Лорды Сэйрана. Пустышка с Арригосы - Соня Мишина

Глава 28

Лорд Вейсарн. Арригоса ― крейсер

Солнце едва успело сместиться к зениту, когда они покинули здание Совета. Воздух больше не был густым от напряжения, а казался легким и звенящим, словно после грозы.

— Шесть часов, — констатировал Вейсарн, сверяясь с хронометром на вифоне. Они стояли на площади, и ветер трепал пряди волос Леры. — Мы уложились в половину отведенного срока.

— Когда не тратишь силы на сопротивление, все идет быстрее, — тихо ответила Лера, глядя на свои руки, теперь свободные от оков и чужих ожиданий.

Они молча доехали до отеля на том же флаере. Сборы заняли минимум времени. У лордов — стандартный полевой набор, у Леры — один небольшой скромный чемодан, который она собрала, окинув свой номер последним прощальным взглядом, в котором Вейс не увидел тоски, лишь легкую отстраненную грусть по тому, что могло бы быть, но не случилось.

Именно тогда Кай, всегда чуткий к чужим душевным токам, мягко нарушил молчание:

— Леранда. У нас еще есть время. Если ты захочешь проститься с семьей…

Лера замерла на мгновение, ее пальцы сжали ручку чемодана. Она улыбнулась ― с горечью, но без сомнений.

— Нет, — Она покачала головой. — Если родственники не интересовались мной два года, не видели во мне ничего, кроме немой неудачницы, то не думаю, что сейчас их интерес ко мне проснется. А если и проснется… — улыбка на ее губах растаяла, — то интерес будет не ко мне, а к перспективам стать родственниками лордов Сэйрана. Мне не нужно такое прощание. Мое прошлое останется там, где ему и место — в прошлом.

Вейсарн наблюдал за Пери, и стискивал зубы от щемящей боли за нее. Она была права. Он понимал: ее отказ был не проявлением слабости или обиды, а актом высшего самоуважения.

— Тогда в путь, — просто сказал он, забирая ее чемодан. — Корабль ждет.

Когда флаер оторвался от площадки и Тренгорн пополз вниз, превращаясь в игрушечный город, Вейсарн заметил, что Лера не смотрела в иллюминатор. Она смотрела на него, на Кая и Гройса. На свое будущее. Она выбрала их. И, видимо, это был единственный выбор, который теперь имел для нее значение.

Леранда Клэр. Крейсер «Посланник»

Подъем на орбитальном шаттле был для меня первым. Я немного волновалась, как он пройдет, как мой организм перенесет перегрузки и краткие мгновения невесомости, но все оказалось вполне терпимо. Антиперегрузочное кресло смягчило тяжесть, которая навалилась в момент ускорения, а тренированное тело позволило быстро приспособиться к перемещению через стыковочный шлюз в условиях невесомости.

Как только моя нога ступила на борт межгалактического крейсера «Посланник», включились гравикомпенсаторы корабля, и я почувствовала привычную опору под ногами.

У выхода из переходного шлюза лордов дожидался старший помощник капитана крейсера, лэр Монаган. Он доложил лордам о готовности крейсера к старту с орбиты в открытый космос.

― Четыре часа до выхода в точку прыжка, если мы двинемся прямо сейчас, ― сказал он. ― Будут ли другие указания?

― Нет. Действуем по стандартному протоколу, ― Вейсарн передал лэру Монагану не только указания, но и кейс с заряженными под завязку псионитами. ― Экипаж ― по своим местам. Мы доберемся до своих кают сами. Четвертую каюту блока займет наша Пери, Леранда Клэр. Экипажу мы ее представим позже.

Лэр Монаган, козырнув, ушел, а я, переодетая в летный комбез, который мне выдали на орбитальном шаттле, последовала за лордами на верхнюю палубу — обживаться на новом месте.

Блок из четырех кают, объединенных общей гостиной, был просторным и хорошо обставленным ― даже по меркам не самых бедных домов Арригосы. В свободной спальне, которая стала моей на время пути, было не только просторное ложе и общие с соседней спальней санитарные помещения.

Здесь имелась виртуальная панель с консолью доступа к ИСИНу крейсера, рядом с которой стояло гравикомпенсаторное кресло, которое можно было использовать как обычное рабочее. Часть стеновых панелей заменяли голоэкраны, настройки которых можно было менять так, чтобы они изображали то окна, то аквариум, то другие элементы интерьера.

Небольшой обеденный столик, над которым виднелся люк доставки с корабельного камбуза, завершал убранство. За парой панелей по обе стороны от входа скрывались удобные шкафы-пеналы, где я и разложила свои очень скромные пожитки.

Лорды, которые оставили меня на несколько минут в одиночестве, чтобы я могла немного освоиться и прийти в себя, появляться не спешили. Поэтому я, как была в комбинезоне, улеглась на упругое ложе и закрыла глаза, прислушиваясь к непривычным звукам: гулу систем жизнеобеспечения корабля, тихим сигналам, подаваемым электроникой, которой были напичканы стены, пол и потолок. К собственному дыханию ― такому спокойному и ровному, будто ничего особенного не происходило. Словно я и не улетала навсегда с планеты, на которой родилась и прожила всю свою жизнь.

Кажется, я даже задремала, ведь ночью мне удалось поспать всего три часа. А проснулась через некоторое время оттого, что ИСИН сообщил негромко, будто старался не напугать:

― Пери Леранда. Лорд Кайсарн просил известить, что в общей гостиной накрыт обед. Он надеется, что вы составите ему компанию.

― Да?.. ― мое сознание медленно возвращалось из царства снов, и на секунду мне показалось, что я снова в своей квартире в Тренгорне. Но мягкий гул систем жизнеобеспечения и непривычный простор каюты вернули меня в реальность. И вместо тоски по дому я с удивлением ощутила лишь облегчение. ― Передай Каю, что я умоюсь и приду.

Воспользоваться умывальником без подсказки ИСИНа мне вряд ли бы удалось, но, к счастью, он сумел подсказать, на какие кнопки нажимать. Так что уже через пять минут я была в гостиной. И там же был Кай.

― А Вейс и Гройс? ― немного удивилась я отсутствию побратимов лорда Кайсарна.

― Оставили меня позаботиться о тебе, а сами составляют и отправляют в Отдел по работе с новыми расами при Союзе отчеты о нашем пребывании на Арригосе, ― пояснил Кай.

Признаться, я не совсем поняла, получилось ли так случайно или Вейс и Гройс нарочно дали нам с Каем возможность пообщаться без них, но ничего не имела против. Кай завораживал меня ― не только слишком моложавой и более нежной по сравнению с побратимами внешностью, но и своим даром эмпата.