111 друзей Милы или Франшиза - это сила. Том 1 - Полина Лашина

А что касается вас, господин Конрой, то скажите мне, пожалуйста, почему вы теперь настолько предвзято ко мне относитесь? Что такого изменилось в вашей жизни? Я-то не изменилась. Но ваша реакция стала такой…

— Да тьфу на тебя! Или заткнись уже, или я все же велю завязать тебе рот.

Вот теперь все орчата за столом дружно оскалились в сторону взрослого оборотня.

Но тот рявкнул на них, что им тоже все завяжет — узлом и покрепче, развернулся и ушел.

И только Гернад в итоге заявил:

— Я не дите! Я мужчина. Уже давно!

Как же не дите, если младшему сыну Людмилы на Земле и то больше лет было, когда она переместилась?

К сожалению, тоска по прошлой жизни и семье периодически накатывала на девушку, вот как сегодня прорвались воспитательными нотациями. Теперь уже вновь на девушку, которая нынешняя была старше Гернада всего на несколько лет. И в такие моменты сердце у попаданки болезненно сжималось, словно в чужих холодных пальцах. Но как говорят — фарш обратно не прокрутишь. Теперь ее дом здесь. И оставалось надеяться, что в свое время она достойно воспитала сыновей, и переживать о них, уже взрослых, не нужно.

В остальном дорога прошла без форс-мажоров.

Подъезжая к городам, Конрой все-таки заставлял девушку залезать в карету. Вроде как для безопасности. Правда не уточнял чьей — ее или окружающих.

Поэтому и в столицу Мила въезжала в закрытом экипаже. Причем пересела туда сильно заранее, все же около главного города герцогства деревенек было полно, транспортный поток на дорогах оживленный.

Они сделали остановку в какой-то рощице, где в небольшом овраге бил холодный источник. Где Мила смогла умыться и кое-как привести себя в порядок. И переодеться в одно из платьев по настоятельной просьбе Конроя.

В карете на дверцах были окошки, со стеклом. Которое, конечно же, не опускалось, поэтому девушка маялась в духоте и пыли, которая забивалась внутрь через многочисленные щели в дверях. И чем ближе к Виншадору, тем медленнее они ехали, чаще встревали в заторы, больше шума, а порой ругани было слышно с улицы.

К моменту, когда они пересекли городские ворота, Милу уже укачало, и она готова была предложить Конрою идею мигалок или других голосящих штук. Он ведь глава герцогской гвардии! Неужели у него нет приоритета на дорогах?

Отсталые имперцы, нужно им рассказать, как могло быть. Ладно драконам мигалки не нужны — вряд ли у них в небе бывают пробки, а вот их гвардии…

Когда дверца опять дернувшегося и вставшего экипажа резко распахнулась, Мила, пользуясь случаем, вдохнула поглубже свежего воздуха. И даже не испугалась, когда внутрь скользнула массивная фигура…

Это был Моррокей. Который, усевшись на мягкую лавку напротив, с сомнением оглядел девушку.

— Вот уж не думала, что в вашем мире, где неразвиты различные виды транспорта, и где даже телеги есть далеко не у всех, тоже пробки на дорогах, — поделилась она наболевшим.

— Пробки? Причем здесь… хм, а что, вполне подходящее название. Но в нашем мире говорят «заторы», — хмыкнул дракон.

Он-то выглядел, как всегда, отлично. Роскошный костюм будто только что из химчистки, сапоги практически не запыленные, прическа — волосок к волоску.

— Обрадуйте меня чем-нибудь, Ваша Милость, — попросила уставшая, при этом изнывающая от изоляции Мила.

Все же верхом было удобнее ехать, нежели томиться в духоте в запертой коробчонке средневекового транспорта.

— Чем именно? — почему-то подобрался дракон.

— Что дом найден и готов принять нас, а не очередной постоялый двор предстоит. А если там еще и ванна с горячей водой ждет меня, то я буду счастлива!

Мужчина напротив рассмеялся.

— Тебе так мало нужно для счастья, чужемирянка? Да, этим могу обрадовать: дом найден, а прислуга уже ждет. Будет тебе и горячая вода, и еда.

— Прислуга? — об этом Мила и не подумала. — И сколько это будет стоить?

А главное — кто за все будет платить?

Но ее успокоили, что прислугу предоставил Шанитир. И что он «со своей гостьи» плату брать не будет.

Дом оказался большим, целым комплексом строений со своим внутренним двором за крепкими воротами. Настоящая крепость, а не просто дом. Зато всем места хватит — не только ее «младшему отряду», но и оборотням, которые собирались именно жить рядом. Чтобы и здесь, в центре столицы — а такой большой дом оказался в центре — охранять человечку нон-стоп.

Остаток дня прошел в обустройстве и отдыхе после дороги. А с утра Милу на заднем дворе, где она занималась со своими мальчишками, нашла ее личная горничная — вчера ту девушку ей так представили — и известила, что к ней прибыла модистка с помощницами.

Жаль, Моррокея не было, чтобы уточнить — за пошив ее нового гардероба тоже герцог платить будет?

Но зато до Милы все больше стало доходить, как она «попала». Она-то думала, что приедет, поговорит с кем-нибудь и уедет, то есть займется своими тавернами. Пока в столице — таверне Вернера уделит внимание, затем поедет в Дарлетх.

Но такой домина, личная прислуга, новый гардероб… На сколь долгий срок ей придется здесь задержаться? Насколько сильно влиться в местное общество, раз уж платья ей новые шьют по столичной моде? И каким то общество будет для нее? Модистка собиралась шить для нее и вечерние платья, но они явно не для совещаний с экономистами или кто здесь у герцога есть?

Так что ее здесь, в столице герцогства ждет на самом деле? Что Шанитир задумал?

Сможет ли она вывернуться благополучно из новой аферы дракона? Тем более здесь и сейчас, когда за ее спиной только десять оргских мальчишек — вот и вся ее личная охрана и поддержка.

Что же касается Моррокея, то он, как и все драконы, тоже… «мутный» — явно свою игру ведет, непонятную пока попаданке.

Потому что к «Его Милости» у Милы тоже было много вопросов, которые, увы, прямо в лицо не задашь.

Придется быть в разы внимательнее и осторожнее. Но сдаваться на милость первородным она не собирается.

Глава 22

Столичные будни

Милу не выпускали за порог их дома-крепости!

Конрой, доставив ее до порога, уехал, даже не попрощавшись. И теперь главным надсмотрщиком опять был Вуггерс.

Он же сказал девушке, что пока ей не сошьют «приличное платье», в герцогский дом она не попадет. Так что придется обождать.

Не очень-то и хотелось ей в логово дракона торопиться.