Еще не поздно 1-5 (версия 2012 года) - Павел Владимирович Дмитриев

счастье свалилось не просто так. Прочитал в «Радио», что актуальная для тысяча девятьсот шестьдесят пятого года ЭВМ БЭСМ-4 производит до двадцати тысяч операций в секунду. Обмолвился в беседе с Антониной Валерьевной, дескать, ноутбук быстрее всех ЭВМ мира вместе взятых, имеет скорость в десятки гигафлопс. Так уже на следующий день с утра прибежал ее муж с листочком цифр и порядком математических действий по ним. Наверное, шифры, что еще может быть у Председателя КГБ.

Так что Dell пришлось круглосуточно что-то считать. Причем в экселевских таблицах, позор, конечно. Но в отсутствии нормальных инструментов программирования лучшего решения я придумать не смог. Впрочем, даже так справились шустренько, Семичастный был в полном восторге, когда получил недельный план за час ввода данных и десяток минут расчета. Неудивительно, насколько я помню, ноутбук из две тысячи девятого года на пару порядков обгонял по производительности первый суперкомпьютер Cray с его двумя сотнями мегафлопов. А это уже детище середины семидесятых.

Надеюсь, расшифровки принесут России реальную пользу, а не станут одной из частей компании по борьбе с диссидентами. Кстати, о них. Владимир Ефимович между делом поинтересовался, как в будущем станут относиться к «борцам с режимом». По-моему, он даже удивился, получив ответ: «Сильно по-разному, но всерьез принимать не начнут точно». Явно ожидал худшего, типа их прославления в пику партии и госбезопасности.

Постарался объяснить, что в мое время было вообще непонятно, зачем боролись со столь безобидными писателями и художниками. Имея под контролем телевидение, радио и прессу, несложно формировать общественное мнение в нужном ключе. Манит неизвестное, слухи. А государственное телевидение всегда может накачать зрителя зарубежной жизнью, показать, как живут в Египте, Израиле, Индии, даже в США. Везде имеются депрессивные районы, верно расставленные акценты дадут больше, чем все публикации о классовой борьбе. Тем более что заграница на самом деле не рай земной, и русских часто, мягко говоря, недолюбливают.

Со времен первобытных племен известно, что «незаконность» и «нигилизм» только привлекают внимание, придают ложное ощущение нужности и значительности. Думаю, даже талантливейший Высоцкий не имел бы в две тысячи десятом огромной известности, если бы не имидж «борца с системой». Так что, лучше выбрать совсем отмороженных и дать им трибуну подальше от Москвы — Питера, тьфу, Ленинграда. Сами же трудящиеся их помидорами закидают, а то и камнями. Станут парни из загадочных «диссидентов» знакомыми и понятными «шутами гороховыми». Так сказать, прививка от базарной демократии, штука не только полезная, но и совершенно необходимая.

В остальном особых изменений не произошло. В душе — все то же ощущение гостиницы, наконец-то понял, почему оно так остро меня преследует. Полная обезличенность! Нигде нет даже следа руки хозяев. Отсутствуют картины, сувениры, мелочи, подарки. Во дворе — ни цветочка, только исключительно однообразные кусты и газоны, явно запроектированные еще до строительства дома. Кажется, жильцы вот-вот соберут сумочку с грязным бельем и выедут в неизвестном направлении. А новые постояльцы точно так же будут жить, есть, ходить по мощеным тропинкам по лесу…

От скуки спасался работой. Более-менее закончил хронологию СССР и России, начинал по странице на год, с тысяча девятьсот сорок пятого по две тысячи десятый, но описания разрастались, ширились и дополнялись. Сегодняшний рекорд — три страницы. Самым обширным стал, как ни странно, период восьмидесятых, особенно сам тысяча девятьсот восьмидесятый. Московская олимпиада, ее бойкот из-за Афганистана, смерть Высоцкого, Рональд Рейган, польская Солидарность, Первый IBM PC с его открытой архитектурой и MS-DOS, ирано-иракская война, стандарт Ethernet. Видимо, этот период был подробно описан в учебниках в отличие от наблюдаемых своими глазами девяностых и нулевых, по которым ощущений вспомнилось куда больше, чем фактов.

Закончил и сдал план Большого цифрового скачка. Взял в работу положение в мире и СНГ на двухтысячный — две тысячи девятый. Шло туго, часами мусолил большую карту СССР и ловил себя на ассоциациях, возникавших в связи со знакомыми названиями городов. Вот, к примеру, что может прийти в голову при разглядывании Архангельска? Мне удалось припомнить забавную историю технической немощи позднесоветской промышленности, проявившуюся при освоении богатейшего алмазного месторождения чуть не в сотне километров от большого города[66]. Как открыли в конце семидесятых, так ничего промышленного не смогли получить вплоть до времени моего «провала».

Не знаю, поможет ли такое послезнание СССР? Но подобных мелочей мне удалось припомнить не один десяток. Все же пресса в двадцать первом веке качественно забивала новостями мозг, что-то да осталось в сером веществе от этого потока информации. Кстати, по миру пришлось делать то же самое, но уже с упором на войны и конфликты. Смотрел, пытался их пристроить на временную шкалу. Как пример вспомнил о вторжении США в Гренаду в начале восьмидесятых годов. Вроде это была первая и успешная проба сил после эпического провала во Вьетнаме[67].

Вторая отдушина — флирт с Катей и Настей. Впрочем, последнее было совсем несерьезно и воспринималось только как шутка. В отличие от флирта с Настеной роман с Екатериной Васильевной развивался по всем законам жанра, только чудовищно медленно. Не знаю, или девушка такая попалось, или эпоха выдалась сильно неудачная.

Вроде все как положено, дыхание уже срывалось, соски условно виднелись даже из-под бронированного кружавчиками советского бюстгальтера, по ложбинке спины ниже талии катился легкий и влажный пар ожидания… Но при этом в самый кульминационный момент звучало твердое «нельзя». Каждый раз получал не то, что на самом деле можно и нужно, а именно отказ с легкой истерикой и мгновенным свертыванием в кокон бесчувственности.

Пробовал запрещенный неспортивный прием под коньячок. Причем коньячок хороший, хоть я не специалист, но в будущем за подобный станут просить от ста баксов за пол-литра, не меньше. Похоже на «Мартель», но точно не он. Выяснять у официантки название поленился. Все равно не помогло это безотказное средство, снимающее тормоза даже у совестливых замужних конформисток. Может, в самом деле переключиться на Настю?

…Вспомнил Элат на майских праздниках. Совсем недавно это было, и как далеко вдруг оказалось. Мы столкнулись с Ней на глубине метров в пять, у ослепительно красочного великолепия «Моисея». Нет ничего забавнее, чем разглядывание девушки в воде, когда она практически беззащитна под ниточками купальника и ничего не может сказать в загубник трубки. Несколько секунд — и мы вынырнули рядом.