Любовь, горькая и сладкая - К. Ф. Шредер

Когда она подошла к Наэлю, уловила знакомый аромат, к которому примешивалась какая-то незнакомая, цветочная нота. Женские духи? Кари повернула голову так, что ее губы едва не коснулись щеки Наэля. Она укололась о едва заметные щетинки, от ее губ вниз по всему телу побежали мурашки. Левый уголок его рта приподнялся в вызывающей улыбке, которую она слишком хорошо знала и которая вызвала у нее в животе теплое тянущее чувство. Это была единственная реакция, которую он выказал.

Так же и тогда, когда ладонь Кари как бы нечаянно скользнула вниз по его руке. Втайне она рассчитывала на то, что он повернет ладонь ей навстречу и пожмет ее пальцы, пусть даже на мгновение. Немое я здесь ради тебя, очень короткое что бы ни случилось, мы команда. Но ничего такого не произошло.

Вместо этого он отступил на полшага, равнодушно улыбнулся и сказал:

– Кари Немеа, приветствую. Наслышан о тебе. Для меня большая честь видеть тебя вне клетки.

Как будто имение Немеа не было клеткой…

Вскоре после девушки на террасу вышла Изобелья Заларо. Предводительница кошек была одета в закрытое платье красных и золотых тонов. Она ступала прямо, с поднятым подбородком, демонстрируя, что она глава клана. Но это ничего не меняло в том, что и ей пришлось кланяться и Чичико, и «лилиям».

– Добро пожаловать в наш дом, – повторила Чичико приветствие, после чего все сели. – Мой покойный муж, я думаю, произнес бы тост за новое начало нашей дружбы. Сама я не так ловка в речах. Извините, я еще не привыкла к тонкостям деловых разговоров.

– Нет причины извиняться. Скажи первое, что у те-бя вертится на языке, – ответил второй агент, которому наивная манера Чичико явно была по вкусу. Кари чуть было не рассмеялась.

«Как женщина ты располагаешь единственным оружием, в котором превзойдешь мужчин. Твоя красота, твой разум и твоя слабость, – учил ее когда-то Дайширо. – Не смотри на меня с таким ужасом, райская птичка. Я знаю, что ты не слаба, но другим мужчинам это неведомо. Они замечают юную девушку с большими глазами, тонкие черты лица, изящные ручки. Ах, какая милая хрупкая птичка! Им хочется тебя защитить. Клан мафии – это мир мужчин. Если ты хочешь здесь показать себя, ты должна стать твердой как сталь и холодной как лед. Не позволяй никому усомниться в твоем превосходстве! Либо ты должна заставить своих врагов верить, что ты им подчиняешься и, возможно, даже рассчитываешь на их защиту. Тогда никто не сможет предугадать твоего коварного плана. Тут-то ты и ударишь, райская птичка».

Раньше у Кари было не так много возможностей для применения этой науки. Но сегодня ей придется стать как лед и сталь, чтобы выдержать встречу с Наэлем.

Чичико же, наоборот, мастерски овладела наукой дона, и, по крайней мере, агент с серыми глазами, кажется, попался в ее ловушку. Было прямо-таки жалко смотреть, как легко он поддался на ее наигранную беззащитность, мольбу о помощи. Чичико нисколько не боялась, Кари чувствовала это по запаху. Никто не имел страха, за исключением Изобельи, от которой исходила слегка сладковатая нотка.

– Говори все, что просится тебе на язык, мы внимательно слушаем, – сказал агент, тогда как Наэль в это время грыз миндальное печенье со скучающим видом.

– Ну, раз уж мы сидим тут вместе как друзья, могу я обращаться к вам по имени? Надеюсь, это не слишком дерзкая просьба, – хихикнула Чичико.

– Мы в «Горящей лилии» используем вместо имен номера, – ответил сероглазый агент.

– Мне это хорошо известно, – серьезно произнесла Чичико. – 87 и 158, не так ли? Но мне такое обращение кажется неприятно безликим. Простите, если я скажу, что мне будет трудно действительно доверять вам, пока я знаю лишь ваши номера.

Ее улыбка казалась невинной, однако Кари видела, как тень пробежала по ее глазам цвета лавы. Сероглазый агент вздохнул и открыл было рот…

Но Наэль его опередил:

– Пожалуй, ты права. Меня зовут Наэль, а это Чжэ. – Его коллега вздрогнул при упоминании имен, но Наэль даже не обратил на это внимания. – Как ты уже сказала, мы тут посидим по-дружески, – продолжал он. – Что касается доверия… – Наэль сунул в рот очередное печенье и неторопливо жевал. – Меня удивляет, что ты требуешь еще каких-то дополнительных доказательств. Разве мы не предоставили тебе все, о чем ты просила?

Тонкая улыбка соскользнула с губ Чичико, ямочки у нее на щеках разгладились.

– И правда, – пробормотала она.

– Ты убедишься, что «лилии» очень хорошие друзья, – поспешил заверить и Чжэ. Из них двоих Наэль был явно более опытный и более влиятельный, тогда как Чжэ хотелось самоутвердиться. – Наши ресурсы практически неисчерпаемы. Пока мы называем друг друга друзьями – и пока ты тоже придерживаешься части договоренностей, – ты можешь рассчитывать на нашу поддержку.

– Это звучит слишком хорошо, чтобы быть правдой, – сказала Чичико, а потом повернулась к Кари. – Какие же мы ужасные хозяйки. Я же велела подать чай с печеньем, но наши гости сидят перед пустыми чашками. Налей им, пожалуйста, дорогая.

При этом она бросила на Кари взгляд, говорящий: И очаруй их. Пока что ты не особенно много сделала для того, чтобы обвести агентов вокруг пальца.

Кари неохотно поднялась.

– Я живое доказательство великодушия «Горящей лилии», – продолжал Чжэ. – Чуть больше года тому назад я попал в тяжелую аварию, после которой остался инвалидом. Лучшие больницы и частные практики в Бухте Магнолия бились за мое здоровье и проиграли. Даже черная магия не помогла. Но «лилии» вернули мне способность передвигаться на своих двоих.

Так вот откуда костыли. Демонстрируя великолепный результат, достигнутый магами «Горящей лилии», он встал и покрутился. Чичико захлопала в ладоши и захихикала – и Кари не знала, то ли стыдиться ее притворных ужимок, то ли восхититься жеманством. Она по-прежнему считала приемную мать ужасной актрисой. Хоть Чичико и преподала ей хороший урок.

Изобелья Заларо все это время сидела неподвижно, ее лицо не выказывало ни одной эмоции. Тем не менее Кари заметила, что Изобелья присматривалась к ней, когда она наливала Наэлю чай и при этом наклонилась так низко, что локоны защекотали ее щеки. Он поднял взгляд, – одну слишком короткую секунду его взгляд скользнул по лицу Кари:

– Спасибо за чай, – и его глаза непроизвольно опустились ниже, к вырезу платья.

Действительно ли он видел в Кари всего лишь хорошенькую куколку? Казалось, так… Но это ничего не значило! Наэль был натренирован скрывать чувства за маской безразличия. Или Кари так хотелось думать?

– Действительно впечатляющий фокус, – сказала Чичико. – Уверяю вас обоих, что для меня как новой предводительницы клана очень важно сохранять наш