Жатва душ 7. Ночь хищников - Данияр Саматович Сугралинов

— Я ранен, — отсчитался Тетыща, высунувшись из люка. — Ерунда, таблетку выпил, но это рабочая рука, а она поднимается с трудом. Полчаса я не у дел. К тому же нельзя бросать машину, чтобы ею не завладел враг.

— Оставайся, — распорядился я, видя, что «активность» у него просела до 85 %.

Не критично, но с поврежденной рукой не повоюешь. Я посмотрел на удаляющиеся сигнатуры противников. Они двигались от купола. Нужно было их развернуть и погнать к куполу, чтобы в бой вступили «Стражи».

Потому распорядился:

— Внимание всем! Заходим с тыла. Гоним врага к базе, там турели сделают работу за нас.

— Что ж они такие хилые к нам полезли, — проорала Вика, становясь рядом со мной.

Ее контузило, «активность» упала до 91 %, из ушей бежала кровь, которую девушка тотчас размазывала.

— Почти на месте, — отчитался Макс. — Кинь метку на гостей. Окружаем! Загоняем!

— Не подставляться! — распорядился я и пожалел, что мой «Зов» иссяк — все-таки Тетыща здорово проредил поголовье зомбаков, мне удавалось собрать только небольшие паки по три-пять штук.

Бездушные атаковали налетчиков, те отстреливались, крошили их оружием ближнего боя. Значимый урон арабы не получали из-за разницы в уровнях с бездушными, но твари их выматывали и деморализовывали. Пока наши на подъезде, арабы будут двигаться от купола. Скоро я потеряю их из вида.

Ящер мигал маскировкой и крутил хвостом туда-сюда, скалился — рвался в бой, но я запретил ему ввязываться.

— Позволь мне вступить в бой, человек Денис, — рыкнул он. — Мне надо поднимать уровни!

— Куда ты полезешь, — осадил его я. — Ты нулевка! А враги сороковых уровней, ты и оцарапать их не сможешь.

— Смогу, — уперся ящер.

— Ты как ребенок, — говорил я, глядя на клановую карту. Макс и Сергеич уже прибыли на место и перекрывали арабам путь.

Донеслась автоматная очередь. Ответили одиночными. Вскоре к Максу прибыли и Мигель с командой.

— Сколько у них «активности»? — спросил Дак.

— Не вижу, далеко, — отозвался я и повторил: — Не подставляемся, просто загоняем к турелям.

Вике и Кеме я сказал вслух:

— Прячемся, ждем, когда пройдет вражеская группа. Кема — в машину.

Рапторианец дохнул красным, померцал — видно было, что не по душе ему отсиживаться, но смирился и потрусил к броневику, закрытому зарослями. Надумал с нулевым уровнем против таких монстров воевать!

Послышалась стрельба. Мы с Викой залегли в пятидесяти метрах друг от друга, за вспучившимися корнями. Сперва донесся треск ломаемых веток, потом появилась спина араба. На нем была черная броня, шлем, но затылок оставался незащищенным, и я выпустил в него короткую очередь. Повредил позвоночник — араб упал. Идущий за ним задергался и выстрелил наугад.

Шлем и отличная броня делали его практически неуязвимым, пока он не повернется спиной и не откроет слабые места.

— Стреляем в шею сзади, — мысленно сказал я Вике, держа араба под прицелом.

Он повернулся ко мне лицом, вглядываясь в черные силуэты деревьев. У меня было преимущество — «Фазовый взгляд», у них даже тепловизоров не было!

Хилая группировка нам попалась, бедненькая. Сомневаюсь, что остальные чистильщики равны им или слабее. Это было бы слишком хорошо.

На открытое пространство возле сгоревшего броневика высыпала группа из семи человек. Троих они потеряли, и им наперерез выбежали два амбала сороковых уровней и нюхач, набросились на приоритетную цель — чистильщика, и принялись его рвать, не обращая внимания на атаковавших их бойцов ближнего боя. У одного был светящийся меч, у второго — клинки типа Максовых.

«Активности» у босса осталось 38 %. Нюхач стесал ему скальп, обнажив кость. Один глаз вытек. Араб, ругаясь на своем, пытался встать, но ноги не держали. Я целился ему в лицо, чтобы выбить второй глаз, но было плохо видно — раз, два — его подхватили под руки и закрыли телами. Зато заговорил автомат Вики.

— Не бросайте меня! — хрипел Абдулазиз. — Клянусь жизнью, я вас отсюда выведу!

Я увидел, что точки Макса и Сергеича идут по следам противника и им осталось метров пятьдесят, потому накрыл потрепанный отряд лучом-конусом «Граммофона».

По мне полоснули очередью — в корни, за которыми я прятался, впились пули, я откатился за ствол и пожалел, что нет гранат.

Встав спиной к спине и закрыв босса, семь человек двинулись именно туда, куда мы их гнали — к куполу, под огонь турелей. Но идти туда было довольно долго, а «активность» самого целого из налетчиков составляла 83 %, они могли и выздороветь. Радовало только, что гранаты у них закончились.

Количество бездушных катастрофически уменьшилось, потому сильно поврежденных я уводил, чтобы они восстановились и нападали с новыми силами. Из джунглей двигался Макс, извещая стрельбой о своем приближении.

— Тетыща, встречай гостей, — сказал я. — Они идут к тебе.

— На пулемете, — отчитался он.

Налетчики тыкались, как слепые котята, однако, не теряя боевого задора. Только когда их начал расстреливать Тетыща, они бросились врассыпную. Трое упали, пятеро ломанулись назад, и мы с Викой встретили огнем, но их броня пока держала. На помощь подоспели Сергеич и Макс, и я едва не оглох от грохота выстрелов, грянувших одновременно.

— Не приближаемся! — распорядился я. — Накроет дружественным огнем. Тетыща! Следи за метками! Не перебей своих!

Арабы тем временем сбились в кучу, ломанулись не навстречу Максу, а куда-то вбок, а потом вдруг застыли посреди джунглей

— Берите левее! Враг остановился, к чему-то готовится, — скомандовал я прибывшей подмоге, идущей вслед за Максом. — Тетыща, больше не стреляем, не расходуем ресурс, гоним врага к турелям.

Мы с Викой побежали параллельно арабам. Залегли в засаде примерно там, где они должны выходить. Донеслись выстрелы. Ага, наши нашли цель. Зеленые точки растянулись по джунглям, взяв врага в полукольцо, погнали к куполу, и арабы повелись, двинулись на меня.

— Вика, не стреляй, — мысленно сказал я. — Не подставляйся, пусть их расстреляют стражи, а мы сэкономим боезапас, он нам пригодится.

В голове крутилось: «Все идет по плану». Но жопа чувствовала, что происходит звездец. Бывает такое: он крадется в кустах, перебирает лапками, ты слышишь цокот коготков и предчувствуешь, не осознавая: это он, зараза!

Но сейчас-то что может пойти не так? Арабы уязвимы, не сильно прокачаны — это мы выяснили. Они делают то, чего мы от них добиваемся: медленно, но верно идут к куполу, где их расстреляют стражи, и останется взять тепленькими.

Появился первый араб, я прицелился в него на всякий случай, хоть и понимал, что он меня вряд ли заметит, и в мою засаду вряд ли попрется.

Следов вперед спиной из зарослей вывалился второй, третий. Чистильщик шел позади… и