Источник - Галина Дмитриевна Гончарова

Астрид поставила на стол пузатенький заварочный чайник, выставила вазочки с медом и вареньем, подвинула к Элине большую чашку.

И конечно, не удержалась от вопроса.

– Я бы и правда приняла вас за родственников. Вы так похожи…

– Мое сходство с Ларисией – это просто совпадение. Мне жаль, я хотела бы стать ей настоящей матерью, они обе мне дороги, и Аля, и Лисёна, я старалась дать девочке что могла, но… что я сейчас могу? Только обнять и согреть.

– Иногда это важнее любых денег.

Элина понимала, что спросить собеседнице хочется многое, и решила не вредничать. Астрид Шафф человек неплохой, к девочке она искренне привязана, и это хорошо. Лисёнку нужны близкие люди, и Але тоже. А Элина… много ли ей осталось? Год? Два?

Вряд ли больше.

– Нам очень повезло, что мы встретились.

– Девочки вчера мне кое-что рассказали, про нападение…

Элина невольно улыбнулась своим воспоминаниям.

– Ну да, ночь, полночь, моя дочка задерживается, а мне все равно спать неохота, сижу, жду, потом в дверь поскреблись… Вижу я на пороге таких двух общипанных птенцов, конечно, накормила и спать уложила. А уж потом, утром, и расспросила, – развела руками Элина. – Тесен мир. Ларисия шла домой, ее Ратель в тот день не пришел, обещал, но не пришел.

– Почему?

– Потому что, – скрипнула зубами Элина. – Вы вообще в курсе этой истории? Астрид? Можно я буду вас так называть? И вы меня зовите Элиной, пожалуйста.

– Поди, вся страна в курсе дела. В газетах все было.

– Вот. Скотина Ратель!

– Согласна! Ларисии повезло, – от души сказала рена Шафф. – Хорошо, что все это обнаружилось до, а не после свадьбы. Она бы не пережила, ее бы эта подлость просто убила.

– Во-от! – согласилась Элина. – Если сравнить двух моих девочек… Алечка, конечно, пожестче, но у нее и жизнь была другая, и характер другой, огонь и есть огонь, полыхнет – и держись. А Ларисия такая… домашняя, уютная, тихая, очень доверчивая, ее оберегать хочется. Аля – вулкан, Лисёна – огонек в очаге, так вот примерно.

Астрид кивнула.

– Да. Лисси совсем другая. Она не вовсе уж беззащитная, характер у нее есть, но не для близких, нет, с родными она словно глина. Не ждет пакостей, не ищет подвоха…

– Она такая, – согласилась Элина. – Она его и от Рателя не ждала, просто любила.

– И без взаимности.

– Да. Эдгар уже тогда погуливал. У него завелась очередная подружка, из вангардцев, вот она подговорила своего братца, а тот еще дружков прихватил. Если бы они зажали Ларисию да как следует потискали… не факт, что дошло бы до изнасилования, но… могло! Безнаказанность порождает страшное. И беспомощность жертвы тоже провоцирует.

С этим Астрид была полностью согласна. С другой стороны…

– Она же маг!

– Так и на нее нападали маги! И амулеты есть, и просто грубая сила!

Астрид сообразила.

Ну да, на каждую силу есть другая, и растерянность никто не отменял, и подлые приемчики, и вообще, девушка просто растерялась. Она и сейчас-то… рена Шафф Элисон искренне любила, но понимала, что непривычные ситуации легко вышибают девушку из равновесия. Если Элисон готова – она справится с чем угодно. Но у нее такой тип характера, ей надо все обдумать, прикинуть, что делать, куда идти и куда бить, если что.

А если времени нет, она просто теряется. Замирает.

Это не хорошо и не плохо, такой тип характера.

– Паразит этот… хоть провожал бы девушку, если она за полночь засиделась!

– Подружка отвлекла Эдгара, чтобы тот не успел проводить Ларисию, а подонки напали. Мне потребовался почти месяц, чтобы это раскопать, к тому времени Ратель с этой подругой расстался, нашел себе следующую…

– Вы это сказали Ларисии?

Элина опустила глаза.

– Тогда – нет. Я… Я просто не смогла. Это как щенка ногой пнуть. Ларисия его любила до безумия, она бы не поверила, начала бы искать оправдания.

И с этим сложно было спорить. Астрид хорошо помнила себя, молодую, глупую… оправдала бы! Даже если бы увидела в постели с бабой – и то нашла бы сорок причин! Опоили, околдовали, обманом заманили… влюбленные дуры – они такие.

– Ларисия вообще тихая домашняя девочка, уютная такая, спокойная, ей бы книжки и расчеты, а больше ее мало что интересует. А Эдгар Ратель такой роскошный экземпляр!

– Не то слово. Элитный самец. Я в газетах видела, шикарный мужчина!

– Когда он на девочку обратил внимание, та от счастья на крыльях летала, но сколько там от настоящей любви – а сколько от восхищения, я даже не скажу. Хотя было бы чем восхищаться, Рателя любить – как красивую картинку облизывать, ни пользы, ни сытости, ни ответа. Только что здесь он соблаговолил снизойти.

Астрид вздохнула.

– Бедняга.

– Ну да…

Элина не сказала о другом. О том, чего не надо было знать никому. О магии…

О том, что у Ларисии есть два вида магии. Нельзя сказать, что часто, но это встречается. И вот – у девочки была изначально слабая магия огня, практически ни о чем, только камин зажигать и сгодится. А когда ей стало больно, когда случилось то нападение… у Ларисии открылся ментал. И уровень – выше золота.

Она чудом тогда не выжгла мозги парням. И если огонек она совсем слабый, не выше бронзы, то ментал, стихия чистого разума – это ее, тут она что захочет, то и сделает.

Канал, контур… все логично. Маг растет, зреет, его контур формируется, сила укрепляется, и в какой-то момент канал открывается, и контур наполняется силой. Словно река и озеро. Стресс послужил причиной, а Лисёна еще не созрела, в результате наутро Элина проснулась в доме с двумя менталами. И им сильно повезло, что она такая, что ее дочь тоже ментал, хотя и крайне слабенький… кому-то другому Ларисия просто выжгла бы мозги. Им и то сложно пришлось, со всеми навыками, защитами, Элина ее отпоила чаем, Ларисия осознала, что происходит, и едва не впала в истерику. Пришлось объяснить все остальное.

А остального было много. И было оно неприятным.

Опять же, зачем Астрид Шафф было знать, что девочки похожи не просто так? Такую историю лучше никому не рассказывать. Семейная жизнь Эрдвейнов была… мягко говоря, несчастливой.

Замкнутый в своей высокой науке мужчина, поглощенная светской жизнью женщина… да, они встречались в постели, но не так часто. А Элина искала выгоду для себя.

Ей были нужны кристаллы леония, точнее, ей надо было попасть в университет, там как раз была большая партия для опытов, а