Фантастика 2026-107 - Наиль Эдуардович Выборнов

на нитке, начал говорить. Из его сбивчивых объяснений вырисовывалась пугающая картина. Дайцин больше не был той раздробленной империей, о которой мне рассказывал генерал Ли. Плакса Лун Вэй, как его иногда называл Великий Дракон Ли, железной рукой своих генералов привёл вассалов к покорности, а союз с Феррумом через брак с дочерью Севериана Флакка обещал приток технологий и «звёздной стали».

С улицы послышался жуткий грохот, и с потолка зала осыпалась штукатурка.

— Ты думаешь, ты силён? — Шоу горько усмехнулся. — Посмотри в окно, эльф. Твоя армия застрянет здесь. Ты взял город, но тебе не взять Башню магов.

Я проследил за его взглядом. Над северо-западной частью города возвышалась обсидиановая игла — местная цитадель магического ордена. И там сейчас творилось нечто неладное.

Едва я вышел из дворца и направился в ту сторону, как воздух вновь содрогнулся. Ослепительно-белая дуга прочертила небо и ударила в гущу орков, собравшихся на площади перед башней. Десяток воинов просто испарились, оставив после себя лишь облако раскалённого пара.

— Всем искать укрытия! — заорал я.

Орки, люди, эльфы рассыпались как горох, прячась в укрытиях и домах.

— Они ведут магические атаки! — крикнул подбежавший Рилдар, прикрывая лицо рукой от очередного сполоха. — Мы не можем даже подойти на расстояние выстрела из лука. Они бьют прицельно. Похоже, с запасами Эфира у этих книжников всё в полном порядке.

Я смотрел на Башню. Она пульсировала фиолетовым светом, по её стенам пробегали разряды молний. Маги Дайцин решили дать последний бой, и этот бой мог стоить мне войска.

— Молох, иди сюда, — мысленно приказал я.

Через десять минут тяжёлые, сокрушающие мостовую шаги древолюда заставили дрожать стёкла в уцелевших домах. Он остановился в сотне шагов от Башни.

Настало время переговоров.

Я отозвал всех воинов под прикрытие ближайших домов и вышел вперёд. Мархун шёл рядом, держа в руках полотнище Серебряного Вихря на древке. Магические атаки на мгновение прекратились — местные чародеи внутри, видимо, оценивали новую угрозу. На вершине башни, на небольшом балконе, показалась фигура в белой мантии.

— Слушайте меня, мастера Эфира! — прокричал я в сторону Башни. — Здесь стоит Молох. Одним ударом он превратит ваше убежище в груду щебня. Вы можете убить ещё сотню моих воинов, но вы не остановите эту гору. Я даю вам выбор. Я не разрушу вашу обитель, если вы добровольно сдадитесь, — продолжал я. — Оставьте себе свои книги и жизни. Мне нужен только Эфир. Передайте мне все накопленные кристаллы, и вы сможете уйти. Если откажетесь — через пять минут Молох начнёт сносить основание башни.

Тишина затянулась. Маги совещались. Для них кристаллы Эфира были смыслом жизни, их силой и валютой. Но Молох, возвышающийся над площадью, был слишком веским аргументом. Я не знал, насколько они могут ему повредить, но мой блеф был вполне обоснован. Древний голем, оживлённый магией, просто не умел бояться их молний и стоял сейчас совершенно с невозмутимым видом, что дополнительно наводило магов на мысли о его несокрушимости.

Наконец тяжёлые кованые двери Башни медленно отворились. Тот же старик в белой мантии вышел вперёд, держа в руках резной ларец. За его спиной цепочкой потянулись другие маги, понурые и лишённые своего привычного высокомерия.

— Ты забираешь наше будущее, эльф, — произнёс старик, передавая мне сундучок. Его руки дрожали.

Я открыл крышку и едва не зажмурился. Внутри, на чёрном бархате, лежали шесть огромных кристаллов Эфира, каждый размером с кулак взрослого орка. Они пульсировали такой мощью, что волосы на моих руках зашевелились. Рядом россыпью лежали камни поменьше, числом не менее сорока.

Это было богатство, способное перевернуть ход войны.

— Прочь из города, — коротко бросил я. — И не советую возвращаться сюда.

Я подошёл к Молоху. Теперь мне не нужны были платформы, не нужны были варакши и утомительные расчёты магического ресурса. Я посмотрел на грудь голема, туда, где горело его «сердце» — управляющий кристалл Эфира, который был уже наполовину пуст.

По моему приказу он нагнулся и застыл в ожидании дальнейших команд. Замена кристалла прошла быстро, и я завершил ритуал привязки буквально за пять минут. Его тело прошила сеть светящихся прожилок. Кристалл вошёл в резонанс, и я почувствовал, как Молох буквально оживает, вновь наполняясь первобытной силой. Теперь он мог идти сам, не зная усталости, не требуя подзарядки неделями.

— Встань, — мысленно приказал я.

Молох выпрямился, и его голова оказалась выше крыш большинства домов Тянь-Ли. Он издал низкий гул и вновь застыл на месте.

— Теперь, — я обернулся к генералу Ли, который с нескрываемым вожделением смотрел на оставшиеся в ларце камни, — мы не будем красться. С таким запасом кристаллов мы легко пройдём сквозь империю до самой столицы.

Ли кивнул. В его глазах отражалось пламя догорающих кварталов Тянь-Ли.

Город затихал. Крики сменились молчанием побеждённых. Мы заперли ворота изнутри, и теперь Тянь-Ли стал нашей крепостью на этой стороне Пасти Бездны. Лун Вэй уже знает о нас. И завтра вся мощь Дайцин начнёт движение на север.

* * *

* * *

Глава 13

Лаэль опустила перо в чернильницу, вырезанную из цельного куска оникса, и замерла, глядя на чистый лист дорогой дайцинской бумаги. В Серебролесье наступил час Долгих Теней. За окном дворца заходящий Стяг окрашивал кроны древних деревьев в красноватый оттенок. Здесь было тихо. Так тихо, что она слышала собственное дыхание и далёкий перестук копыт патруля у главных ворот. Эльфы начали ездить верхом на лошадях с подачи её мужа, императора Эригона Первого. И теперь конные патрули регулярно проезжали по улицам Серебролесья и основным трактам между замками, обеспечивая надёжную охрану жителей и торговых караванов.

Писать Эригону ей было сложно. Не потому, что не хватало слов, а потому, что между ними теперь лежали долгие дни пути. Но долг императрицы требовал отчёта, а сердце женщины — прикосновений, пусть и через бумагу.

«Мой Император. Мой любимый Эригон…» — начала она. А дальше уже текст полился на бумагу сам, следуя полёту её мыслей.

' Жизнь лесного королевства, ставшего теперь ядром нашей империи, под жёстким управлением твоей бабки Элары наконец обрела то равновесие, к которому мы так долго стремились. Лорды, ещё недавно точившие мечи в тени своих замков, притихли. Вряд ли они полностью покорились и полюбили нас, но страх и очевидная выгода смирили их. Торговые пути снова ожили. Караваны с