Не стучите по артефакту! - Андрей Куняев

Денис скосил глаза на экран и присвистнул.

— Это за один заказ?

— Это предоплата за расходники.

— За расходники? — Он помолчал, явно пересчитывая в уме. — У «МанаКристалла» такое же дешевле было.

— Было, — согласился я. — Процентов на двадцать ниже.

— А может, ещё тогда поискать поставщика? Чтобы подешевле?

— Дениска, — я устало опустился на табурет. — Ты помнишь, что произошло с «МанаКристаллом»?

— Они разорвали договор.

— Вот именно.

Парень не понял, о чём я. Он смотрел на меня растерянно, морщил лоб.

— Вы хотите сказать, что крупные поставщики нас теперь не возьмут, тоже откажутся? Ну и что теперь? Вот так просто платить на двадцать процентов больше? Всегда?

— Не всегда. Пока нет другого варианта — будем платить.

Денис помолчал.

— И Лена знает этого деда уже давно?

— Судя по всему, да.

— И он принципиально не работает с корпорациями?

— Именно так.

— Тогда надо было сразу его брать, — буркнул Денис с видом человека, который только что открыл очевидное. — И не было бы этого отказа.

— Надо было, — согласился я. — Но всё не предусмотришь.

Я вернулся к верстаку. Там лежал диагностический амулет деда. Я вытащил его утром и не успел убрать. Вот только положил я его, кажется, ближе к правому краю верстака. Или мне мерещится?

Двадцать процентов сверху! Теперь я точно не управлюсь за шесть месяцев. Хорошо, что по срокам имеется юридическая лазейка.

Я убрал амулет в ящик, открыл планшет и записал: «Семён Аркадьевич. Поставка послезавтра. Предоплата внесена».

Хотелось поставить галочку и на письме из отцовской папки. Отказ поставщика у меня теперь тоже есть, чего ждать дальше? Внеплановой проверки?

Они пришли в пятницу, половине второго, когда я как раз закончил перебирать первый пакет расходников от Семёна Аркадьевича — проверял маркировку, раскладывал по ящикам.

Двое. Форменные куртки МИББ — тёмно-синие, с жёлтой полосой на рукаве и эмблемой ведомства. Планшеты держали наготове, как оружие.

Первый был молодой — лет двадцати пяти, лицо сосредоточенное, глаза цепкие, как у бухгалтера перед годовым отчётом. Второй, наверное, за пятьдесят, плечи опущены, взгляд немного отсутствующий. Этакая рыба, вытащенная из воды.

— Магическая Инспекция Бытовой Безопасности! — браво объявил молодой, хотя куртки говорили сами за себя. — Плановая проверка. Мастерская Тихоновых?

— Она самая, — сказал я и отложил кристалл. — Прошу.

Я посмотрел на пороговый знак: интересно, он должен как-то реагировать, если у входящих дурные намерения?

Денис поднял голову от верстака. Глаза у него были испуганные. Мало приятного, когда тебя вот так «проверяют».

Молодой инспектор сразу прошёл в глубину мастерской, пробежал взглядом по стеллажам. Старший встал у порога, ткнул что-то в планшете и больше особо не двигался.

— Предъявите документы на помещение, лицензию мастера, журнал учёта заказов, — перечислил молодой, не отрываясь от стеллажа.

Папка с документами у меня лежала в верхнем ящике стола — с тех пор, как пришло уведомление от МИББ, я её туда и положил. На всякий случай.

— Пожалуйста, — я вытащил и протянул молодому папку.

Он листал быстро, но внимательно. Лицензия — ладно. Документы на помещение — ладно. Потом добрался до журнала.

— Журнал ведётся от руки? — спросил он.

— Да.

— У вас нет электронной системы учёта?

— Есть, — сказал я. — Но электронная система обязательна для мастерских третьего класса и выше. Регламент МинМага, статья семнадцатая, пункт четыре. Для четвёртого класса рукописный журнал является допустимой формой учёта.

Он чуть-чуть потупил, видимо переваривал моё знание регламента. Потом начал тыкать в планшет — проверял, видимо.

— Верно, — сказал он с явной неохотой.

Старший у порога сипло вздохнул и перенёс вес с ноги на ногу.

Молодой перешёл к стеллажу с расходниками. Доставал, крутил в руках, смотрел на маркировку. Мне не нравился этот процесс — слишком методично, слишком целенаправленно, как будто знал, что ищет. Или рассчитывал найти.

— Вот этот кристалл, — он взял один из старых, лежавших отдельно от новых. — Маркировка нечитаемая.

Я подошёл. Кристалл-фиксатор, остаток прошлой партии — стекло чуть замутилось при хранении, этикетка выцвела и действительно читалась плохо.

— Кристалл из партии по этому сертификату, — я открыл нижний ящик стола и достал нужный лист. — Дата закупки, поставщик, номер партии. Кристалл остался последний из той закупки, я его специально отложил как рабочий резерв.

Молодой взял сертификат, сверил номер. Снова что-то записал в планшет.

— Тем не менее, маркировка на единице хранения должна быть читаемой.

— Согласен. Кристалл будет утилизирован сегодня.

— Зафиксируем как замечание.

— Фиксируйте.

Сзади послышался негромкий металлический звук — Денис уронил что-то на верстак. Я не обернулся, только краем взгляда отметил: сидит, плечи напряжены, смотрит в стол. Хорошо хоть молчит.

Молодой прошёлся ещё по мастерской — заглянул в подсобку, посмотрел на диагностический стол, зачем-то измерил уровень фоновой маны у окна.

Старший устал стоять. Он дошёл до ближайшего стула, но садиться не стал — просто привалился к стеллажу.

Молодой вернулся ко мне.

— Протокол по двум замечаниям: нечитаемая маркировка на единице хранения, отсутствие электронного журнала.

— Второе — не нарушение, — сказал я. — Это ваша рекомендация к переходу. Я готов её зафиксировать, но не как нарушение.

Он посмотрел на меня, как на врага народа, но вынужден был согласиться:

— Рекомендация.

Протокол молодой распечатал прямо с планшета — портативный принтер был пристёгнут у него на поясе. Удобная штука.

Я прочитал оба пункта, расписался, получил свою копию. Бумага была ещё тёплой.

— Следующая плановая проверка через полгода, — оповестил меня молодой. — Всего доброго.

— До свидания, — сказал я и придержал дверь.

Это хорошо, что он чётко сказал на пороге «через полгода». Может, мне это ещё пригодится.

Проверяющие вышли. Я подождал, пока их куртки скроются за углом и только потом прикрыл дверь и выпустил воздух из лёгких.

— Алексей Сергеевич, — начал Денис, — я…

— Потом, — сказал я. — Всё потом.

Сложил копию протокола в папку, туда же, где лежали остальные документы. Подписал сверху карандашом дату и пометку: «МИББ. Замечания. Плановая проверка через полгода».

— Мора на них нет! И чумы!

Я обернулся.

Кузьмич сидел на краю верстака, маленький, лохматый, с недовольным видом хозяина, которому наследили в прихожей.

— Нюхали по