Развод в 445. Скандальная история - Лина Леманн

— А там меня не будет ждать злющий Кассиан? — неловко пошутила я, раздумывая, опасно ли находиться с вампиром наедине. С одной стороны, у него была масса возможностей меня убить. Пока держался.

— Нет, его весь вечер черти где носило и теперь он не может оторваться от мамочки.

Я кивнула. Оставшееся расстояние шли молча. Я не хотела спрашивать о ядре снова, это могло бы показаться подозрительным, если вампир не на моей стороне.

Ключ слишком щелкнул в коридоре. Валериан стоял рядом и тихо дышал, но мне казалось, я слышу стук его холодного сердца. Мне подумалось о том, каково это — действительно жить вечно? Всегда искать виновных или желеть о чем-то… целую вечность! Быть может, очень искаженно, я могла бы понять его желание придумать V.E.

Но… до конца фантазии мне не хватило. Мы, драконы, к этому не склонны.

Валериан для моего удобства сделал всю подготовительную работу. Я остановилась перед столом, где аккуратно были разложены документы. Папки, отчёты, подписи, печати — всё выглядело слишком идеально. Лёгкий запах чернил и старой бумаги смешивался с холодным воздухом, который проникал через приоткрытое окно. Каждая деталь, каждая метка казалась рассчитанной на то, чтобы кто-то поверил в абсолютную правду — но интуиция кричала обратное.

Я только убедилась в собственных выводах.

Поэтому я не испытывала нервного предвкушения, исследуя документы. В отличие от вампира.

— Смотри, — ровно произнёс Валериан, не отрывая глаз от бумаг. — Эти документы демонстрируют всё: от хищнических сделок до манипуляций с наследниками. Грезелла использовала Гнездо ради собственной выгоды. Камил провел отличную работу, следя за происками Грезеллы. Хотя часть информации он получил в доверительной беседе с Кассианом. Представляешь, твой муж копает под собственную мать?

Я медленно провела взглядом по каждой подписи, по каждой печати, по аккуратным пометкам на полях. Всё идеально. Логично. Безупречно. Но в сердце поселилась тревога. Холод пробежал по спине, словно кто-то тихо шепнул: «Слишком просто. Слишком чисто».

— Валериан… — начала я осторожно, словно боясь прервать невидимую магическую паутину. Я хотела посмотреть на реакцию вампира. Если он враг, то испугается ли? Если свой, поймет ли? — Это слишком… идеально.

Вампир очень медленно кивнул, задучиво постучал пальцем по какому-то документу, а мне казалось, что я наблюдаю шахматную партию, где пешки сами себя раскрывают. Только ферзь спрятался за слоном и пока не обнаруживает себя.

— Эйби, ты права, это не доказательства. Это ловушка. Провокация. Тонкая, рассчитанная так, чтобы вывести Грезеллу из игры. Или нас.

Мы?

Валериан продолжил, охапкой собирая документы, сминая их, как бесполезный мусор:

— Не знаю, в каких играх Кассиан участвует и почему действовал в тайне от тебя вместе с Камилом, но доверия мое он потерял.

Мы глубоко выдохнули. Ход игры был тоньше, чем казалось на первый взгляд. Каждое движение — чужая комбинация, где я не могла до конца определить свою роль. И теперь они могли управлять нами почти так же легко, как мы планировали управлять ими.

— Значит, ищем не документы, — сказала я твёрдо, стараясь придать голосу уверенность. — Нам нужно понять, какая роль Кассиана во всем этом.

— Да, — это слово упало между нами в ночной тишине.

Мы оба молчали, глядя друг на друга. Тайны убивали нас. А правда… делала только хуже. Ранила сильнее ножа.

— Эйби… — Валериан медленно выдохнул и преодолел разделяющее нас расстояние. Теперь он стоял слишком близко. Я чувствовала мягкую прохладу его бессмертного тела. — Я давно не спрашивал, как ты. Как малыш?

Ком застрял в горле.

— Все нормально. Мы в порядке, — постаралась придать голосу максимально нейтральное выражение, хотя внутри все бурлило и взрывалось. Этими простыми вопросами Валериан с легкостью выбил почву у меня из-под ног.

— Тебе не страшно?

— Ни капли! — выдала слишком резко, слишком поспешно.

— Это хорошо. Я могу тебя обнять?

— Зачем? — нахмурилась я. Валериан выглядел как человек, ступающий по тонкому льду. И я вместе с ним. Его пронзительный взгляд не позволял уйти на берег, в безопасность, но и тонуть я не хотела. Пока все не будет решено, я не могу позволить эмоциям взять вверх.

— Потому что хочу. — Кошачья улыбка тронула мужские губы.

Тело отозвалось мурашками.

— Извини, нет, — я выдохнула. Вот и сказала. Это было не слишком сложно.

Потому что я не могла себе этого позволить.

— Ты хочешь знать, что я все время делал в столице? — спросил Валериан в лоб.

— Это имеет отношение к расследованию? К куполу?

— Не совсем.

— Тогда нет, — я не дала ему договорить. — Лучше давай спать. Я очень устала.

— Хорошо. Не буду с тобой спорить. Спокойной ночи, Эйбиалль.

— Спокойной ночи, Валериан.

Вампир шутливо поклонился и покинул спальню.

А я до рассвета не могла сомкнуть глаз, терзаясь от сомнений.

Утро наступило тяжёлым, серым светом. Я нехотя встала, привела себя в порядок и пошла вниз: у нас назначено совместное заседание на счет дел Скайглора.

С первого мгновения я поняла, что обстановка изменилась. Грезелла уже была в помещении, как и Камил с Кассианом и Валерианом. Еще должен был прийти поверенный, который опаздывал. Обычно на свекрови хорошо выглаженное платье, но сейчас она выглядела неряшливо.

Она шагала по комнате, громко цокая каблуками, туда-сюда, как загнанный зверь, то и дело взбивала и без того взъерошенные седые волосы и вдруг произнесла:

— Завтра все должны носить знаки своей преданности Гнезду. И те, кто не покажет полной готовности, будут лишены доступа к ресурсам. Логично — порядок не терпит хаоса.

Мы замерли, пытаясь понять смысл. На первый взгляд, слова казались абсурдными: «знаки преданности», «лишение ресурсов» — но у Грезеллы всегда была своя внутренняя логика, непонятная большинству. Теперь она переходила через мыслимые границы.

Кассиан даже не пытался ее остановить, позволяя нам “наслаждаться” зрелищем.

Валериан как обычно сел в тени, наблюдая за каждым движением.

Грезелла вещала о новых правилах в Гнезде, где каждое было абсурднее предыдущего: носить синее белье, танцевать только чечетку на балах и ничего больше, высылать приглашения в гости с пометкой, что вас там не хотят видеть.

— Кажется, нам предстоит длинный день, — тихо заметил Камил. — Процедура проверки должна быть завершена.

А я только убеждалась: купол очень скверно влиял на Грезеллу. И Кассиан ничего с этим не делал. Видимо, он действительно любит не столько мать, сколько Гнездо.

И все эти факты делили очевидным главное: если не начать что-то действовать, нам конец.

Глава 50. Как Грезелла меня попросила