111 друзей Милы или Франшиза - это сила. Том 1 - Полина Лашина

Несколько орчат оскалились в сторону наемника, оголяя свои нижние клычки. Но того такая демонстрация агрессии того не впечатлила.

— Тоже мне противники. Должен был победить, — веско добавил мужчина, взяв из миски брата ломоть хлеба и откусывая. — Или хотя бы тоже накостылять. Чет я не вижу на их физиономиях синяков.

— Может, потому не видишь, что у оргов регенерация лучше, чем у людей? — опять вступилась Мила. — И даже если бы…

— Реге… че за хрень? Ежели знаешь умные словечки, то думаешь сойти за умную?

Какая муха его укусила? Или он еще не поужинал, поэтому злой? На вид запыленный. И да, попахивает от него конем и пылью. Только с коня слез? Хотя кто знает местных людей, они же не торопятся приводить себя в порядок даже при подвернувшейся возможности.

— А тебе, как я посмотрю, умные не нравятся? С чего бы? Комплекс неполноценности? — Мила до его прихода ужинала, но сейчас кое-кто портит ей аппетит. К тому же устала после тяжелого дня пути. Поэтому не смолчала. — Психологическая травма из детства? Родители недолюбили? Или… О! Неужели ревнуешь сиблинга из-за его знатного происхождения, но эту злость проецируешь на всех вокруг? Чтобы не Вернера каждый раз бить, когда он начинает кичиться? Да, понимаю, что…

— Че⁈ Сама поняла, че сказала? Наплела тут. Из всего твоего трепа я понял только, что ты сомневаешься в моей полноценности. Хочешь, чтобы я доказал тебе обратное? — наклонился в ее сторону мужик, опираясь об столешницу на стиснутые добела кулаки.

Его взгляд стек с ее лица ниже, как раз на грудь. Хотя Мила была все еще в куртке!

— Она сказала, что ты завидуешь Вернеру, потому что… — только было вступился за девушку Гернад, как старший брат опять замахнулся отвесить ему подзатыльник.

Однако на этот раз младшенький успешно увернулся.

— Не бей парня по голове! — уже за него вступилась Мила, махнув поднявшимся было из-за другого стола оборотням, чтобы не вмешивались. — Да он из вас самый умный, а ты ему собьешь удачные настройки.

— Че?

— Она сказала, что я самый умный из вас! — гордо выпятив грудь, изрек младшенький и тут же получил подзатыльник.

Крякнул, но не обиделся. Только почесал затылок, пригладил вздыбленные вихры.

— Детей нельзя бить по голове. Это плохо влияет не только на их самооценку и здоровье, но и на способность мыслить…

— Че? Я не дите! — хором возмутились оба Дугиана. Но потом старший добавил: — Я одно вижу: что у него реакция до сих пор хреновая! Какой из него воин получится? И ему вся твоя заумная хрень не нужна! Не забивай ему башку ерундой, а то она тяжелая становится. Неповоротливая.

— А кто сказал, что он должен быть воином? У него мозгов вполне хватит даже на управляющего… — начала была Мила.

— Да-а? — удивился сам Гернад, но его старший брат не обрадовался столь лестной оценке: — Херь все это! Он будет воином, я его в свой отряд возьму.

Выдал и махнул рукой пробегающей мимо подавальщице.

Он собрался с ними за одним столом есть? Этот грубиян? Его разве кто-то приглашал?

Аппетит окончательно покинул Милу. И совсем испортилось настроение, когда пышнотелая деваха в сером платье и замызганном фартуке изогнулась рядом с Айварсом так старательно, чтобы ему было удобнее заглядывать в ее вырез. Замусоленный.

Что мужчина и сделал — нырнул взглядом, куда приглашали.

И нет, Миле все равно, но здесь за столом дети! Какой пример этот мужлан им подает!

Однако она выдержала, пока мужчина сделает заказ и с ленивой ухмылочкой обменяется заинтересованными взглядами с девахой. И только потом, когда подавальщица ушла, выдала:

— Так вот какой судьбы ты хочешь брату? Чтобы он, как и ты, таскался по дорогам, весь в пыли и лошадином запахе, бил того, на кого покажет хозяин с кошельком… или чтобы его били все другие? И все счастье — это отдых в теплой таверне сомнительной чистоты да, чтобы трактирная девка одарила вниманием на вечер… Хорошо если не какой-нибудь болезнью, — девушка фыркнула едко, что-то ее окончательно понесло. — Или нагулянным дитем. И кто знает, от тебя ли. В этом ты видишь счастье? Или если ты сам иной жизни не знаешь, то и брата в такое же болото тащишь? А ведь он может стать управляющим… да что там, хозяином таверны, где отдыхают такие вот наемники! У него на это мозгов хватит, — так хотелось сказать «в отличие от тебя», но это все же удержала за зубами. — Особенно если еще немного поднатаскать…

Застывший при ее первых словах мужчина так и сидел неподвижно. И смотрел на нее, не моргая. Напрягся Гернад, сглотнувший, отчего его острый кадык дернулся на тощей шее. Пара волков-охранников все же беззвучно поднялись со своих лавок и передвинулись к ним ближе. Только орчата продолжали шумно метать еду из своих мисок, стуча деревянными ложками и не отвлекаясь на болтливых человеков, которые о чем-то своем говорят. Хотя нет, парочка мальчишек косилась на них и явно прислушивались.

— Ты!… — отмерев, открыл было рот Айварс, но его пресекли охранники:

— Отвали от нее, человек!

— Сами отвалите! — рявкнул на них наемник, что заставило еще несколько посетителей от других столов обернуться. Процедил, подаваясь в сторону девушки: — Ты, девка, слишком много на себя берешь! И я…

Один из волков положил ему крупную ладонь на плечо, которую мужчина тут же скинул.

Но обошлось без драки. Злющий Айварс в итоге просто шумно пересел за другой стол, пнув оттуда других посетителей.

А рядом с Милой появился Конрой.

— Что опять, человечка? Может, вырвать тебе все же язык, а? Ты чего тут устроила?

— Вечер «психотерапии» я устроила. Вам тоже нужно? — огрызнулась девушка, отодвигая остывшее рагу, которое и теплым было так себе, а теперь еще схватилось жиром, которого было слишком много.

Горм, ближайший к ней орчонок, заметив этот жест, спросил, можно ли доесть. Спросил, то есть уже прогресс их поведения за столом.

— Теперь я понимаю, чего Лайн сбежал в свой Лес, — буркнул старший оборотень, возвышаясь рядом. — Ты ж кого угодно доведешь. Почему только он тебя не убил?

— Потому что вы наговариваете на нас лишнего! Мы прекрасно ладили.

— Да неужели? Вы?

— Да!