Медиатор Империи. Том 1 - Евгений Неволин

парень, стоила целых сто пятьдесят рублей — сумма для простого работяги почти неподъемная, нужно было копить не один месяц, отказывая себе во всем. Я бы ему ее купил хоть сейчас, однако по тщательно выстроенной легенде я и сам простой работяга с низким заработком, и уж никак не был способен на такой ничем не объяснимый жест — это мигом вызвало бы кучу ненужных вопросов и подозрений, чего я допустить никак не мог.

— Знаешь, а мне всё-таки больше струнное по душе, — я задумчиво погладил по лакированному грифу электрическую гитару стоимостью в сто рублей, что одиноко стояла в углу, покрытая тонким слоем пыли.

Как бы мне сейчас хотелось выкрутить усилок до упора, подключить эту красавицу к мощному комбику, да так, чтобы перегруженный рык разорвал эту тоску на сердце, что накопилась за последние недели… Кстати, насколько я уже успел заметить, у местных до сих пор не существует нормальной рок-музыки. А если я придумаю что-то подобное здесь? Это же… Это же настоящая золотая жила, не хуже тех кристаллов, что я спрятал в лесу! От неожиданной мысли я даже замер на месте.

— Мама мне тоже говорит, что пальцы у меня для пианино или гитары, представляешь? — со стороны гармони раздался мечтательный голос Никодима, который продолжал гладить свою ненаглядную гармонь, не замечая моего состояния. — А я всё равно гармонь хочу себе! Ну ты только посмотри на нее, какая она… Эх… А ты видел, кстати? В корчме у нас девушка одна новая работает, такая вся… ну, ты понимаешь, о чем я.

— Лена? Или вторая, что на смену ей заступает? — решил уточнить я на всякий случай, чтобы не попасть впросак и не выглядеть полным невеждой в его сердечных делах.

— Не, у Лены мне волосы не нравятся, честно говоря. Зачем их красить-то без конца, они же у нее и так красивые были? Мне вторая нравится… Погоди, а ты что, знаком с ними, что ли? — глаза у парня расширились от удивления, и он мгновенно позабыл о своей музыкальной любви. Подскочил ко мне и как клещами вцепился в рукав моей куртки.

— Да было дело, с Леной как-то вечером мороженого поели, прогулялись немного по улицам, — я равнодушно пожал плечами и отвернулся от гитары, аккуратно отцепил крепкие пальцы парня от своей куртки и ободряюще хлопнул его по плечу, стараясь придать ему уверенности. — Подойди да поговори с ней, чего ты как маленький, в самом деле? Что она, укусит тебя, что ли?

От моей насмешливой улыбки парень заметно засмущался и тяжело вздохнул, пряча глаза в пол и ковыряя носком ботинка щербатую половицу:

— А вдруг отвергнет? Или… Ну… Вдруг я ей совсем не по нраву? Я же простой работяга, без гроша в кармане, а она такая… такая…

— Ну так подойди и узнай, вместо того чтобы гадать. — Порядки в этом мире были для меня всё еще в новинку, ведь чего уж проще было у более у известного на весь город музыканта, перед которым девушки сами в штабеля укладывались.

Однако чтобы придать моим словам больше веса и убедительности, я назидательно добавил, подняв вверх указательный палец:

— Девушки, знаешь ли, не любят нерешительных парней. Думаешь, она не видит твоих взглядов? Поверь мне, ещё как видит, они всегда всё видят. Но пройдет еще немного времени, и подойдет к ней какой-нибудь Гриша и просто позовет погулять вечерком. И всё, поезд ушел, а ты останешься стоять на перроне с букетом и разбитым сердцем.

— Этот… Он же… Да он старше ее лет на десять! — тут же возмущенно зашипел парень, сжимая кулаки от бессилия и несправедливости этого мира.

— Ха-ха-ха! Зато он один из бригадиров и мужик работящий, — я поднял вверх указательный палец и потянул парня к выходу из магазина, иначе эти прожигающие насквозь взгляды продавцов могли бы запросто прожечь в наших спинах настоящую дырку.

Для них мы были просто бедными работягами, которые зачем-то забрели в дорогой магазин и у которых всё равно нет денег на нормальные инструменты, а потому и глазеть нам тут нечего.

— Скажешь тоже, Марк! Не пара он ей, не пара! — Никодим никак не мог забыть мои слова и с нервной, пружинистой походкой едва не выкрикивал их на всю улицу, размахивая руками. Я вдруг вспомнил слова одного мудрого человека из прошлой жизни и решил поделиться ими с этим пылким юнцом:

— Лучшие отношения — это когда вы оба слегка странные. И, знаешь, просто думай об этом, когда подойдешь к ней, ладно? — я улыбнулся, а затем и вовсе тихо рассмеялся, потому что на лице парня вдруг озарилось какое-то неожиданное понимание, он словно весь просиял изнутри и решительно хлопнул себя кулаком по груди:

— Вот знаешь, сегодня же пойду к ней! Фух… А ты… Можешь со мной пойти? Просто побудешь рядом, поддержишь морально, а?

— Даже не думай об этом, — я предостерегающе поднял палец вверх, глядя ему прямо в глаза. — Никогда не проявляй неуверенности рядом с дамой. Будь странным, будь немного смешным, но никогда, слышишь, никогда не будь неуверенным, Никодим. Даже когда ты не знаешь, что делать дальше, веди себя так, будто это часть твоего гениального плана.

Парень промолчал, кивнул самому себе и снова тяжело вздохнул, опуская плечи:

— Легко тебе говорить. Ты-то уже свободно общаешься с девушкой, а я…

Я лишь пожал плечами и не стал ничего отвечать. Надо было как-то отвязаться от парня, мне было нужно позаниматься, однако он был моим пропуском к обычной местной жизни, к слухам и разговорам, так что совсем уж отшивать его не стоило.

— В общем так, боец, — я насмешливо осмотрел парня с ног до головы и решительно предложил: — Мы немного тебя приоденем. Ты что, собрался к ней прямо в этой грязной спецовке идти? Главное, просто не бойся, слышишь меня?

Я наставительно втолкнул его в кабинку примерочной с небольшим набором подобранной мной одежды. А когда на улице он стоял в опрятной новой одежде, и даже пах дорогим одеколоном, да еще и с новой прической, то выглядел таким нарядным и счастливым, будто собрался на деревенскую свадьбу, причем будучи лучшим другом самого жениха!

Чтоб наконец спровадить прилипчивого друга, я дал ему несколько последних советов и подтолкнул к дверям корчмы. Он непрестанно приглаживал волосы, пытался поправить одежду и нервно переминался с ноги на ногу. Вместо букета цветов, которые он порывался купить, я заставил его взять то самое вкуснейшее мороженое, и с двумя пакетиками в руках я буквально