Белый зверь Алисы - Ольга Кот

— Сейчас я вызову нужные службы и все улажу. Тебе не нужно ни о чем думать, хорошо? Я все сделаю сам.

И в этот момент я поняла — если бы не он, я бы просто сломалась окончательно.

— А потом?

Макс внимательно посмотрел на меня. В его взгляде было столько напряжения и одновременно такой осторожной нежности, что у меня болезненно сжалось сердце.

— А потом мы поедем ко мне, — спокойно сказал он. — Одну я тебя точно не оставлю.

Я даже не попыталась спорить.

Не было ни сил, ни желания что-либо решать самой. Мир вокруг будто рассыпался на куски, а я просто стояла среди этих обломков и не понимала, как жить дальше.

К нему домой — значит к нему домой.

Сейчас я полностью доверилась Максу. Позволила ему взять все в свои руки. И, наверное, впервые за долгое время почувствовала странное облегчение от того, что рядом есть человек, на которого можно опереться.

Пусть бабушка и твердила, что он опасен. Пусть предупреждала. Но сейчас именно Макс был единственным, кто держал меня на плаву.

— Я тебе сейчас дам успокоительное, хорошо? — мягко произнес он, внимательно глядя мне в глаза.

Я лишь слабо кивнула.

— Я спущусь к машине и принесу аптечку, хорошо?

— Да…

— Я быстро.

Он осторожно коснулся моей щеки кончиками пальцев, будто проверяя, не рассыплюсь ли я прямо сейчас, а затем поднялся и стремительно вышел из квартиры.

Через несколько секунд хлопнула входная дверь.

И я снова осталась одна.

Тиканье часов казалось невыносимо громким. Тишина давила со всех сторон. Я сидела на диване, смотрела в пустоту и чувствовала, как внутри медленно разрастается эта страшная, глухая боль.

Бабушки больше нет. От этой мысли хотелось кричать.

— Я тут.

Я даже не заметила, как он вернулся.

Не прошло и пары минут, как Макс уже снова сидел рядом со мной. От него тянуло морозным воздухом улицы и знакомым древесным парфюмом. В руках — небольшая черная аптечка.

Он достал блистер с таблетками, аккуратно выдавил одну и протянул мне вместе со стаканом воды.

— Это поможет.

Я послушно взяла таблетку дрожащими пальцами.

— Что это?..

— Атаракс, — спокойно ответил Макс. — Хорошее мягкое успокоительное. Не переживай, тебе от него не станет плохо. Просто немного снимет тревогу и поможет организму не уйти в полный стресс.

Он говорил ровно, уверенно, профессионально. Как врач. Но при этом в каждом его движении чувствовалась забота.

Настоящая.

Живая.

Я проглотила таблетку и сделала несколько глотков воды. Макс осторожно забрал у меня стакан, поставил его на столик, а потом снова сел ближе и мягко притянул меня к себе.

— Умница, — тихо сказал он.

Я уткнулась лбом ему в плечо, а он бережно провел ладонью по моим волосам, успокаивая. Медленно. Нежно.

Потом наклонился и легко поцеловал меня в лоб. Так осторожно, будто я была чем-то хрупким. И именно в этот момент я впервые за это утро почувствовала себя не одинокой. Не брошенной.

Макс крепче прижал меня к себе.

— Я уже вызвал своих людей, — тихо произнес он. — Они помогут со всеми формальностями, и все организуют. Тебе не нужно об этом думать, хорошо?

Я лишь молча кивнула.

— Когда они приедут, побудь пока в комнате, малыш, — продолжил он мягко. — Я не хочу, чтобы ты сейчас видела все это. Я сам разберусь.

— Хорошо, — тихо ответила я.

Я забралась под одеяло, а Макс пошел открывать дверь людям в белых халатах.

Дорогие друзья, я хочу пригласить вас в долгий и захватывающий путь. Впереди у нас целая трилогия, три книги, каждая из которых откроет новые горизонты: мир ангелов, мир демонов и, наконец, их столкновение. Это мой шаг в новое амплуа, и я очень хочу, чтобы вы были со мной в этом путешествии. Помимо истории о снежных барсах, я открываю для вас другой мир — мир ритуалов, выбора и преображения. Пристегните ремни — мы отправляемся в«Вкус вечности». Оставайтесь со мной — будет волшебно!

Аннотация.

В день своего двадцатилетия Ребекка умерла. А затем открыла глаза… в раю.

Теперь её судьба предрешена — стать невестой Бога и навсегда забыть о земной жизни. Но небеса оказываются совсем не такими, какими их представляют люди.

За золотыми вратами скрывается мир ангелов, древних законов и тайн, о которых смертным знать не положено. Здесь даже крылья не делают душу чистой, а чувства способны стать самым страшным грехом.

А потом в её жизни появляется он.

Ангел, рядом с которым впервые хочется нарушить все запреты.

Когда сердце начинает тянуться к тому, кого нельзя любить, даже вечность перестаёт казаться спасением.

«Вкус вечности. Небесный завет»

История о запретной любви, искушении и падении, которое начинается… в раю.

P.s. Книга будет доступна после завершение "Белый зверь Алисы." Сейчас предлагаю Вам ознакомиться с прологом и добавить будущую историю в библиотеку.

Глава 39

Макс.

Скорая приехала быстро.

Я услышал приглушенный звук подъезжающей машины еще до того, как в дверь постучали. Алиса в этот момент сидела в своей комнате, завернувшись в плед, и смотрела куда-то перед собой пустым взглядом. Таблетка начала действовать — дыхание стало ровнее, дрожь немного ушла, но внутри ее все равно ломало.

И я чувствовал это.

Слишком хорошо чувствовал.

— Побудь здесь, Алис, — тихо сказал я, присев перед ней на корточки. — Я сам все улажу.

Она медленно кивнула.

Боже… какая же она сейчас беззащитная и потерянная.

Я осторожно коснулся губами ее виска и поднялся на ноги.

В прихожей уже стояли мои люди. Не государственная бригада. Свои. Те, кому я доверял. Те, кто умели держать язык за зубами и работать быстро, спокойно и без лишних вопросов.

— Макс, — негромко произнес Рич, высокий мужчина лет сорока в темно-синей медицинской форме. — Соболезную.

Я коротко кивнул.

— Работайте аккуратно. В квартире девушка в тяжелом состоянии. Без лишнего шума.

— Понял.

Они сразу стали собранными. Четкими. Профессиональными.

Я пропустил их в комнату бабушки и сам зашел следом.

Тело лежало все так же спокойно. Будто она действительно просто спала. Морщинистые руки сложены на груди, седые волосы аккуратно рассыпались по подушке.

Тихая смерть.

Наверное, именно такую многие хотели бы для себя.

Один из медиков осторожно раскрыл чемоданчик и начал стандартный осмотр. Проверка реакции зрачков, фиксация времени, первичная оценка состояния тела. Второй уже доставал документы.

Я автоматически включился в процесс. Профессиональная деформация.

Когда работаешь врачом столько лет, мозг сам переходит в режим контроля. Даже если внутри все кипит.

— Температура тела уже значительно