Край обреченных - Артём Григорьевич Помозов

преступник, промышлявший в девяностые рэкетом и угонами, – был найден мертвым у выкупленного им же за копейки бывшего научного бункера на окраине села Дитятки[8]. Как в частном пользовании оказался государственный объект подобного типа? И почему расследование его смерти так отчаянно пытались замять? Коррупция не была чем-то из ряда вон, комитетчик Валерий Платон уяснил это еще в первый месяц службы. В «высоких» кругах покупалось и продавалось все, что только можно. Интересовала его другая странность: тело Грека обнаружил один из местных жителей, следственная группа выехала на вызов, все стандартно и официально, но по приезде их встретили другие ребята – с куда более блатными ксивами. Они долго копошились на поляне, выносили из постройки нагромождения деревянных ящиков с неизвестным содержимым, а затем молча расселись по машинам и разъехались. Лишь один обратил внимание на Платона, сказав ему, чтобы тот забыл обо всем, что здесь видел, и проваливал. Возразить нечего. Против конторских не попрешь. Но не выходило из головы, переклинило: вернулся на место преступления, когда все улики вывезли, опросил нескольких очевидцев. Те утверждали, что жертва торговала с лицами, называющими себя сталкерами. Это такие ребята, что ходили за охраняемый Периметр в поисках странных артефактов полумифического происхождения, стоивших баснословных денег. Валерий владел информацией о Зоне. Имел и государственный допуск, и своего человека в рядах тех самых сталкеров. Тот рассказал, что, скорее всего, из бункера вывезли целый арсенал огнестрельного оружия, склад боеприпасов и десятки кейсов с этими самыми аномальными образованиями.

В траве откопал пистолет. С именной гравировкой: на стволе – благодарность «за верную службу» от Министерства обороны, на рукоятке же – непонятное «К. О. Т.». От приятеля удалось узнать, что был такой искатель – бывший майор Службы безопасности по фамилии Дятченков, уроженец Припяти, отправленный в Зону постоянным наблюдателем. Вот только по бумагам такого человека никогда и нигде не существовало. История становилась все более туманной, а руководство лишь отмахивалось от «новых данных» своего подчиненного, словно от жужжания назойливой мухи. Платон не любил оставаться в неведении. Да только на его нелюбовь всем остальным было положить с прибором. Два с половиной месяца он потратил на то, чтобы получить допуск на работу в закрытой зоне. Два с половиной месяца его мариновали. Чтобы потом послать на все четыре стороны. Не захотели по-хорошему – решил сделать по-плохому. Вадик – с ним Валера был знаком еще со скамьи Академии – выручил, дал контакты некоего Проводника, что новичков на закрытые территории забрасывал. Он как раз вернулся из очередной ходки, так что им удалось пересечься и поговорить по душам. Даже забавно, что оба учились на одном факультете, но у Платона амбиций было куда больше, чем у Вадима Кузнецова, поэтому он пошел в следствие, а не в рядовую ментовку. Чтобы после нее еще ползать по радиоактивным руинам.

Вадим отказал в просьбе провести через Периметр – сослался на то, что уже потерял одного близкого друга из-за своей неосторожности, посему и грех на душу больше брать не намерен. Дал контакт и наводку, сказав, что ответы надо искать в Зимовище – в этой деревушке погиб майор Дятченков. Поделился еще, что несколько лет назад получил приказ от тогдашнего управленца бандформирования «Удар», в котором состоял, вывести Грека и группу ученых с завода «Юпитер» и сопроводить их до разрушенной птицефабрики. Само по себе это вызывало недоумение, ведь «научники» брезговали даже разговаривать с уголовниками, не то что вести совместные делишки.

Связался с Проводником, умолчав о том, что связан со Службой, чтобы не спугнуть паренька. Разговор закончился на позитивной ноте. Договорились о сумме и месте встречи. Только Проводник не явился. Ни к назначенному времени – ни через несколько часов.

– Козлина. – Допил свой американо и вышвырнул стакан в боковое окно. – И тебя посадим, значит.

Мимо сплошной лес пролетал, асфальт был занесен прелой листвой. Он бы так и засматривался на всю эту красоту, если бы не уловил периферическим зрением метнувшуюся под колеса фигуру. Ударил по тормозам, но эффекта это не возымело. «Опель» заскользил, раздался глухой удар, треснул бампер, а по лобовому стеклу пошла трещина. Остановил машину, выскочил на улицу, громко хлопнув дверью, подбежал к сползающему с промятого капота человеку, выкрикнул:

– Вы живы?

Сбитый мужчина неопрятного вида застонал.

– Тише-тише, лежите уже. Я вызову скорую…

– Нет! Не… убивайте… прошу… – проговорил он сквозь боль.

– Я вас не трону. Говорю, вызову скорую, вам помогут.

– Нет… пожалуйста… только не… пожалуйста…

– Какого хрена? – спросил Валера.

У него – или у себя самого – так и не понял. Мужик внезапно вскочил на ноги. Слишком резво для того, кто только что получил удар от колымаги весом свыше тонны. И так же быстро помчался в сторону лесополосы.

– Стой!

Платон бросился за ним.

* * *

Полковник Шевченко приблизился к кодовому замку и, стянув перчатку, ввел четырехзначный код на электронном табло. Вошел в кабинет, снял китель и швырнул его на спинку офисного стула. Сел за стол с ноутбуком, пододвинул к себе кипу бумаг. Досье на задержанных он получил. Первый – Никита Гарбунов по прозвищу Тихий. Бывший инженер по пожарной безопасности в столичной конторе, ныне же – опытный проводник с безупречной репутацией. Жил мирно, в конфликты не влезал, ни одной из группировок Зоны не симпатизировал. Второй – меланхоличный идиот-поэт, что таскался по Территории Проклятых с гитарным кофром. В прошлом – мент, за свою сталкерскую бытность успел посотрудничать с группой Лиса, после чего присоединился к «Удару». Там прослужил вплоть до конца две тысячи тринадцатого, ушел в отставку по собственному желанию.

Пропажа таких персонажей наверняка подорвет боевой дух в их лагерях, а это приятный бонус. Вопрос со сталкерами рано или поздно встанет достаточно остро, чтобы люди в верхах дали отмашку на их полное истребление. Он бы и самовольно разобрался с этими уголовниками, да без оружия и денег особо не повоюешь. Но это все не так важно, как нынешняя задача. Полковник бы слукавил, если бы сказал, что ему не нравилась его новая работа. Еще как она ему нравилась! Шутка ли – как только он заступил на службу на КПП «Зимовище», с самого первого дня, все его мысли и вся его деятельность была направлена лишь на одно: поиметь выгоду. И не абстрактную, в виде регалий, медалек и погон, а вполне себе материальную.

Так и познакомился с Егоровым, мелким чиновником, что занимался обеспечением «периметра охраны зоны экологического бедствия», поставляя боеприпасы, продовольствие, медикаменты и огнестрельное оружие. Вдвоем они