Воздушная кавалерия. Том 3 - Джек из тени

— Я ранен… суки… — прохрипел он, его лицо побелело.

— Держать! — крикнул я своим, которые уже высыпали из кузова и занимали оборону за машинами, открывая ответный огонь.

Я вытащил Серого из машины и уложил его на землю, за колесо. Ранение было сквозным, пуля прошла навылет, не задев кость. Жить будет, но крови терял прилично.

— Батя, аптечку! — крикнул я, зажимая рану рукой.

Стрельба усилилась. Это были обычные лесные шакалы, отморозки, которые устраивают засады на дорогах, грабя одиноких старателей или малые группы. Палили беспорядочно, не целясь, просто поливая нас свинцом.

Мои парни огрызались, работая короткими, прицельными очередями. Пулеметчик из второй машины уже заставил замолчать одну из огневых точек. Но я видел, что бой затягивается, мы были на открытом месте, а они в укрытиях. Рано или поздно они нас задавят числом, или у нас просто кончатся патроны. Рисковать своими людьми ради этой шелупони я не собирался.

— Всем прекратить огонь! Экономьте патроны! Прикройте меня! — скомандовал я, и, не дожидаясь ответа, выскочил из-за машины.

— Командир, ты куда⁈ — заорал Матвеев, но я уже был в движении.

Я не побежал на них в полный рост, как в кино. Я скользнул в придорожную канаву, поросшую густым кустарником, и, пригнувшись, побежал вдоль дороги, заходя им во фланг. Они меня не видели, все их внимание было приковано к нашим машинам.

Добравшись до нужной точки, я выглянул из-за кустов. Вот они, голубчики, семеро уродов, которые залегли за поваленными деревьями и вели огонь по моим парням. Ну что ж, вы сами этого хотели…

Активировал Консоль на полную. Мир вокруг изменился, стал набором данных, потоков энергии. Я почувствовал Пыль, разлитую в воздухе, в земле, в стволах деревьев. Она была дикой, необузданной, но для меня она была послушным инструментом.

Не стал создавать огненные шарики или молнии. Это было слишком шумно и неэффективно, я просто протянул руку в сторону засады и сжал кулак.

* * *

Боль в плече была адской, она пульсировала, заливая все вокруг красной пеленой. Серый лежал на земле, прижавшись щекой к холодной, влажной грязи. Один из бойцов Волчка, молодой парень с лицом убийцы, уже перевязывал ему рану, действуя быстро и профессионально. А сам Волчок… он просто исчез. Рявкнул что-то своим и растворился в кустах. «Сбежал, сука», — с горечью подумал Серый. Он так и знал, что этот выскочка сломается при первой же реальной опасности, когда за спиной не будет его хваленых щитов и пулеметов.

Стрельба на мгновение стихла, а потом… потом началось нечто невообразимое.

Серый услышал не выстрелы, а какой-то странный, шипящий свист, словно кто-то рвал гигантский кусок шелка. А затем из леса, со стороны, куда убежал Волчок, донеслись короткие, отрывистые крики.

Серый, превозмогая боль, приподнял голову и посмотрел в ту сторону. И то, что он увидел, заставило его забыть о ране. Из земли, из стволов деревьев, из воздуха, казалось, вырывались короткие, черные, похожие на иглы шипы. Они летели с невероятной скоростью, пронзая все на своем пути. Вот один из бандитов, который вел огонь из-за дерева, вдруг дернулся, и из его груди, пробив его насквозь вместе со стволом дерева, вырвался такой черный шип. Бандит замер на секунду, а потом его тело просто сползло по дереву, оставляя на нем кровавый след.

Другого, который пытался перезарядить карабин, буквально пригвоздило к земле десятком таких же игл, вырвавшихся из-под его ног. Он даже не успел закричать.

Серый, который считал себя человеком, которого уже ничем не удивить, смотрел на это, и его седые волосы, казалось, вставали дыбом. Он видел в своей жизни многое: кровавые разборки, жестокие пытки, работу самых сильных Кинетиков Барона, Волчок дал фору многим из них.

Через полминуты все было кончено, крики стихли. Из кустов, как ни в чем не, бывало, вышел Волчок. На нем не было ни царапины, одежда была чистой, он подошел к Серому и присел на корточки.

— Ну как ты, гость дорогой? — спросил он с легкой усмешкой. — Не сильно зацепило?

Серый смотрел на него и не мог вымолвить ни слова. Боль в плече отошла на второй план. Он понял, в том ущелье, они видели лишь вершину айсберга, которая скрывалась за этой маской грубого бандита.

— Уверен, Барон будет рад услышать мой отчёт — прохрипел Серый.

— Уже неплохо — кивнул Волчок, затем резко встал — по машинам! Гуляем за мой счёт, братва!

Глава 13

Возвращение во Владивосток после рейда на караван Петрова было похоже на возвращение с другой планеты. Там, в дикой зелени, все было просто и понятно: вот враг, вот цель, вот свист пуль и сладкий вкус победы. Здесь, в каменных джунглях портового города, начиналась другая война. Война без выстрелов, без четкой линии фронта, где каждый взгляд мог быть прицелом, а каждое слово ядом.

Константин, правая рука и мозг Барона, встретил их не в обшарпанной конспиративной квартире, а в новом, куда более респектабельном месте. Это был просторный лофт в перестроенном здании старой мануфактуры, с высокими потолками, огромными окнами и видом на залив. Место было обставлено дорого, но безвкусно, словно хозяин пытался кричать о своем богатстве, но не знал, как это делается правильно. Тяжелая дубовая мебель, аляповатые картины в золоченых рамах и, посреди всего этого, огромный стол с самым современным терминалом ГИС.

— Располагайтесь, господа, — Константин, одетый в неизменный, идеально сидящий костюм, широким жестом указал на кожаные диваны. Он улыбался, но глаза его, холодные и внимательные, сканировали каждого из вошедших. Особенно его взгляд задержался на мне.

Я, в своей роли Волчка, прошел в центр комнаты и развалился на диване, небрежно закинув ногу на ногу. Мои парни рассредоточились по комнате, не садясь. Они стояли у стен, у окон, их позы были расслабленными, но я знал, что каждый из них готов в любую секунду превратить этот дорогой интерьер в поле боя.

— Хоромы у тебя, Костя, — я лениво оглядел лофт. — Не боишься, что налоговая инспекция заинтересуется, откуда у скромного управленца такие апартаменты?

— Налоговая инспекция боится задавать мне вопросы, Волчок, — спокойно парировал он, садясь в кресло напротив. — В этом городе многие боятся задавать мне вопросы. Но я, в отличие от них, люблю спрашивать. И