Истории старого Дома продолжаются - Юлия Чернухина

к сибирскому колдуну. Магия его работает по-другому, не так, как у нас всех, даже не так, как у тебя. И возможно, поскольку он специализируется на целительстве – и на простом, и на магическом, – он как раз тебе и сможет помочь. Но нам придется посетить его там, где он живет. А конкретно, где он живет, скажет Асенька. Она сейчас пошла искать эту книгу. Там и адрес его есть.

– Ура! – завопил Отрывкин радостно. – Может быть, еще не все потеряно! Может быть, у меня все-таки есть будущее!

– Конечно, оно у тебя есть, – улыбаясь, сказала Сова, – с такой-то командой!

Все облегченно засмеялись, обнялись, стали хлопать Отрывкина по плечам, по голове и вообще куда придется. Отчего он не был в восторге.

Тут вернулась Асенька с книгой и сказала:

– Итак, колдуна зовут Федор. Живет он в Сибири, в районе Кузнецкого Алатау, на каком-то притоке реки Усы, так что надо собираться и ехать туда. Что зря время терять?

Все поддержали Асю.

Отрывкин схватил ее на руки и начал тискать, гладить, обнимать, целовать в нос – короче, совсем засмущал кошечку. А сборы назначили на завтра, потому что сегодня было и так много переживаний. Проделана была большая работа. Решили ехать всем Домом. Дом не возражал, наоборот, был даже рад.

– Значит так, – уже бодро, как обычно, начал Отрывкин, – завтра подъем с рассветом, сборы. Берем из лаборатории все магические принадлежности, какие только имеем. Возможно, они нам там пригодятся. Старт назначаю на двенадцать дня. А сегодня я напишу письмо Жене и все объясню: почему не приезжаю, почему она не может приехать, куда мы уезжаем и зачем. Письмо-то можно ведь туда телепортировать?

– Конечно! – хлопнул себя по лбу Соловей. – Как-то мы за магией совсем о письмах забыли!

Решил – сделал. Отрывкин написал Жене письмо и все ей объяснил. И, конечно, в письме было много заботы, внимания и нежности. И робкой, нарождающейся любви.

Письмо исчезло с громким хлопком, а через час пришел ответ. Письмо прилетело в голову Сове, когда та наклонилась, чтобы поднять упавший со стола листок бумаги, – со странно звонким «Бам!» письмо стукнуло по затылку ничего не подозревающей Сове. Сова свела глаза в кучку и в задумчивости растянулась на полу.

Когда в комнату вошел Отрывкин, он испугался, увидев Сову в таком виде. Щелкнув пальцами, Отрывкин привел Сову в чувство.

– Кто-то хочет моей смерти, – были первые слова Совы. – Я только наклонилась, как меня звезданули по затылку, – мрачно добавила она.

Отрывкин созвал всех и спросил Дом, есть ли чужие. Дом отрицательно пожал стенами. Отрывкин рассказал всем историю Совы. Все прониклись и пожалели подругу, но никак не могли понять, что же с ней приключилось. Сова настаивала на версии покушения.

– Да кому ты, кроме нас, нужна? – высказал Лева здравую мысль. – А мы тебя убивать не собираемся.

Сова насупилась и обиженно замолчала.

Тут Ворон спросил:

– А что это за письмо валяется на полу?

Отрывкин поднял его, испустил счастливый вопль: «Это ответ от Жени!» – и умчался к себе в комнату, чтобы в тишине его прочитать.

– Та-ак, – протянул Ворон, – Сова, а то, что тебя ударило по затылку, по твоим ощущениям ровным было или круглым?

– Вот я сейчас все брошу и вспомню, – огрызнулась Сова. – Вроде ровным. Как плоской доской саданули по голове.

– Ха, тогда я знаю, чем тебя приложило! – засмеялся Ворон. – Повезло тебе! Это было письмо. Вспомни, при телепортации легкие вещи обретают вес, да плюс сила тяжести, вот письмо и «спланировало» с силой камня тебе на череп.

– Ты, Ворон, прямо главный психолог у нас. Успокоил так успокоил! Теперь-то все понятно! И голова перестала болеть, и в ушах перестало звенеть, – съязвила Сова.

– По крайней мере, никакого покушения на тебя не было, – засмеялся Лева.

– А голову сейчас вылечим, – добавил Соловей и щелкнул Сову в лоб.

Глаза у Совы полезли на лоб (почти буквально), налились нехорошей желтизной, и с воплем: «Я убью тебя, лекарь ты недоученный!» – Сова бросилась на Соловья с явно нехорошим намерением.

Соловей увернулся и выдал трель. Сова затормозила и, не долетев до Соловья, камнем упала в кресло; кресло застонало. Ворон клацнул клювом, и Сова, открыв ставшие нормального цвета глаза, покрутила головой.

– А не болит! – заявила она.

– Сова, – сказал Ворон, – Соловей просто не успел закончить заклинание. Оно бы тебе точно помогло. Так что не злись на него.

– Да все уже, – проворчала Сова. – Голова прошла, обида прошла. Мир, дружба, кока-кола.

– Почему «кока-кола»? – спросил Соловей, опасливо выползая из-под кресла.

– Не люблю жвачку! – отрезала Сова.

На этом инцидент был исчерпан, все помирились.

Тут вбежал счастливый Отрывкин.

– Она меня любит и будет ждать! – крикнул он, и все поняли, что можно выдохнуть.

– Дом, как считаешь, можем мы сегодня достойно поужинать? – спросил Лева.

Дом захлопал ставнями в знак согласия. Компания тоже одобрительно заулыбалась, закивала, замахала крыльями и заклацала клювами.

Все пошли на кухню и обрадовались, увидев, что стол уже накрыт.

– Да когда ты все успеваешь, волшебный ты наш? – восхищенно пробормотала Сова. Дом смущенно громыхнул кастрюлями.

Все уселись за стол. Как всегда, было весело, вкусно, по-домашнему.

После плотного ужина Ворон заявил:

– А теперь все шагом марш в библиотеку! Перед завтрашней дорогой я вам расскажу интересную байку.

Все захлопали в ладоши, лапы и крылья и быстренько переместились в библиотеку. Позвали Алешку. Сначала рассказали ему о предстоящем путешествии (он сразу же заявил, что едет вместе со всеми, – все были только рады) и наконец дали возможность Ворону начать рассказ…

Байки старого Ворона: Эликсир

Однажды Семен Волосков попал в автомобильную аварию (вот недаром у него со школы было прозвище На-Волоске: всегда ему не хватало самой чуточки, чтобы не сорваться).

Он ехал с дачи, был час пик, и Семен остановился на светофоре. Машина была загружена всякими дачными нужностями. Он, посматривая на светофор в ожидании зеленого света, уже мысленно был дома, раскладывал все привезенные с дачи консервированные банки с овощами. И тут на самом интересном месте его размышлений («Есть ли в холодильнике что-нибудь съедобное?..») Семен, вернее его машина, получает сильнейший удар в бампер. Да такой, что голова мотнулась, как у куренка, и воткнулась в боковое стекло, дверцу машины. Перед глазами Семена все поплыло, сильно разболелась ушибленная голова.

Он встряхнулся – полегчало быстро.

«Неужели зеленый проспал?» – подумал Семен и посмотрел на светофор. Тот по-прежнему горел красным!

«Да что же это делается! Стою, никого не трогаю – и получаю!..» – скакали галопом подстегнутые ударом мысли Семена.

Посмотрев в зеркало,