Сорок третий – 4 - Андрей Борисович Земляной

открылись почти одновременно и первое мгновение ничего не произошло. Затем мир взорвался рыком, визгом, хриплым лаем, лязгом когтей об металл и камень и тем страшным беспорядком, который возможен только тогда, когда в одном месте внезапно оказывается слишком много голодного живого мяса, не обременённого разумом.

Псы рванули вперёд сплошным потоком — кто на запах, кто на звук, кто просто туда, где перед ним что-то двигалось. Часть действительно понеслась в долину, откуда открывался прямой путь к крепости, часть бросилась друг на друга несмотря на вонючую жидкость которой опрыскали шкуру животных для того чтобы они меньше интересовались друг другом.

Первым тревогу поднял не пост в долине, а внешний наблюдатель на северном гребне.

Он увидел движение, непохожее ни на патрульную группу, ни на привычную пустошную живность, и сделал то, за что Ардор особенно ценил старых сержантов: не стал геройствовать, а сразу передал сигнал тревоги по радио и не получив ответа, продублировав ракетой белого огня.

Через минуту в крепости уже орали сирены сбора.

Через пять Ардор стоял в оперативной комнате, одетый в штурмовой комплект, а через семь на карте появились первые красные метки.

— Что там? — спросил он коротко.

— Массовое движение со стороны долины, господин капитан, — доложил дежурный. — Пока визуально — стая. Большая. Очень.

— Насколько большая?

— Сотни.

В комнате стало на полтона тише и не от страха, а от очень понимания, что такие вещи случайно не происходят.

Ардор уже шёл к столу.

— Донести информацию до магов. Персоналу в долине, срочный отход по третьему маршруту. Из брони не вылезать. Охрана оборудования, имитация боя и отход тоже в броне. Стрелков на северный и северо-восточный сектора. Штурмовики в воздух, пройтись вдоль долины, грузовикам вешать оружие на подвеску, грузить максимум. Тяжёлые пулемёты — на стены и башни. И… — он на секунду задержал палец над картой.

— Мы не станем защищать долину?

— Это не основная атака, — сказал Ардор уже почти спокойно. — Это приманка.

— С чего вы взяли?

— С того, что никто не тащит несколько сотен псов через границу только ради порчи оборудования. Это слишком дорого, слишком сложно и слишком заметно. Значит, они хотят, чтобы я поверил, и полез спасать долину любой ценой.

Он ткнул пальцем в карту.

— Значит, сделаем вид, что поверили.

Люди у стола молчали не больше секунды — ровно столько, сколько им требовалось, чтобы перестроить голову под ход его мысли.

— В долину, на броне уйдёт второй взвод первой роты, с задачей шуметь, стрелять и изображать героическую борьбу за оборудование. Пусть пара штурмовиков пройдёт там им в помощь. Всех остальных — на позицию ожидания за крепостью выше уровня облаков. Оружие — ракеты воздух-воздух, на все точки подвеса. Зенитчикам и всем огневым точкам, поднять тройной боекомплект и воду. Все площадки удобные для высадки держать под прицелом. Организовать беготню по двору. Пусть со стороны видно будет, что мы суетимся мельтешим и растягиваемся.

Начальник штаба кивнул.

— Они ударят сверху?

— Больше неоткуда. Им нужен склад с изменёнными материалами, и кстати пленные им не нужны.

В долине начался натуральный свинарник.

Псы влетели в рабочую зону с воем визгом и рёвом сразу начав рвать кабели, бросаться на опоры, лезть под движущиеся узлы, грызть деревянные столбы, драться между собой и визжать от боли, когда очередной слишком смелый экземпляр оказывался под ударом вихря или получал очередь из тяжёлого метателя в бок.

Но три десятка зверей успели нахлебаться аномальной дряни раньше, чем их положили. Этого хватило, чтобы несколько псин раздуло в плечах и лапах, у одной морда пошла уродливыми шипастыми наростами, другая, наоборот, будто истончилась и стала двигаться с такой скоростью, что по ней дважды промахнулись в упор.

— Слева! Слева, сука! — орал кто-то из стрелков, крутясь на месте стрелка, всаживая очередь в очередную образину.

Оборудование они всё же повредили. Одну из боковых секций крана сорвало с направляющих, два контейнера разбились, ударившись об землю, рабочую площадку залило кровью, пылью и чёрной эфирной слизью от какой-то твари, которую уже никто не хотел опознавать по породе. Но при всём внешнем кошмаре сами бронетранспортёры повредить не могли что и позволило группе прикрытия действовать именно так, как и велел Ардор. Громко, ярко и ровно настолько убедительно, чтобы любой наблюдатель со стороны решил, что крепость действительно бросает туда силы.

В сам Талинвал тем временем спешно «тащили» ящики, бегали расчёты, таскали ленты, безуспешно на всех частотах орали связисты, а часть людей демонстративно строилась на выезде к северным воротам.

Только по факту большинство этих людей либо занимало заранее подготовленные позиции, либо спустя минуту исчезали в каменных коридорах, казематах и скрытых переходах, где их уже ждали оружие броня и боевой приказ.

Ардор находился в командном центре — башенке с круговым обзором, внимательно следя за обстановкой.

— Когда? — тихо спросил начальник штаба, подошедший на полшага ближе.

— Сейчас.

И почти сразу над Пустошами загудело. Сначала низко, затем и уже в полный голос и из-за северо-западной гряды холмов, хищной стаей вынырнули вражеские штурмовики, а за ними пять тяжёлых транспортов.

— Ну вот, — сказал Ардор почти с удовлетворением. — Не разочаровали.

Гилларцы шли уверенно. Они видели движение у долины, суету в крепости, часть техники, уходящей якобы на помощь группе, ведущей бой в долине, и решили, что момент пойман идеально.

Первый удар был по башням противовоздушной обороны и орудиям на стене.

Ракеты ушли красиво но так же красиво врезались не туда, куда рассчитывали пилоты, отклонившись на силовом щите поставленном магами. И когда штурмовики вышли из атаки, крепость ответила. Ударом в хвост ракетами воздух-воздух, и плотными очередями крупнокалиберных пулемётов вслед.

Один вспыхнул ещё в воздухе и ушёл вниз длинным горящим росчерком за северный вал. Второй разорвало над южной стеной, а ещё две врезались в землю в километре от крепости.

— Есть поражение целей — спокойно доложил командующий силами ПВО.

— Вижу, — ответил Ардор. — По транспортам чуть позже. Пусть подойдут.

Транспорты шли ниже и медленнее, и не могли видеть в плотной дымке что приключилось со штурмовиками. А связь во всех диапазонах глушили свои же.

Они рассчитывали сбросить десант на пике хаоса, когда штурмовики подавят огневые точки и зальют внутренний двор огнём.

Но вторая волна штурмовиков успела дать залп и выбила часть кладки на восточной стене, убив расчёт