Я есть Закон! Том 2 - Алексис Опсокополос

Моя последняя, предельно прямолинейная фраза наконец-то пробилась сквозь пелену её паники. Кира тяжело выдохнула и заметно ослабила мёртвую хватку на руле. Двигатель пикапа недовольно рыкнул, сбрасывая обороты, и между нашим капотом и машиной Соколова вновь образовалась безопасная дистанция.

— Вы правы… простите, — прошептала девушка. — Просто… у меня сердце сейчас разорвётся от этого напряжения.

— Ваша сердечно-сосудистая система обладает достаточным запасом прочности, — спокойно сказал я, возвращая взгляд на дорогу. — Сосредоточьтесь на вождении. Капитан Соколов сбрасывает скорость и включает поворотник. Кажется, мы приехали на место.

Мы затормозили, подняв облако сухой пыли, вслед за полицейским седаном. Место, куда отправил нас врач, оказалось типичным пристанищем человека, привыкшего жить на широкую ногу при полном отсутствии архитектурного вкуса.

Территория была обнесена монументальным, метра в три высотой, глухим забором из блоков. Само здание, возвышавшееся за этой «крепостной» стеной, напоминало карикатурную, сильно уменьшенную копию средневекового замка. Хозяин не поскупился ни на узкие окна-бойницы, ни на совершенно нелепую в реалиях современного пригорода угловую башню, увенчанную острым металлическим шпилем.

Кира дёрнула ручку двери пикапа, готовая выскочить наружу и броситься на штурм этой цитадели, но я предостерегающе перехватил её за локоть.

— Спокойно. Оставьте инициативу представителям власти, — произнёс я. — За этим забором может находиться вооружённая охрана или агрессивные собаки. Мы не должны мешать следственным действиям.

Девушка нехотя осталась на сиденье, но до упора опустила стекло, напряжённо вслушиваясь в происходящее.

Капитан Соколов выбрался из служебной машины и вразвалочку направился к массивным кованым воротам. Он нажал кнопку домофона, вмонтированного в мощную кирпичную колонну.

Несколько долгих секунд царила тишина. Затем динамик ожил, издав недовольный электрический треск, и грубый мужской голос нелюбезно поинтересовался:

— Чего вам? Маршрут не смотрите? Доставка с другой стороны, здесь частная территория!

Капитан Соколов даже не изменился в лице. Он придвинулся вплотную к глазку видеокамеры, достал из нагрудного кармана раскрытое красное удостоверение и ткнул им прямо в объектив.

— Уголовный розыск. Следственно-оперативная группа, — громко произнёс капитан. — Открывайте ворота.

Динамик выдал неразборчивое ругательство.

— И учтите, — невозмутимо добавил Соколов, убирая удостоверение. — У вас есть ровно одна минута. В противном случае я квалифицирую ваши действия, как неподчинение сотруднику полиции при исполнении, и мы будем вынуждены выломать ворота, чтобы проникнуть на территорию.

Я стоял у открытого окна пикапа, положив руки на дверцу, и бесстрастно наблюдал за тем, как капитан Соколов берёт хозяина особняка на элементарный испуг. Чтобы на законных основаниях проникнуть за этот глухой трёхметровый забор и провести обыск, правоохранительным органам требовалось соответствующее постановление суда. А его у Соколова не было. «Неотложные обстоятельства», которыми он мог бы прикрыться впоследствии, в данном случае выглядели бы в рапорте крайне неубедительно.

Где-то глубоко внутри меня глухо и недовольно заурчало моё Ядро Истины. Блеф представителя власти и угроза порчи чужого имущества ради проникновения на частную территорию являлись грубым нарушением. Вся моя сущность протестовала против такой вольной трактовки норм права. Но какие у нас были варианты?

В кабинете директора клиники окончательно сломленный доктор выложил всё как на духу. Он признался, что продал сервала клиенту клиники, у которого здесь же на днях скончался кот. Этого злополучного кота он и передал на кремацию. Врач продиктовал номер телефона, по которому Соколов за считаные минуты определил точный адрес.

Животные на чёрном рынке — это высоколиквидный товар. Любимца Киры могли перепродать, спрятать или вывезти в другой регион в любую минуту. Если бы капитан Соколов сейчас развернул группу и поехал в суд оформлять ордер по всем правилам Уголовно-процессуального кодекса, мы бы потеряли драгоценное время. К моменту получения заветной бумаги с гербовой печатью Конго бы здесь уже не было.

За забором послышался приглушённый лай собак, затем тяжёлый лязг отодвигаемого засова. Встроенная в ворота металлическая калитка нехотя приоткрылась, и в проёме приоткрытой калитки нарисовался мужчина лет сорока. Широкий, здоровенный, с круглым, мясистым лицом, на котором читалась крайняя степень неудовольствия.

Несмотря на присутствие полиции, одет хозяин дома был предельно расслабленно: в белые шорты и растянутую майку, не скрывающую внушительную фигуру. Он упёрся массивными руками в косяки калитки, наглухо перекрыв проход.

— Капитан, чего тебе надо? — басом поинтересовался мужик, всем своим видом демонстрируя, что незваных гостей здесь не ждали.

— У вас находится редкий кот… — Соколов нахмурился, щёлкнув пальцами, пытаясь вспомнить мудрёное слово. — Как он там называется?

— Сервал, — Кира, не в силах больше оставаться в машине, подошла к следователю.

— Вот, — сказал Соколов. — Сервал.

— И что? — мужик вызывающе выпятил челюсть. — Мы его купили. У доктора в клинике. Он теперь наш. Наш кот умер, дети просили нового, врач нам его и продал.

— Не совсем так… — начал было капитан.

— В смысле «не совсем»⁈ — взвился здоровяк. — Мы за него триста тысяч отдали!

Поняв, что диалог начинает вязнуть в бытовых препирательствах, я счёл необходимым вмешаться. Я сделал пару шагов вперёд и встретился взглядом с недовольным хозяином особняка.

— Эти деньги вам в судебном порядке вернёт врач, — произнёс я. — Он незаконно завладел чужим животным и сбыл его вам. Данная сделка купли-продажи является ничтожной на основании статьи 168 Гражданского кодекса, так как прямо нарушает требования закона. Кроме того, согласно статье 302, поскольку имущество выбыло из владения собственника помимо его воли, оно подлежит безусловному истребованию даже у добросовестного приобретателя.

Я сделал короткую паузу, кивнул на застывшую рядом девушку и добавил:

— А вот — законная владелица сервала.

Мужик на секунду завис, переваривая обрушившийся на него поток юридических формулировок. Его наглая уверенность дала трещину. Быстро сообразив, что законных прав на экзотического зверя у него нет, он решил пойти ва-банк и резко сменил тактику.

— А сейчас у меня его нет! — рявкнул он и попытался с силой захлопнуть калитку.

Но Соколов, продемонстрировав отличную реакцию, успел вставить в сужающуюся щель свой ботинок. Металл ударил о кожу, но капитан даже не поморщился.

— Сокрытие краденого, — с тихой угрозой процедил следователь, наваливаясь плечом на калитку. — Статья 175 Уголовного кодекса. Заведомое приобретение и сбыт имущества, добытого преступным путём.

— А вы докажите! — мужик побагровел, упираясь с обратной стороны. — Вы докажите, что он у меня вообще был! Нету тут никакого кота!

Кира, не проронив ни слова, резко развернулась и метнулась обратно к своему белому пикапу.

— Вы, по сути, ничего не теряете, — вновь обратился я к упирающемуся хозяину особняка, предпринимая последнюю попытку перевести разговор в правовое русло. — Деньги в полном объёме вернутся к вам в