Жатва душ 7. Ночь хищников - Данияр Саматович Сугралинов

Иссахар рванулся вперед. Бронированный кулак ударил в купол.

— Шестьдесят два процента! — крикнула Лиза.

— Кема, еще! — завопил я.

Второй выстрел «Граммофона» разнес восстановившийся щит израильского чистильщика, но Иссахар не отступал, бил кулаком и файрболами одновременно. Высунувшись из люка, я стрелял по нему из «Грамма». Как здорово, что они у нас есть, именно это инопланетное оружие лучше всего сбивает защитное поле.

— Пятьдесят четыре! — В голосе Лизы прорезались панические нотки.

С севера подъехал броневик Лукаса, тоже нашел защиту под куполом. Трое бойцов «Щита» рассыпались по периметру, а Мигель развернул крупнокалиберный и полоснул очередью по пехоте Иссахара — двое упали, остальные залегли.

И тут из джунглей вывалился Костегрыз.

Титан увидел скопление людей с горящими душами и заревел так, что у меня заложило уши. Семьдесят с лихвой уровней бешенства, обиды и голода в одном уродливом, но очень могучем теле. Первым делом Костегрыз поднял ногу и наступил на бойца Иссахара, который не успел отскочить, — хрустнуло, и вскрик оборвался. Второго смахнул рукой в заросли.

Иссахар развернул экзоскелет к титану и врезал файрболом в упор. Костегрыз получил в грудь, отшатнулся, но выстоял и с ревом обрушил обе лапы на него. Щит принял удар, но Иссахара впечатало в землю по колени. На периметре начался хаос: израильтяне стреляли одновременно по титану, по бездушным, по куполу и по нам, без координации и приказов.

В голосовом чате прорезался Макс:

— Ден, мы с Сергеичем на подходе! Тридцать секунд!

— Северный фланг оголен, займите его! — командовал я, забравшись для лучшего обзора к Кеме на крышу модуля.

И в этот момент слева ударили арабы.

Пять автоматов загрохотали из джунглей, пули защелкали по куполу. Кто-то из новеньких заорал. Тетыща, стреляя одной рукой, развернулся к новой угрозе. Вика, пошатываясь после контузии, перехватила магнитное ружье и открыла огонь.

Я стоял на крыше «амфибии», и передо мной разворачивался кошмар: экзоскелет бил в купол, Костегрыз бил по экзоскелету, арабы стреляли с фланга, бездушные лезли из джунглей, два «Стража» молотили по всему, что двигалось, а третий, поврежденный еще в прошлом бою, дымился и плевался искрами.

И правда хардкор!

Я сфокусировался на космодесантнике: «активности» у него было 61 %… Оп! Уже 70, 73, 78… Таблетку выпил, зараза.

«Активность» Костегрыза упала до 77 %. Настоящий танк! Сколько его били, а он еще на ногах.

Справившись с паникой, израильтяне сосредоточили огонь на нем как на самой опасной цели, хотя получали нехилый урон от «Стражей». То, что расстрел прекратится, если они уйдут из зоны поражения, они не догадались, ну и славно!

Я улыбнулся, и в голове вырисовался новый план. Очень красивый план, но не безупречный. Очень многое зависело от удачи. Но если с Донки получилось, может, и с Костегрызом получится?

Глава 16

Живой, билят!

— Сорок два процента прочности купола! — озвучивала Лиза то, что я и сам видел, и голос ее дрожал. — Что у вас происходит, Ден? Есть ли надежда?

— Да, надежда есть, если не отвлекать! — рявкнул я и посмотрел на израильского космодесантника.

Его «активность» скакнула до 88 % и снова начала снижаться. Кема постреливал в него из «Граммофона», чтобы не восстанавливался щит. Больше всех выгребали рядовые израильтяне, которые погоды не делали, потому я выделил Иссахара приоритетной целью, и «Стражи» стали палить по нему.

А вот безмозглому Костегрызу было все равно, кого бить, и он охотился на бегающих вдоль купола людей, а потом и вовсе переключился на арабов. Одного поймал и перекусил пополам. Причем, когда он жрал нижнюю часть тела, верхняя еще орала, пока не захрипела. Минус один. Хоть какая-то польза от здоровяка.

В это время космодесантник продолжал снимать прочность купола. Он переливался разноцветным огнем, освещая окрестности, и казалось, что мы находимся в какой-то сюрной теплице. Ремонтный дрон не справлялся, «Стражи» наносили Иссахару урон, но не фатальный, и с Костегрыза, на которого у меня были планы, он переключился на купол.

— Бей Костегрыза изо всех стволов! — заорал я. — Надо снизить его «активность» вдвое. Тогда я попытаюсь его законтролить.

— Ты уверен? — спросил Лукас.

Тетыща продолжал строчить по космодесантнику, как и Вика.

Спрятать людей под своим щитом Иссахар больше не мог — защита слетела, и подчиненные рассредоточились, причем многие имели собственные куполы.

Некоторые его люди покинули зону поражения «Стражей» и стали бить по куполу издали. Похоже, только сейчас до них дошло, что «Стражи» просто охраняют периметр, интервентов заманили в ловушку, а если отойти, урона можно избежать.

Иссахар понял, что переоценил свои возможности и блицкриг не получится, потому тоже попятился, получая выстрелы «Стражей» в грудь, приказал арабам объединяться с его людьми, но те были осторожнее и попрятались.

Костегрыз наконец одумался и сосредоточил свой гнев на Иссахаре. Как и раньше, он выдрал дерево с корнями и принялся бить по людям гигантской дубиной, но те или успевали увернуться, или дубина с треском обрушивалась на другие стволы. Иссахар о моих планах на Костегрыза не знал, потому сделал все правильно: переключился с купола на Костегрыза, отступая в джунгли, чтобы разделить силы противника и перевести бой в более безопасное место.

Хотелось хоть на миг выдохнуть, расслабиться, ведь у нас появилось несколько минут передышки, купол немного восстановится, и…

И израильтяне вернутся, но теперь они будут умнее и не станут приближаться, подставляться под огонь «Стражей», а расстреляют купол с дистанции, а потом возьмут нас тепленькими. Потому никакой передышки!

Купол перестал получать урон и светиться, и ненадолго мир погрузился во мрак, только вспыхивали щиты израильских бойцов. Пришлось переключиться на «Фазовый взгляд», и в этот момент в джунглях, где резвился Костегрыз, полыхнуло, вспышка выделила стволы деревьев, как на негативе.

Костегрыз, взревев, взмахнул горящей дубиной — хрясь!

Космодесантник отошел от меня довольно далеко, и его системку я не видел и не знал, сколько он получил урона. «Активность» Костегрыза снизилась до 62 %, давай, родименький, бей арабо-израильских оккупантов!

Вспышка. Рев. Разинутая пасть Костегрыза.

— Бить по израильтянам! — скомандовал я, решив рискнуть не только своей жизнью, но и боевыми товарищами.

И покинул безопасную зону. Потому что надо поддерживать контакт с Костегрызом. Когда он поймет, что проигрывает, и ломанется прочь, нужно успеть его подчинить. Если он разорвет дистанцию, это снизит мои шансы.

Параллельно я нащупывал рядом бездушных, над которыми ненадолго потерял контроль. Двенадцать штук. Мало, чертовски мало! Но уж что есть. Обозначив Иссахара приоритетной целью, я натравил на него зомби.

Покинув радиус поражения, люди Иссахара бегали по джунглям и