В стиле Ллойда (ЛП) - Мэтт Армстронг

в дома людей. Моей первой попыткой было проверить, смогу ли я приносить с собой предметы и выносить их обратно. Я начал с малого, обходя случайные дома и собирая мелочь, а затем расширил свою деятельность. Я не хотел обижать дружелюбных людей, поэтому я начал исследовать и изучать местных богатых засранцев, и, боже мой, неужели в этом городе есть такие говнюки? Я грабил их вслепую, невзирая на то, какая у них система безопасности. Сигнализация меня не засекала, камеры меня не видели, а замки не могли меня остановить.

В конце концов, я уехал из Калгари в поисках следующей крупной рыбы, в поисках того, кто мог бы стать моим белым китом. Я проехал пол-Канады, прежде чем отправиться из Нью-Йорка в Лос-Анджелес, а затем перепрыгнул через океан и побывал в Лондоне, Париже, Москве и Дубаи. Я даже провел год в Сиднее.

Конечно, это было весело, но через некоторое время стало утомлять. Я жил уединенной жизнью, в основном замкнувшись в себе и избегая любого общения, которое нельзя было бы назвать мимолетным. Была одна женщина, но я сейчас не буду вдаваться в подробности, плохие воспоминания.

Именно лень привела меня в даркнет. Я устал искать свои достижения в одиночку и решил, что позволю другим делать эту работу за меня, поэтому я попробовал свои силы и предложил свои навыки всему миру. Пока их желания укладывались в мои строгие рамки, я становился вором по найму. Это было невероятно прибыльно и давало мне достаточно связей, чтобы обеспечить себя на всю жизнь. Я познакомился с несколькими дружелюбными лицами, занимающимися отмыванием денег, которые помогли создать подставные компании и инвестиционную недвижимость, и нашел подходящие благотворительные организации для вывода излишков и труднообъяснимой наличности. Они превратили меня (ну, или несколько моих псевдонимов) в честного и анонимного филантропа на бумаге. Долгие годы я жил щедро и беззаботно, пожиревая на богатстве других. Но мне было скучно. За двадцать лет я украл все, что не было прикручено к полу, и до сих пор не нашел своего белого кита.

Затем поступило предложение. Анонимное, в моем зашифрованном электронном ящике, по горячим следам из даркнета. Пять миллионов долларов, и все, что они хотели, это флэшка. Просто. Никто бы не пострадал и не лишился средств к существованию; единственными, кто мог бы пострадать, были несколько чопорных старых американских конгрессменов. Нюанс заключался в местоположении. Это было неофициальное подземное сооружение, которое могло принадлежать, а могло и не принадлежать теневому подразделению ЦРУ. Это было оно. Возможно, это и есть мой главный козырь. Проникнуть в государственное учреждение, управляемое самыми крупными и теневыми правительственными агентствами в мире? Именно! Самая захватывающая работа, самый большой риск и награда, а также окончательное испытание моих способностей. Я справился с этим безупречно. Я был там и ушел прежде, чем кто-либо заметил пропажу, и все мои следы были заметены. Так я думал.

Но, знаете ли. Никогда не стоит недооценивать мощь и ресурсы американской разведки, особенно неофициальной. Мой анонимный клиент не смог замести следы и был задержан. У них был мой электронный адрес и номера счетов, на которые он перевел мой платеж. Этой информации им было достаточно, чтобы двигаться дальше. Мои активы были арестованы и заморожены, они нашли почти все. Они раскрыли большинство моих псевдонимов, за исключением моего настоящего имени, и почти все, что у меня было, пропало в течение двух дней.

Все, что у меня осталось, это одна-единственная подставная компания, управляемая исключительно компьютерным скриптом, настолько маленьким, что его не заметили. Благодаря этому у меня был один маленький склад в Калгари, о котором я даже не подозревал, случайный склад, в котором ничего не было. Все мои знакомые бросили меня, и это было справедливо, и я остался ни с чем. Они так и не нашли меня, поскольку мое настоящее имя нигде не было указано, но они оставили сообщение. Я был хорош. Осторожный. Я всегда заметал следы и следил за тем, чтобы ничего не было связано с Ллойдом Гибсоном. Однако у них было несколько моих адресов электронной почты, и они оставили мне одно сообщение.

Мы знаем, кто ты такой.

Глава 17

Когда я проснулся, было темно, и у меня защекотало в носу от кусочков крысиной шерсти, когда Чонси свернулся калачиком на моей подушке, прижавшись спиной к моему лицу. Ему нужно было еще раз принять ванну. Я оторвал от него голову и попытался сесть, но безуспешно. У меня болело все тело. Например, я пробежал 100-километровый марафон и попал под автобус. Каждая мышца горела, в голове стучало, а желудок скрутило в узел. Я не был уверен, что смогу поднять руки. Я застонал изо всех своих поубавившихся сил, надеясь, что Мири все еще рядом и услышит меня.

— О, слава богу! — воскликнула она с облегчением — Я всерьез начала подумывать о том, чтобы вызвать еще одну «скорую»!

Я с трудом поднял руки и потер переносицу. Мири, должно быть, сняла с меня солнцезащитные очки, так как было темно, но из-за призрачного давления на нос и уши казалось, что они все еще на месте. Я поднял глаза и увидел, что она стоит надо мной, одетая в фиолетовый брючный костюм, с выражением явной озабоченности на лице.

— Как долго я был в отключке? — Спросил я, еще не придя в себя.

— Около двадцати часов.

— Ничего себе.

— Как ты себя чувствуешь?

— Хочу пить.

— Ты можешь сесть?

— Может быть.

Я выжидающе вытянул руки, так как не мог подняться самостоятельно, и Мири помогла мне принять сидячее положение. Я отпустил ее, наклонился вперед и, застонав, обхватил голову руками.

— Официально, это худшее похмелье, которое у меня когда-либо было — проворчал я.

Она ненадолго исчезла, но вернулась с двумя металлическими термосами. В одном был чай с ромашкой и имбирем, а в другом, куриный бульон. Я взял чай первой и начал пить большими глотками. Он был чуть теплым и подслащенным, с горьковатым привкусом. Бульон был горячее, и я выпил его залпом. У меня заболел живот, хотя я почти не замечал этого из-за других болей.

— Я растолкла немного ибупрофена и положил его в чай.

— Ты просто сокровище — похвалил я, ложась обратно — Я... я устал.

— Ложись спать. Эта Мэри-Сью сказала, что это будет плохо.

Я пробормотал что-то еще, но потерял нить своих мыслей и снова заснул. Затем, как мне показалось, всего секунду спустя, я почувствовал свет под своими веками.