Истории старого Дома продолжаются - Юлия Чернухина

Дел было невпроворот.

Вася занималась домашними сборами. Она охрипла от постоянных окриков на котят и крысят, чтобы случайно никто не остался вне Дома, например на лужайке или в лаборатории.

Ворон запасался книгами по всякому врачеванию и в помощницы взял Асю. Та чрезвычайно была горда оказанным доверием. Имя и адрес мага Федора, который называл себя колдуном, были выписаны на отдельном листке и выучены наизусть всеми обитателями Дома, вплоть до самого Дома.

Сова и Соловей отправились проверять окрестности Дома – свой район. Чтобы там было все в порядке. Облетев всю область, вернее протелепортировав по ней, Сова пришла к выводу, что все отлично, ничего страшного не случится за месяц, который они планировали отсутствовать. Соловью, правда, не понравился один наглый муравей, который по дороге к муравейнику задирал своих собратьев и насмехался над ними: «Тянете свою лямку, и тяните дальше. Только никому это не надо и никто вас за это по головке не погладит. А я не такой дурак! Я горбатиться всю жизнь не намерен».

Соловью очень не понравилось такое отношение наглого муравья к собратьям, которые действительно трудолюбиво работали.

Соловей поделился сомнениями с Совой, и та согласилась, что муравей как-то странно выделяется на фоне своих собратьев.

– Давно он по темечку не получал, – сделала вывод Сова.

Соловей согласился, и тут же недовольный муравей был наказан щелчком по голове. Последнее, что от него услышали перед тем, как он впал в забытье, были слова: «Вы не имеете права…»

На этом дискуссия была закончена.

Сова одобрительно посмотрела на Соловья и спросила:

– Ну что, перевоспитаем?

– Перевоспитаем! – откликнулся Соловей и щелкнул клювом.

В тот же миг все отрицательные эманации слетели с муравья, и перед разинувшими клювы птицами предстал маленький человечек. Таких в их краях не было. Человечек лежал смирно. Наверное, потому, что был без сознания.

Сова срочно связалась телепатически с Вороном и спросила, что с таким недомуравьем делать. Ворон посоветовал отправить его в свое измерение, где этот вредитель был тише воды, ниже травы, никому не хамил. И вообще существовал как обычный представитель фауны.

– Это у нас он ведет себя непристойно, забыл, что в гостях, решил, что здесь для него закон не писан и все дозволено, – сказал Ворон, – а у себя он обычный законопослушный и вежливый житель измерения. Так что не думайте, отправляйте. Это третье от нас измерение.

Только Сова с Соловьем хотели щелкнуть клювами для отправки инородца к нему домой, как тот пришел в себя и начал требовать адвоката.

– Вы ущемили мои права! – потрясая кулаками, верещал гнусный тип, притворявшийся муравьем. – Нанесли тяжкие телесные повреждения! Я этого так не оставлю!

– Ты рот-то прикрой! – разозлилась наконец Сова. – Это ты здесь пытался революцию устроить! Тебя сюда звали? Нет? Ну и проваливай, пока я тебя не съела. – И Сова широко распахнула клюв.

Человечек попятился. Сказать ему было нечего: попал он сюда случайно, магическим ветром занесло. Вот и решил похулиганить, думая, что никто не узнает.

– Не надо меня убивать, – чуть не плача, всхлипнул человечек, – у меня семья, жена, ребенок. Дома начитался про всякие революции, а тут меня к вам занесло. Вот я и решил оторваться. Дома-то нельзя.

– Оторвался? – сурово спросил Соловей. – А теперь расплачиваться будешь.

Сова с Соловьем переглянулись, кивнули друг другу и дружно клацнули клювами. Перед ними появился сухой сучок, не подающий признаков жизни. Сова взмахнула крылом, и сучок растворился в воздухе, будто его здесь никогда и не было. Сова с Соловьем хлопнули друг другу по крылу в жесте «дай пять».

– Сова, ты уверена, что с ним все будет в порядке? – все-таки спросил Соловей.

– Через пару дней очухается, примет опять свое обличье у себя дома. Только про революции забудет навсегда. Рэволюционэр неудавшийся, – заверила Сова Соловья.

Довольные проделанной работой, птицы полетели дальше. Где бы они ни пролетали, куда бы ни телепортировались – везде ставили защитные заклинания от негатива. Так велел Отрывкин, который с утра был очень деятельный.

Так птицы оказались на Лесном озере. (Пока другого названия у него не было. Как говорил Отрывкин, это до поры до времени.) На озере было все в порядке. Щуки не хулиганили, караси плескались на солнышке, плотвичка серебряными струйками проплывала на мелководье.

Вдруг раздался треск деревьев, и к воде вышел медведь. И начал ловить рыбу.

– Эй, медведь! – закричала зачем-то хулиганка Сова. – Ты медведь или заяц?

Это она вспомнила давнишний неудачный опыт с живой водой, когда заяц напился этой воды и превратился в медведя.

– Ой, кто здесь? – как-то несолидно присел на задние лапы медведь. – И откуда вы знаете, что я заяц?

– Так ты все-таки заяц! – с триумфом воскликнула Сова. – Опять мимо лаборатории бегал да воду пил, какую не надо?

– Не. Ничего я не пил, – твердо ответил медведь-заяц. – По опушке мимо Дома вашего бежал, а тут ветерок подул. Ну я и нанюхался… Раз, и уже медведь, – пригорюнился он.

– Это он мимо лаборатории бежал, – предположил Соловей, – во время опыта. Пары́ ветром и отнесло в его сторону. Нюхнул, и вот результат.

Птицы как-то уж совсем не-альтруистически заржали. Заяц, который временно стал медведем, обиделся.

– Ты, серый, не расстраивайся, – успокоила страдальца Сова. – Мы сейчас тебя обратно превратим.

Тот неожиданно заупрямился.

– А можно через пару дней? – просительно сказал заяц. – А то у меня счеты тут с одним медведем. Он мне на лапу наступил и не извинился.

Сова с Соловьем опять засмеялись.

Отсмеявшись, Соловей произнес:

– Через пару дней вся магия выветрится сама. И ты опять зайцем будешь.

– Вот спасибо-то! – обрадовался медведь-заяц. – Да я за это время все свои проблемы решу!

– Ну, удачи тебе, – произнесла Сова.

Они наложили на озеро защитное заклинание и телепортировались на поляну. На поляне они тоже везде понаставили защиты – на всякий случай.

Тем временем Лева и Отрывкин были в лаборатории, занимались усовершенствованием Манюни. Для дальнего путешествия в неизвестные края это было просто необходимо. Манюня постоянно спала, говоря при этом, что подзаряжается во время сна. Такая длительная подзарядка не устраивала никого. И Отрывкин решил Манюню «ускорить». Манюня капризничала и сопротивлялась. На самом деле она просто панически боялась всяких опытов. Но с Отрывкиным этот номер не прошел. Он быстренько объяснил Манюне, что и для чего это надо, и они с Левой дружно принялись за работу. Взяли особый настой трав, который предназначался для чистки Манюни, капнули туда немного живой воды, добавили пару веточек шалфея, полыни и лопуха (зачем лопух, Лева так и не понял), все это перемешали