилось.

Следующие две пары были практическими, с каждой из групп по очереди, но пока эта практика была совершенно «ни о чём», первое знакомство с полигоном, с инструментарием, техникой безопасности и будущими условиями работы.

Учебный полигон делился на зоны. На одном его конце находилось приземистое вытянутое здание, вмещавшее в себя раздевалки, душевые и два учебных класса – занимались тут не только чистой практикой, и расчёты проводили, и готовили схемы для призыва или изгнания. К зданию вплотную примыкал небольшой крытый ангар – чтобы не зависеть в занятиях от капризов погоды, которая не всегда позволяла заниматься на свежем воздухе. Дальше – несколько площадок, разделённых невысокими ограждениями. Выглядели те несерьёзно, но, однако, служили хорошей ловушкой для потусторонних пришельцев, если те вдруг сумеют вырваться.

С призывом существ с Той Стороны дела обстояли сложно, споры о том, как правильно к нему относиться, не утихали до сих пор. В какой-то момент истории этот вопрос пустили на самотёк, потом – полностью запретили, но вскоре одумались и начали давать послабления. Сначала – учёным, исследующим Ту Сторону и изыскивающим способы борьбы с пришельцами, потому что твари нередко прорывались спонтанно, и тогда не до исследований, удержать бы и уничтожить. Потом очередь дошла до некоторых других категорий.

Сейчас призыв очень тщательно контролировался, но чем-то выдающимся не считался. Отношение к этим чарам было примерно как к наличию личного огнестрельного оружия: необходимы свидетельство об оконченном обучении, лицензия и наличие оборудованного в соответствии с требованиями помещения. Этим занимались учёные в исследовательских целях, преподаватели и студенты – в учебных. Прикладники, за которыми в народе давно и прочно закрепилось прозвище «вивисекторы», – в целях разобрать пойманную сущность на компоненты. С последними пытались бороться защитники природы, но те приносили слишком много пользы, поэтому борцов игнорировали и не давали им воли.

Еве нынешняя система казалась оптимальной. Да, случалось всякое – нарушались инструкции, происходили злоупотребления или вовсе поступками двигал злой умысел, но она считала глупым на основе этого вообще забросить дисциплину. Энтузиасты-исследователи найдутся даже при полном запрете, достаточно вспомнить её собственного отца, а так хотя бы те, кто охотился за преступниками от начертательного чародейства, в полной мере представляли, с чем могут столкнуться. Так что к своим обязанностям преподавателя Калинина собиралась отнестись ответственно.

Хотя первые пары предстояли скучные, даже со старшими курсами: им ещё не успели начитать новое. Можно было, конечно, устроить тренировку по пройденному материалу, и Ева склонялась к этому варианту, но – завтра, потому что сегодня весь день предстояло нянчиться с новичками. Ладно, не весь – три пары, а дальше стояла загадочная «методическая работа», так что время до вечера, наконец получив такую возможность, она планировала провести в библиотеке.

Но сначала, конечно, пообедать, жаль, до большой перемены ещё куча времени. Привести себя в порядок утром она успела, недосып тоже не сильно сказывался – одна бессонная ночь после нескольких нормальных не страшна, тем более за эту ночь она устала только физически, а вот морально – исключительно отдыхала. А вот то, что времени на завтрак не хватило, расстраивало всерьёз.

Всю первую пару она обещала себе, что больше не позволит себе так расслабляться, и сокрушалась, что до столовой слишком долго бежать – за перемену от полигона