Медиатор Империи. Том 1 - Евгений Неволин

Все эти линейные перспективы не были для меня знакомы и в прошлой жизни, потому с помощью учебника геометрии я пытался просто набросать нечто похожее, совмещая новое знание с уже мной придуманным. После ужина провозился до поздней ночи с теорией, пока не уснул прямо на столе, уронив голову на разложенные повсюду записи.

Утром я чуть не проспал свою самую первую рабочую смену, и когда будильник на телеграфе уже заливался противной трелью от бесконечных повторных сигналов, я с огромным трудом поднял помятое, опухшее ото сна лицо от тетради, на которую за ночь натекло немного сонной слюны. Глаза слипались так, будто их засыпали мелким песком, а голова гудела, как пустой чугунный котел, по которому кто-то методично бил молотком.

— Фу ты ну ты, какая же гадость… — я брезгливо поднял тетрадь за уголок, стряхнул с нее слюни и на всякий случай переписал готовую формулу на отдельную шпаргалку из маленького карманного блокнота, и этот листок я взял с собой на работу.

Со стороны это просто какой-то хаотичный набор символов, каракулей и закорючек на понятном только мне одному языке нотной грамоты и линейной перспективы. На самом же деле это прототип моего второго боевого заклинания, над которым я корпел столько времени. Опробовать его на практике мне пока так и не удалось, но не беда — будет еще время и подходящий момент для испытаний.

Я быстро позавтракал остатками холодного рагу, убрал кастрюлю в холодильник, искренне радуясь, что за ночь ничего не испортилось и не прокисло. И размашистым шагом направился в сторону рудников, куда мне предстояло явиться ровно к шести утра. По студенчеству в прошлой жизни мне не раз приходилось вкалывать на стройках и подрабатывать грузчиком, так что подобная работа не станет для меня чем-то совершенно новым и неизведанным.

Стоило мне покинуть подъезд, как тут же на детской площадке обнаружилась давешняя компашка представителей местной уличной интеллигенции, только теперь их было уже пятеро, и все они вповалку спали рожами прямо в землю, вперемешку с пустыми бутылками и горами вонючих окурков.

— Пошли нахер отсюда, алкашня! — я с чувством и оттяжкой пнул одного в бок, затем не церемонясь и другого. — Проснулись и убрались отсюда, уроды!

Один из них с огромным трудом открыл мутные, красные глаза и начал что-то невнятно говорить, но слова его были больше похожи на бессвязный набор булькающих звуков, лишенных всякого смысла.

— Приду вечером, чтоб вас тут уже не было! — я крикнул прямо в рожу одному из них, рывком поднимая того за грудки, но, к сожалению, даже благодаря всем моим тренировкам я пока не стал настолько сильным, чтобы швырять живые человеческие тела, пусть даже и истощенные многолетним алкоголизмом.

В окне одного из соседних домиков мелькнуло знакомое лицо женщины, с которой я познакомился вчера. Она приветливо улыбнулась и помахала мне рукой, я ответил ей тем же приветливым жестом и приложил к уху распространенный жест с вытянутыми мизинцем и большим пальцем, намекая на звонок в местную правоохранительную организацию. Та понятливо ответила кивком и приложила к уху свой телеграфный аппарат. Задерживаться в этом месте дольше не было никакого смысла, так что я махнул ей на прощанье рукой и спешным шагом направился на свою первую рабочую смену.

Хмурый охранник с начищенным автоматом в руках проверял у работяг пропуска, в то время как второй дотошно досматривал сумки с едой или сменной одеждой. Друг на друга люди почти не смотрели, занятые своими утренними думами или тихими разговорами. Очередь двигалась медленно, я стоял, сунув руки глубоко в карманы куртки, и периодически зевал, прикрывая рот ладонью.

Выспаться мне этой ночью так и не удалось, хорошо хоть позавтракать успел. Неожиданно я хлопнул себя по плечу и с досадой обнаружил, что не взял сумку с едой. В кармане у меня были деньги на мелкие расходы, но их-то, к сожалению, не съешь. Когда подошла моя очередь, я молча протянул свой временный пропуск, охранник лишь безразлично хмыкнул и вернул мне листок. Второй внимательно осмотрел меня и коротко сказал:

— Подойди ближе.

Я сделал шаг к нему, он быстро и профессионально похлопал меня по бокам и поясу, проверяя, нет ли при мне чего запрещенного или опасного, и удовлетворенно кивнул:

— Проходи.

Я прошел и оказался на охраняемой территории рудников. Если сюда так легко попасть, зачем тут вообще нужна такая серьезная охрана? С другой стороны, если вспомнить записи из учебника, везде говорилось о некоем конденсаторе. Как правило, это положительно или отрицательно заряженный магический предмет. Тут уже зависит от направленности сил самого мага. И через этот конденсатор он и творит свою волшбу, направляя энергию в нужное русло.

У меня же получалось колдовать голыми руками без всяких браслетов или жезлов, и это было очень странно, если так подумать. Выходит, я сам себе конденсатор? Или мой Исток работает по каким-то неизвестным местной науке законам?

— Оп-па! Ты че это, поработать наконец решил, а? — меня по-дружески хлопнул по плечу знакомый рабочий шахтер.

За крепышом Игнатом возвышался здоровяк Степан, а рядом с ними переминался с ноги на ногу худощавый Трофим, тоже мои знакомые шахтеры. С ними я довольно часто пересекался в кабаке, но близкой дружбы так и не заводил, предпочитая держаться немного особняком.

— Парни, а тут еду подают где-нибудь? Чуть не проспал сегодня, оставил всё дома, — пожаловался я на свою досадную забывчивость, и Игнат дружелюбно мне улыбнулся:

— Ха-ха! Первый день — не без косяков, а? С каждым бывало, не парься. — он указал на здание без вывесок, откуда как раз выходили некоторые шахтеры со стаканами, дымящимися чем-то горячим. — А как же! За плату можно поесть горячего, но дорого, зараза! Два рубля за обед! — он возмущенно хлопнул себя по бедру и вытаращил глаза в сторону местной столовой.

— Ну, зато в следующий раз не забуду, — усмехнулся я, отмечая про себя, что в целом обед и правда мог бы быть немного подешевле для простых работяг, но местным заправилам до этого явно не было никакого дела.

За разговорами мы взяли рабочий инструмент, мне же лишь сказали, что ни кирки мне пока не положено, ни отбойного молотка. Зато выдали каску и кратко проинструктировал крепко сбитый бригадир с суровым, обветренным лицом. Он обратился сразу ко мне и нескольким другим новичкам, стоящим рядом:

— Так, салаги! Это ваш первый день на руднике. Ежли я увижу, что вы