Крылатая почта - Алекс Кода

- Что она тогда сказала? - непринуждённо подтолкнул детектива Гермес.

Вздохнув, Виктор достал из кармана пачку сигарет и закурил, смотря в окно. Долгожитель усмехнулся. Нервы детектива всё же сдали под конец дня.

- Она не хотела играть, как с другим дядей, - вполголоса проговорил Виктор.

Гермес почувствовал ком в горле. Понятно, что детектив имел в виду. Долгожителя стошнило бы, но вовремя не запил это ощущение кофе. Он временно сам впал в транс. Противно, отвратительно, даже для того, кто жил на Олимпе вместе с весьма своеобразными существами. Гермес прикусил губу. Возможно, Эмилия забыла об этом... А их вылазка заставила её вспомнить. Возможно только кадрами на мгновение. Да какая разница...

- В моей голове тогда что-то щёлкнуло, - детектив выдохнул дым. - В тот день я обнаружил у себя способность успокаивать детей, а затем и неконтролируемую ярость. Она рассказала. Насколько это было возможно для ребёнка. А потом я чуть не убил собственного младшего брата. Артур меня еле-еле оттащил, хотя потом сам чуть ко мне не присоединился. Я лишился работы. За превышение полномочий. Жалею ли я об этом? Нет. И Артур был со мной согласен. Я не знаю, почему Ден вырос таким. Не понимаю... - Виктор наконец взглянул на долгожителя. Он долго всматривался в его почти пустые глаза. Неужели, Гермес правда начал что-то испытывать к какому-то человеку? Как минимум, долгожителя правда задела эта история. И детектив это увидел. - Она ничего не помнит об этом, - выдержав паузу, сказал Виктор. Гермес выпрямился. - Мама постаралась. Да и сама Эмилия. Виолетта, после судов, села дома и очень много занималась дочкой. Поэтому Эмилия выросла такой, - детектив затушил окурок об собственный ботинок. - Я же не просто так на тебя злился, Гермес. Понимаю, ты старше и сильнее меня, но я не хочу, чтобы наши решения вновь как-то ей навредили.

Гермес глазел в потолок комнаты. Они разошлись с Виктором, договорившись завтра вечером обсудить дела. Всё-таки детектив вымотался за это время. Да и у Лациса точно теперь будут к нему вопросы.

Светало, а долгожитель так и не заснул. Какое-то время его вид может обходиться без сна, не страшно. Просто на этот раз у Гермеса была определённая причина, которая одновременно его бесила. Он чувствовал вину? Возможно. Он сам не определился. За что, если этот человек сам ничего не помнит. «Сколько бы я не пытался, а людей возненавидеть не могу», - обречённо пришёл к этому выводу долгожитель, наблюдая, как первый луч солнца скользнул в его комнату.

Конечно, призрение к людям в Ингоплексе утихло с появлением первых городов. Магические существа не хотели уподобляться людям. Вот только долгожители всё ещё ненавидели их. Были причины, но и человечество можно понять. А если подумать, действительно ли Гермес злился на человечество в самом деле? В золотые деньки он часто гулял среди них. Они казались интересными, любопытными, интригующими. Может, долгожитель просто поддался общему влиянию? В конце концов и среди жителей Ингоплекса есть и чудесные существа, и не очень. Как он вообще к этому пришёл?!

Гермес вскочил с кровати и посмотрел в окно на кофейню. Реликвия спрятана, Виктор отдыхает, а у долгожителя есть незавершённое дело. Нет, не дело. Он понятия не имеет, как это лучше назвать.

Сколько же труда составило Гермесу вытерпеть долгие четыре часа. Малотир пробуждался в восемь. Точнее, тогда на улицах появлялись первые люди с собаками. У «Ботаники» никого не было. Стоило догадаться, что её работники сегодня не выйдут на смену. «Не проблема», - усмехнулся долгожитель, спрыгнув с окна и тут же взлетев.

Городок маленький, дом Эмилии Гермес нашёл... Не сразу. Хотя и быстрее, чем думал. Он был... Милым? Небольшое деревянное сооружение с обшарпанной краской. Перед домом был изящный садик. Над крыльцом раскинулся каштан, а некоторые цветы вдоль тропинки из гравия уже цвели. Просто. В характере хозяйки. Долгожитель не мог ошибаться. По крайней мере ошибок с адресами за все его века никогда не возникало.

Гермес подошёл к одному из окон, постучался и встал на крыльцо. Через пару минут дверь медленно открылась.

- Гермес? Доброе утро, - удивлённо поприветствовала его Эмилия.

Судя по всему, девушка недавно встала, так как не успела переодеться и стояла перед долгожителем в просторной футболке и штанах. Волосы она успела убрать в объёмную косичку.

- Доброе, дорогуша. Я тут увидел, что у вас выходной, решил на дом заскочить. Мне одному скучно, - в привычной для себя манере сказал Гермес.

Эмилия тихо засмеялась. Так нагло в гости к ней ещё никто не напрашивался. В прочем она не против.

- Заходи, - девушка пропустила долгожителя внутрь. - Только тихо. Флэр всё ещё спит.

Гермес ни мог не отметить комфортную атмосферу внутри. Домик был почти отделан внутри, оставались только какие-то мелкие трещинки. А обставлен точно уютно и комфортно. Комнатные растения расположились в зале, в котором выделялись два больших стеллажа с книгами, а также мягкие светло-зелёные диван и два кресла. На полу лежал мягкий ковёр, а в центре находился небольшой столик с разными блокнотами и книгами. Около стены стоял старый камин. Судя по всему, часть интерьера, оставленная прошлыми владельцами. На нём стояли несколько фотографий. Гермес не успел разглядеть каких именно, Эмилия его позвала на кухню.

Эта комната также очень просторная. Есть, где развернуться во время готовки. Долгожитель уселся за круглый столик. Девушка поставила перед ним тарелку сырников и кружку какао со взбитыми сливками и корицей.

- Тебя мой дядя всю ночь отчитывал? - поинтересовалась Эмилия, усевшись напротив и принимаясь за свой завтрак.

- Мы просто поболтали, дорогуша. Обсудили новую информацию, детали и... - Гермес прервался, осматривая девушку. Как она выглядела спокойной и милой, так и осталась. Уплетала свою еду, будто вчера всё, что было - обычные будни. Для него они обычные. А для неё насколько? - Немного твой дядя всё-таки побурчал. В этот раз, винить его не буду. Он... Просто устал.

Эмилия хихикнула. Долгожитель наконец-то притронулся к своей еде.

- Ты потерял свои очки? - удивилась девушка.

- А, - Гермес беспечно пожал плечами, отправив один из сырников в рот. - Меня тряхнуло электричеством, и они разбились. В Энигме у меня есть ещё.

- Тебе без них хорошо, - слова Эмилии