Смотритель маяка 4 - Артём Град

И это было правдой, между тремя камнями был плотно зажат бумажный сверток из которого торчал небольшой фитиль. Внутрь свертка был засыпан порох, который и запускал детонацию кристаллов.

— Их можно как просто кидать, так и с рогатки бахнуть! Не нужна твердая поверхность, о которую он сработает. Как тебе?

— Ну даешь, отличная вещь. Для летяги самое то! — я вертел в руках нехитрую вещицу — Всё проверил? А если разлететься? А погаснет?

— Проверил! — гордо и с улыбкой заявил парень и кивнул в конец мастерской, где между полом и стеной проглядывал обледеневший угол. — С той стороны стена вся обмерзла!

— Хах, ну ты осторожнее, конечно — я пожал парню руку, — Но молодец! Бери на вооружение.

— Только есть одна загвоздка — Бенжи смутился, подняв одну из петард — В мастерской мне есть, чем их поджигать. А воздухе? Свободной будет лишь одна рука, спичками не обойдусь.

— Хороший вопрос — сказал я, даже не задумываясь, потому что ответ уже знал — Есть тут одна штука.

Сунув руку в карман, извлек железную зажигалку и положила на стол.

— Только заправил!

— Воу! — воскликнул Бенжи, и повертев в руках, откинул железную крышку в сторону. — Какой приятный звук… Что это?

— У отца не было? Это зажигалка. Норма в нашем мире. Смотри — я слегка провернул колесико, выбив несколько искр. — Надо посильнее, чтобы получить пламя, попробуй сам.

Он немного поигрался с крышкой и чиркнул колесом по кремнию. Пламя вспыхнуло, и парень чуть не выронил зажигалку, успев подхватить ее второй рукой.

— Охренеть… — выдал он, не сводя глаз с пламени — Костер в руках… Туман не знает, с кем связался.

Вспомнив угощение Екатерины, я решил узнать, как и что.

— Слушай, твоя мать говорит, что ты не ешь её кексы. А для кого она их печет?

Бенжамин взял отвертку и начал ковырять жилет, словно скрываясь от неудобного вопроса.

— Да просто печет… — сказал он немного раздраженно, — У отца сегодня день рождения…

— Понял, тяжело вам — я слегка хлопнул парня по плечу — Ты поддержи её, поешь эти кексы. С тебя не убудет.

Юноша положил отвертку, и глядя в стол, кивнул. Ему было не менее сложно, чем матери, просто он старался быть мужчиной в свои восемнадцать.

Я еще раз похвалил его смекалку, попрощался и пошел домой, захватив пару гранат на пробу в полевых условиях, а по пути заскочил за кексами для Мирель.

Я входил в портал с замиранием сердца. Но в этот раз маяк встретил меня домашней тишиной. Нас никто не атаковал, а волны не выламывали окна. На кухне в кресле спал Боцман. Услышав шаги, он медленно открыл свой глаз, зевнул длинными клыками и снова свернулся в калач.

Кофе покрепче и вкусный кекс, вот что мне было нужно, чтобы не уснуть. Оставалось еще два неисследованных маяка, и место, где держат Лили. Она не заложник, она гарант, что Артур не откажется сотрудничать.

Впрочем, грозовой кристалл у меня был лишь один, поэтому ни затягивать, ни перебирать варианты не приходилось. Я сунул за пояс рогатку, подкинул над головой последний грозовой кристалл, выбрался из маяка на берег, чтобы не попасть в засаду, и открыл портал недалеко от воды.

— Так, человек, уже неплохо — я наблюдал через границу, — Пожалуй, он не накинется, если просто войти.

Первый же шаг в портал пришелся на камень, который пошатнулся и громко стукнул о соседний. Нога соскользнула, и я чуть не упал, взмахнув руками для баланса. На берегу сидел старик, он тихо рыбачил, но рядом с ним не было даже ведра. Удочка лежала на рогатине, поплавок неподвижно стоял на воде.

Мужчина слегка повернулся, опираясь рукой на колено, улыбнулся и приветственно кивнул. Одежда его была поношенной, но чистой. Длинный серый сюртук с большими латунными пуговицами, крепкие кожаные сапоги, с глубокими линиями вмятин от хождения по камням. Седые волосы и небольшая борода делали его похожим на мудрого старца. Я помнил, как выглядел в свои семьдесят, и ему было явно больше. На фоне всей серости и пепельности его красок выделялись зеленые глаза. Не потускневшие от времени, старческие, а яркие. На секунду мне показалось, что они светятся, и природа их свечения такая же, как у меня.

— Клюет? — поинтересовался я, решив начать с чего-то непринужденного

— Паршиво. — ответил старик голосом, полным песочного треска. Так звучит механизм, когда в него попали крупицы. Тем не менее, он говорил уверенно и не выглядел увядающим. — Давно не рыбачил, всё с кораблей.

— Меня Владимир зовут, я смотритель маяка.

— Очень приятно, Владимир, — старик повернулся в пол оборота — Марсель, и как видишь, тоже смотритель. Смотрю на поплавок уже битый час.

— Даже с чувством юмора дедуля —

— Садись, не стесняйся, — мужчина кивнул на камень рядом — Давно я не ходил через эти порталы. Что тебя привело? Или так, изучаешь местную магию?

— Я по делу, Марсель — присев, я вынул из кармана письмо. — Но, если честно, не знаю, надо оно тебе или нет. Я не знал, что смотрители доживают до такого возраста. Это целая жизнь…

Старик рассмеялся раскатисто с треском старых связок.

— Да… лет прошло не мало, мне, кажется, восемьдесят пять. Но жизнь, — он мечтательно посмотрел на горизонт, — Это прекрасно, Владимир, я люблю жизнь. Много бы отдал, чтобы не умирать. Так что за дело?

— Туман… — глаза старика блеснули, а на губах почти скрытых в густой бороде, появилась легкая улыбка, будто я упомянул его старого друга — Он убивает смотрителей.

— И ты хочешь их спасти?

— Хочу

— Почему?

Я говорил не с Тьяго, который хотел дистанцироваться от чужих проблем, пока они не стало его. Мне казалось, что я говорю с адвокатом дьявола.

— Почему? Потому что умирают люди. Я видел сотни трупов. Без маяков корабли беззащитны.

— Разве эти люди не были мертвы? — старик обвел взглядом океан — Где мы, по-твоему, находимся?

— Мне известно, где мы. Но мы живы! Живы, потому что говорим, чувствуем и надеемся.

— Выходит, и туман тоже жив?

— От этой дряни пахнет смертью. Почему ты так говоришь? Ты же любишь жизнь… и…

— Должно быть, туман тоже любит жизнь. — неожиданно перебил меня мужчина.

— Что ты хочешь сказать? — такую позицию мне встречать не приходилось.

— Борется за жизнь, за пищу, разве ты не делаешь того же? — он кивнул на поплавок.

— Наверное… — я вертел в руке конверт, не зная, отдавать его или нет — В таком случае, мы