Пламя и кровь - Тимофей Афаэль

— Я пошёл, Хрульд. Парни меня проведут, — сообщил я вождю.

— Эх! Я бы с тобой пошёл, но кто всё организовывать будет⁈ — с досадой буркнул он и махнул рукой. — Идите уж.

Мы двинулись в путь всем нашим разношёрстным табором. В деревне никто оставаться не захотел — даже Нейтан. Он вообще вёл себя как подозрительный суслик: крутил головой и норовил начать приставать ко мне с вопросами, но каждый раз что-то его останавливало.

— Дядя, а ты кто? — спросил меня младший, Рун.

— Как на место дойдём, поймёшь, — мне просто лениво всё объяснять, и я перевёл тему разговора на парня, который так и не представился. Он вообще боялся на меня даже взгляд поднимать. Пришлось самому:

— Как тебя зовут?

— К-Калеб! — выпалил он, дёрнувшись.

— Ты не из горцев? Откуда ты? — поинтересовался я.

— Здесь, в Диких землях, вырос! — выпалил он.

— Как получилось, что ты заболел? Расскажи подробно, — попросил я его, чтобы скоротать время, пока мы лезем в гору.

— Нашёл обломок меча, рассматривал его и порезался. Сначала всё нормально было, а потом у меня кошмары начались.

— Каждую ночь просыпался! — влез Ульф. — Сначала орал, а потом уже только стонал.

— Привык, — тяжело вздохнул парнишка. — А что ты имел в виду под «расплачиваться всю жизнь»?

— Увидишь.

Мы поднялись в гору и продрались сквозь густой лес к древней постройке. Стоило мне подойти к ней, как я сразу всё понял. Она меня и тянула сюда. Древнее святилище.

— Оу! Какая красота! — восхитился Мирин, принявшись всё осматривать и даже, кажется, обнюхивать. — Ей сколько веков, интересно?

— У меня от неё мурашки по коже, — Зария поёжилась, обнимая себя за плечи. — Здесь страшно.

— Да ничего страшного! Всего лишь древние руины, — выпятил грудь Нейтан. — Кстати, Эридан, ты же сюда шёл специально? Откуда знаешь про них?

— Много вопросов. Если хотите, заходите внутрь, — я прислушался к своим ощущениям. — Нет, все заходите.

Я вздохнул и переступил порог, проникнув в почти точную копию храма Аргоса. Колонны, купол, стены с изображениями битв. Всё было почти так же, как у него. Только храм выглядел заброшенным. До того момента, пока я не вошёл в него. Постройка словно почувствовала меня. Почувствовала — и её сердце, которое не билось много веков, ударило в первый раз.

С потолка посыпалась пыль. Стены вздрогнули.

— Что это такое⁈ — заверещала Зария. Остальные схватились за оружие.

— Не орите и не паникуйте, — буркнул я недовольно. — Вам здесь ничего не угрожает. Да, и не мешайте мне.

— Кто ты такой⁈ — рявкнул Нейтан, вытащив меч.

— Что в просьбе «не мешать» тебе непонятно⁈ — рыкнул я, дав выход своей ярости. — Стой и смотри! Вы сейчас — молчаливые зрители! Калеб, иди сюда!

Мальчишка на негнущихся ногах подошёл ко мне и встал рядом. Как деревянная кукла, ей-богу.

— Слышишь его? — спросил я у него шёпотом. — Если да, то что слышишь?

— Удары. Глухие удары, будто огромное сердце бьётся. Медленно так, — бледный Калеб взглянул на меня, и я скинул свой плащ, прикрывающий доспех. Жаль, что он слышал это. Теперь он связан с храмом, и этого не изменить. Злой рок это или судьба, не знаю. Наверное, второе.

— Это его сердце, — я дотронулся до вибрирующей стены. — Дотронься, почувствуй.

Калеб дотронулся и выпучил в изумлении глаза: — Оно тёплое.

Тёплое. Да. Я вздохнул и снова достал топор. Раздражает резать руки, но по-другому никак. Капли крови упали на пол, а потом я приложил ладонь к стене. Я не ожидал встретить здесь святилище, да и Аргос, похоже, про них забыл.

Стены снова задрожали, посыпался песок и камни. Вся постройка заходила ходуном, вытаскивая себя из земли. По скрежету деревьев я понял, что их выворачивает с корнем.

— Теперь ты. Вот сюда, — я указал ему на фреску с первыми воинами Аргоса. — Знаешь, кто это? Это первые воины, которые получили силу от нашего бога.

— Не делай этого, пацан! — закричала Зария. — Не надо!

— Он уже сделал, ещё до нашей встречи, — спокойно ответил я ей. — У него больше нет выбора. Хотя нет, есть. Он может умереть. Будешь выбирать? — спросил я Калеба.

Тот закусил губу, мотнул головой и порезал ладонь о лезвие моего топора, а потом приложил руку к фреске. Храм тряхнуло. Внутри что-то загудело. Стук внезапно усилился, а потом пропал. Всё пространство внутри заволокло багровой пеленой. Фрески засветились багровыми всполохами.

— Имя! — голос повелителя раскатился под сводом.

— К-Калеб! — парнишка не на шутку перепугался и попытался спрятаться за меня.

— Не бойся, Калеб! Теперь ты — страж этого святилища! Моего святилища! — рокотал бог. — Как интересно всё сложилось, а я уж и забыл! Кто остальные, Эридан?

— Наблюдатели, — я окинул взглядом замерших в ужасе спутников. — Кто-то, может, станет воином.

— Я чую магов! — громыхнул голос. — Почему они ещё живы⁈

— Эти безобидные. Они ещё нужны, — я подмигнул дрожащему Мирину.

— Услышал. Добро пожаловать, Калеб! Увидимся! — бог усмехнулся и затих. Багровая дымка исчезла, зато по желобкам заструилась кровь.

Калеба тряхнуло. Он вдохнул и выдохнул, затем снова вдохнул, прикрывая глаза, и опустился на пол, прислонившись к стене. Похоже, Аргос вызвал его на разговор.

— Ты, чудовище! — заорал Нейтан, надвигаясь на меня с мечом. — Что ты сделал⁈ Кто ты такой⁈ Отвечай, иначе я тебя убью!

— Опусти меч. Мне не хотелось бы убивать тебя, как я убил твоего отца.

Глава 17

Дер Клаузевиц замер, пытаясь понять, ослышался он или нет. Так продлилось несколько мгновений, пока его лицо не исказилось в злобной, ненавидящей гримасе.

— Так это был ты⁈ Как ты его смог убить, скотина⁈ — он сжал меч и шагнул в мою сторону.

— Мы защищали Врандл, а твой отец его атаковал, — пожал я плечами. — Ночью мы напали на лагерь, и я убил его в бою.

— Наверняка, ты воспользовался хитрым трюком! — заорал Нейтан, брызгая слюной. — С отцом всегда были телохранители!

— В тот раз они тоже было, но все умерли, —