Любовь, горькая и сладкая - К. Ф. Шредер

остановила Чичико и положила ей на плечо свободную руку. – Ты проспала два дня. Твое тело, я думаю, ждет восполнения энергии. Нужно хорошенько позавтракать: плотно поесть и попить хотя бы воды. – Она улыбнулась. – Поверь, бояться нет причин. Дайширо тебе больше ничего не сделает. Он мертв.

Тогда, значит, Кари это действительно не приснилось. Хотя это было, черт возьми, невозможно. Дайширо Немеа – и вдруг мертв? Так просто? Без борьбы, без… всего?

Словно угадав ее мысли, Чичико вздохнула и сказала:

– Согласна. Я тоже всегда думала, что он непобедим. Всемогущий и вечный дон Дайширо Немеа! А вот гляди-ка, оказался всего лишь человеком.

Кари уставилась на нее, не веря своим ушам и глазам. Надо было что-то сказать, однако слова улетучились. Чичико тем временем налила вторую чашку чая и протянула ей. Заметив колебание Кари, она сказала:

– Ты думаешь, что я бы тебя отравила? Да если бы я хотела тебя убить, дочь, я бы оставила тебя в храме Калисто в распоряжении тени. Однако теперь, поскольку ты можешь превращаться в райскую птичку, ты стала ценной. Даже Дайширо тебя бы оставил.

Кари содрогнулась – и не только от выбора слов – оставил, как будто она была домашним животным, – но и из-за воспоминания о своем болезненном превращении. И о равнодушном взгляде Наэля.

– К-как же… – начала она, однако ее горло было пересохшим и шершавым, как древесная кора, так что каждый слог стоил ей усилий.

Чичико взяла чашку из рук Кари, поднесла к ее губам и с мягкой силой заставила ее сделать глоток. И хотя она сделала его неохотно, горячая жидкость благотворно оросила ее измученное горло.

– Как же он тебя не убил? О, он хотел это сделать, поверь мне. После того как ты сбежала, он часами изводил себя фантазиями об убийстве. Он готовил для тебя медленный, мучительный конец. Но когда он понял, что может принудить тебя принять образ райской птички, то даже он проглотил гордость. Ты же знаешь, как устроено правительство Бухты Магнолия?

Кари кивнула. Внутренний и Внешний Круги входили в программу ее домашнего обучения, одобренную Дайширо. Был один выборный регент: Йи-Шен, которого считали наместником бога-отца Йи на земле. У него были советники: Внутренний Круг – три пожизненно избираемых представительниц богинь, а также Внешний Круг из министров. Внутренний Круг представлял собой верховный суд и ближайших советниц Йи-Шена, министры же во Внешнем Круге ведали повседневными делами правительства. Они и представляли всю полноту власти.

Всего было семь министерств, каждое из которых представляло одного из божественных воинов. Одним из самых влиятельных было министерство покровителя оборотней Карсона. Раньше оно было многочисленным, ведь каждая родовая линия оборотней имела право на собственного представителя в правительстве. Однако с годами магия многих семей оборотней истощилась, так что в правительстве были представлены лишь оборотни – хищные кошки, змеи и косули.

Родители Кари с детства внушали ей, что она сможет занять место в министерстве Карсона, если только научится превращаться. Что теперь и произошло.

– Дайширо хотел, чтобы я была во Внешнем Круге? – сделала вывод Кари.

Это имело смысл. Место в правительстве и связанное с этим политическое влияние существенно повысили бы могущество семьи Немеа и его клана. Тем более что кошки-оборотни принадлежали к клану Когтей, а немногие еще оставшиеся косули-оборотни – к клану Опала. Всю жизнь Дайширо не мог себе простить, что клан Скарабеев единственный не имел представителя во Внешнем Круге.

– Он этого желал больше всего на свете, да и члены «Горящей лилии» все еще стремятся откусить свой кусок политического пирога. – Чичико слабо улыбнулась. – Они хотят того же, что Дайширо, только не трубят об этом вслух. Власти. Над Бухтой Магнолия, над магией, над оборотнями. Ты, наверное, понимаешь, как заманчиво для них заполучить последнюю райскую птичку.

– Я «Горящей лилии» не принадлежу, – пробормотала Кари.

– Ты так думаешь? А Дайширо? Он принадлежал к числу членов. И полагал, что сможет использовать связи и положение «Горящей лилии» в преступных целях. Что он их скушает с потрохами, сам будет ими управлять, а не наоборот. Гордость ослепила его, он не видел всей правды.

– А ты видишь?

И опять по лицу Чичико пробежала печальная и снисходительная улыбка.

– Руководители «Горящей лилии» не доверяли Дайширо, и ты была свидетелем внезапного завершения его жизненного пути. Теперь я возглавляю клан Скарабеев. Но я не настолько глупа, чтобы верить, что меня оставят в покое, если у руководства «Горящей лилии» найдется повод усомниться в моей лояльности. Ведь заподозрили же они Дайширо в предательстве. – Она придвинулась к Кари так близко, что та ощутила ее дыхание на губах. Кари почудилось, что она различила черную тень на краешке радужки глаза Чичико. – Мы должны быть уверены, что в «Горящей лилии» нам доверяют.

Кари сглотнула. Чичико была одним из немногих людей на вилле Дайширо, которых Кари никогда не недооценивала. За молчанием и хладнокровными глазами цвета раскаленной лавы, принадлежащими ее мачехе, таились острый ум и бесстыдство, в которых она могла потягаться с властным и жестоким супругом. Чичико училась у мастера, как и Кари, – и после тридцати лет семейной жизни все еще была жива, все еще несокрушима. Одного этого факта было достаточно. Очевидно, что с ней следовало быть осторожной.

«Горящая лилия» хотела уничтожить Дайширо. Можно предположить, что такая же судьба была уготована его ближайшему окружению. Его жена должна была бы стоять первой в списке на отстрел, но ей как-то удалось не только ускользнуть от сокрушительного удара «Горящей лилии», но и самостоятельно забраться на вершину клана Скарабеев. Слова, как и ее манера смотреть на Кари, ясно показывали, что она хорошо осознает, насколько это опасно. Синдикат устранил Дайширо Немеа с пугающей легкостью, и если они усомнятся в лояльности Чичико – или Кари, – их ждет такая же участь.

– Члены «Горящей лилии» непредсказуемы, – прошептала Кари, и Чичико не возразила. – Они устранят тебя, как только ты им наскучишь. У тебя есть план на крайний случай?

Чичико придвинулась к ней ближе. Ее губы касались уха Кари, когда она произнесла:

– Ты и есть мой план, райская птичка. Ты их очаруешь. Во главе «Горящей лилии» стоят коллекционеры, а ты последняя в своем роде. Ты им нужна как значимая фигура для политической игры. По крайней мере, так они говорят. Но они скрывают, что не только нуждаются в тебе, но и хотят тебя. – Тут она встала. – От тебя зависит, сохранится ли твоя притягательность.

– Что это значит?

– Мне кажется, ты точно знаешь, о чем я. Сегодня у нас состоится встреча с двумя агентами