Курсант - Максим Шторм

Ставрогин безмятежно улыбнулся.

– Такова судьба большинства Часовых, парень. Но ты прав. Сдохнуть в вашем краю куда проще и быстрее, чем где бы то ни было. Ваши земли по гиблости могут соперничать с самым оскверненным местом на всей протяженности границы!

Очень приятно было услышать, в какой, оказывается, опаснейшей дыре находится мой родной дом в этом мире!

– Ладно, дурные мысли в сторону, курсант! Собирайся.

Я недоуменно вскинул на него голову. Капитан городских Часовых опять хохотнул. Черт, этот бравый вояка нравился мне все больше и больше. Видя мое замешательство, Ставрогин пояснил:

– Ты свободен, парень.

– А как же?..

– Запрос? Да демоны с ним. Простая формальность. Я с тобой потолковал с глазу на глаз, и этого мне вполне достаточно. Я сам выведу тебя из этой дыры. Переночуешь в одной гостинице, помоешься, отдохнешь. Гостиница называется «Адмирал». В двух кварталах отсюда, спросишь по дороге, любой укажет. Не перебивай. Утром явишься в штаб-квартиру Корпуса. В гостинице подробно объяснят, где она. Кромлех – большой город, но потеряться в нем сложно. Тут все просто и удобно устроено. Как только придешь, доложишь о себе. Ну а там уж решим, как тебя доставить в столицу. Да, пока не забыл… Лови!

Я машинально поймал брошенный капитаном сверкнувший в отблеске вечернего света кругляш. Уважительно оценив размеры моего кулака, Ставрогин пояснил:

– Это специальный пропускной жетон для городских Часовых. Пусть и не вернуть былых славных деньков, но кое-какими привилегиями мы еще пользуемся в народе. Показывай его любому стражнику, что тебя остановит. В гостинице проживание также запишешь на счет Корпуса. Проблем не будет.

Я рассмотрел лежавший на ладони кругляш. Тяжелый, из вытертого до блеска железа, с обоюдным изображением часового циферблата. Такой несложно и подделать. Или в нем заключена какая-то невидимая обычному глазу хитрость?

Поднявшись с табурета, Ставрогин протянул мне руку. Я пожал ее, задержав в своей немногим дольше, чем требовалось. Оценив мой жест, бригадир Часовых сказал:

– Не переживай. Пусть ты выбрался из одной кучи дерьма, чтобы угодить в другую, но ведь выбрался же? Что для обычного необстрелянного курсанта уже огромный подвиг. Через несколько минут за тобой придут. Да, доспехи Фляйшера тебе придется оставить. Потом их заберут для погребения. У старого ублюдка не было никого из родных, так что хоронить то, что от него осталось, будет Академия. В его случае хоть есть что схоронить. Ну, бывай, Алексей Бестужев. До завтра.

И капитан, скрипнув железной дверью, вышел из камеры, оставив меня в полном смятении. Как быстро понеслась моя жизнь. Галопом, словно необъезженный конь. Да все по колдобинам и кочкам. Я подбросил в воздух жетон, поймал и спрятал в кармане штанов. Только бы не потерять!

Ставрогин не обманул. За мной пришли спустя считаные минуты. Обычный безоружный привратник, самым устрашающим из облика которого были его длинные вислые усы. Что-то неразборчиво буркнув, он вывел меня из камеры и сопроводил до караульного помещения, где меня встретил комендант. Врангель выглядел донельзя расстроенным. Словно ребенок, которому незадолго до наступления Нового года сказали, что Дед Мороз не приедет и подарков не будет. Не глядя на меня, он нарочито нейтральным голосом проворчал:

– Свободен, Альрик Безродный. Надеюсь, капитан тебе сообщил, что больше ты никогда в жизни не втиснешь свое грязное тело в доспехи Фляйшера.

Я снова мудро промолчал. Врангель, пожевав губами, добавил:

– Извини, но мы где-то потеряли твой мешок.

Пожав плечами, я так же молча кивнул, соглашаясь. Невелика беда. Посчитав церемонию прощания со мной законченной, комендант злобно рявкнул одному из стражников:

– Выведи его вон, живо!

И уже в спину мне добавил:

– Надеюсь, ты больше никогда не окажешься в Кромлехе.

И совсем тихо, но я все равно услышал:

– Ведьмин выкормыш…

* * *

Гостиницу под броским названием «Адмирал» я отыскал довольно быстро. На улицы города уже опускались сумерки, когда я зашел на постоялый двор, миновал каретную площадку, коновязь и направился к добротному кирпичному зданию высотой в целых три этажа, что по меркам Кромлеха было довольно прилично. Пока шел к гостинице, старался поменьше вертеть головой по сторонам. Я не рассчитывал, что сойду за своего, нет. Не хотелось, чтобы во мне вообще признали человека не от мира сего.

Ставрогин оказался прав. Несмотря на изрядные размеры и населенность, Кромлех был устроен довольно практично и удобно. Даже впервые посетившему его гостю было сложно заплутать. Улицы были прямыми и широкими, оснащенными табличками с названиями. Почти все дома пронумерованы, на различных публичных заведениях обязательно имелась вывеска, обозначающая их назначение. Так я проходил мимо домов, торгующих всякой всячиной лавок, мастерских, питейных заведений, пока через пару кварталов не нашел искомое здание.

Подсказками прохожих пришлось воспользоваться всего пару раз. И то на меня косились, как на юродивого, но в помощи не отказали. Я и сам понимал, что видок у меня еще тот. И почему я не догадался попросить у капитана Часовых взаймы немного денег, тоскливо подумал я, проходя мимо очередной лавки, торгующей одеждой.

Я шел по мощеным улицам города, и мне казалось, что я попал в прошлое, в оживший музей на исторический экскурс по истории Российской империи восемнадцатого-девятнадцатого веков. Именно в подобном духе были выстроены городские здания. Периодически по дороге проносились кареты и верховые. Я торопливо жался к обочинам, стараясь не угодить под копыта лошадей. По мере того как на Кромлех опускалась тьма, в окнах загорались огни. Так я увидел фонарщиков, которые, прохаживаясь вдоль зданий, зажигали уличные светильники.

Иногда на глаза попадались мрачные бородатые парни в проклепанной коже, с короткими мечами на поясах, с копьями и небольшими арбалетами в руках. Городская стража. На меня обратили внимание, изучили, взвесили и решили не останавливать. Я хоть и был похож на бродягу, но шел открыто, не таясь, голову не опускал. Значит, ничего и не замышлял. Мои ноздри чуяли удивительную мешанину запахов. Конский навоз, кожа, железо, масло, ароматы готовящейся на огне пищи, вонь отхожих мест, запах сгораемых дров и угля.

С наступлением вечера стало резко холодать. Я начал тосковать по оставленным у городских привратников доспехам. Вот уж не ожидал, что так быстро привыкну к этой железной шкуре и без нее буду чувствовать себя голым и незащищенным. Единственное, что я успел незаметно вытащить и спрятать за пазухой, это небольшой круглый пенал из промасленной кожи с географическими картами. Я решил, что мне они будут гораздо полезнее, чем тому, кто, осматривая доспехи погибшего Часового, захочет наложить на них лапу.

Когда я