Хиван — амбассадор - Василий Васильевич Горобейко

ай-ди с тысячей койнов в придачу неплохо стимулирует хавийя дать свободу своим рабам. Средняя цена раба полторы — две тысячи, так что если у раба есть личные накопления, а хавийя своим рабам хоть и немного, но платят, то вместе с полагающимися подъемными у него есть реальный шанс самостоятельно выкупиться из кабалы. Вот только останется он при этом голым и босым. А так за его освобождение Содружество заплатит, и все подъемные при нем останутся! Вот и думай, чьи деньги лучше сберечь: конкретных людей или абстрактных налогоплательщиков. Интересно, а что там олигархи запросили?

Забелин развернул бумажку и тупо уставился на строчки каких-то непонятных значков, отдаленно напоминающих индийскую вязь. Ничего не понять. Хотя цифры обычные, так что главное понятно и так. Они хотят от тысячи двухсот до семисот пятидесяти койнов за освобождение раба. А эти двести пятьдесят — это, скорей всего, плата за доставку будущих попаданцев. Вроде как разумно, только вот по сравнению со стандартным диё за пленника это много или мало? А что гадать? Можно же у паренька спросить.

— Скажи мне, гашанкад, какое диё вы обычно платите за голову пленника?

Парнишка вдруг резко посерел, глазки испугано забегали с Хивана на Марийку и обратно. На миг показалось, что он готов прямо с места прыгнуть в окно, спасая свою жизнь, но тут же его плечи опали, взгляд угас.

— Я правда не хотел этого делать, но адер[52] настоял. Он сказал, что Хиван — оборотень, верный слуга Кори исмарис, одурманивший сладкими речами убаров. Что его нужно убить, но сделать так, чтобы гнев его хозяина пал не на нас, а на рабов. Не убивайте меня, отец меня любит, он заплатит вам, сколько скажете!

— Успокойся, никто тебя убивать не собирается. Да и не сделал ты ничего плохого. Ты же просто выполнил поручение своего дяди. Как его, кстати, зовут?

— Кого? Меня? Меня Умми зовут.

— Хорошо, Умми. А как зовут твоего дядюшку, который поручил тебе нанять Аслана?

— Кияно. Его зовут Кияно. Он старший брат моего отца.

Иван переглянулся с Марийкой, та кивнула, мол, знаю такого, и собралась на выход. Иван покачал головой.

— Не надо лишать Сахина удовольствия оказать нам услугу. Тем более преждевременная кончина брата почтенного малака никак не пойдет на пользу нашему делу. А все-таки кто-нибудь мне скажет сколько обычно платят диё за пленника?

— Если взяли в бою, то до полутора тысяч, а если на нем крови нет, то могут и пятью сотнями ограничиться. — Радка наконец подняла глаза от своего планшета.

— Значит, они взяли среднюю цену. Нормально.

— О какой цене речь? — поинтересовалась только что вошедшая Кавайка.

— Не бери в голову, это я так вслух размышляю. Получилось с помещением?

— Не совсем то, о чем я мечтала, но по функционалу сгодится. Так что мне нужна ваша помощь по развертыванию пункта регистрации. Промерить все, спланировать, мебель закупить, персонал подобрать…

— Хорошо, поможем, хотя я бы предпочел профессионалов нанять.

— Ага, и полдня убить на то, чтобы объяснить им мои хотелки? Да с вашей помощью мы безо всяких профи за пару часов справимся.

— Как скажешь. А где, кстати, наш радушный хозяин?

— В ангаре остался. ЦУ раздает своим работничкам. Это был склад для водорослевого комбикорма. Почти пустой, но запашок, скажу я вам! В общем, мы договорились, что до обеда они все там приберут, дополнительное освещение и кондиционеры установят. Пойдем, сам все увидишь.

Из всех плюсов помещения Иван отметил только два: оно большое и расположено вдоль центральной трассы, ведущей на выезд из города, так что подъехать под загрузку можно было хоть к северным, хоть к южным воротам. Все остальное пошло в минус: запах, пыль, отсутствие вентиляции, слабая освещенность, необходимость каждый раз открывать огромные ворота для входа и выхода, отсутствие санузла… Ну да хозяин — барин. А вот и Мадаха. Довольный, улыбается. Еще бы! Он очень удачно впарил глупой йурубке простаивающий в межсезонье склад, да еще наверняка за приличные деньги! Пожалуй, самое подходящее время личный вопрос порешать.

— Почтенный Мадаха, пока вы не уехали, не поможете мне в одном личном деле?

— Конечно, все что в моих силах! Если Хивану тоже нужен офис, я подберу самый лучший в городе!

— Спасибо, без офиса я пока обойдусь. Мне нужна информация об одной сделке. Месяца два — два с половиной назад здесь в Абгале торговец хавадле продал раханам очень необычного щенка, за весьма приличную сумму…

— Скорей уж за весьма неприличную сумму! Тысяча койнов за полудохлого пса!

— А кто были продавец и покупатель?

— Продавец — Хунгур, он из ло-донов, мелкий торгаш, каких много. А вот покупатель очень необычная личность. Все зовут его просто серен[53], имя он никогда не называет. Он здесь нечастый гость. Поговаривают, что он типа убара раханвейн, но это вряд ли. Хотя у этих дарод все не как у людей!

— Дарод?

— Ну да. Дигиль и раханвэйн — дарод, а не хавийя. Ты что, не знал? Мы одного корня, но очень дальняя родня. У нас даже язык разный! Понять, конечно, можно, особенно написанное, но с трудом.

— А где мне найти этого серена?

— Не знаю. Спроси о нем в их пакгаузе. Это у самых причалов. Ты сразу поймешь, возле него все контейнерами с батареями заставлено. С простыми тураями[54] даже не пытайся говорить, ищи сразу кацина[55]. Его Абор зовут, но ты лучше называй его просто по должности. У них так принято. Хотя вряд ли он тебе что-нибудь толковое ответит. У них если не секретка, то субординация. Лишнего слова не вытянешь.

— А они тоже через Врата в этот Мир пришли?

— А ты хорошо осведомлен, если про Врата знаешь. Про них даже упоминать вслух не принято. Но тебе я отвечу. Нет, они не из нашего Мира. Поговаривают, что они вообще местные, хотя я в это не верю. А почему тебя эта сделка интересует? Подожди, так это не щенок был? Это твой зверь? Настоящий Нанди?[56] Тогда понятно, почему такая цена! Продешевил Хунгур, я бы за такой трофей втрое больше предложил!

17

День прошел в суматохе. Иван раз десять пожалел, что не настоял на привлечении специалистов. У него вообще создалось впечатление, что Кавайке просто доставило огромное удовольствие вся это возня с украшением и