Черный лев и снежная чародейка - Алла Железнова

представлял для него серьезного противника. Сильнейший Тень бился со зверем голыми руками. Его костный остов смотрелся безумно жутко в моих глазах, а когда сильные руки схвати огромного зверя за горло, я сорвалась. Вся магия окружающего пространства стремительно наполнила мой резерв, после чего я разразилась в мощном крике, освобождая ее ледяным потоком. Тысячи ледяных игл хлынули во все стороны стремительной волной, раня каждого, кто был рядом, заставляя их спешно уворачиваться, падать на колени в сугробы и прекращать поднявшийся боевой хаос.

Мистиф схватился за грудь, отшатнувшись в сторону, даже в теневой форме он ощутил острую боль. Охваченная магическим истощением, на ватных ногах, из последних сил я добралась до своего оборотня и обхватила огромную черную морду руками.

– Далас. Все будет хорошо. Я с тобой и никого к тебе не подпущу, – прошептала я, теряя сознание.

Сет сбросил с себя яростное оцепенение и преобразился, подхватывая меня на руки. Он прижал меня к своей обнаженной горячей груди, зарылся руками и носом в мои волосы.

– Дурочка. Ну куда ты побежала? И эти слова должен был сказать тебе я.

Отступление Третье: Одиннадцатый сектор, новая база. После боя

Дантон нашел в себе силы подняться и осмотреться по сторонам в поисках своей чародейки. Сила Кассиль выбила его из Тени, тем самым невероятно поразив его. Астет и Мистиф тоже пребывали в обычном образе, Ивиль опасливо не поднималась со снега, сотрясаясь дрожью от холода. Эливэйн уже бежала наперерез своему сету.

– Дантон, постой! Как ты? – обеспокоенно заглянула седовласая чародейка ему в глаза.

– В порядке. Но резерв мой иссяк наполовину, – он обернулся в сторону монстра, но увидел на его месте лишь полуобнаженного здорового детину, держащего в своих объятиях спящую Кассиль.

– Это итарец? – недоуменно спросил он, не обращаясь ни к кому.

– Дантон, подожди, – подошел к нему Мистиф, держась за грудь. – У Кассиль метка на шее. Она его пара.

– Что?! – воскликнула снежная чародейка в голос с огненной.

Дантон подпустил к необычной парочке свою Тьму и поразился тому, что узнал. Оборотень вскинул на него уничтожающий взгляд сразу, как только почувствовал чужое любопытство. Несмотря на дикий холод, он еще и рычал, не боясь замерзнуть и пострадать от дикого холода.

– Элли, он ее сет.

– Как это возможно? У нее есть Риша?

– Есть, – хором ответили Тени. – И у него тоже.

– Вот это номер, – хмыкнул подошедший Астет.

– Разве так бывает? – спросила Ивиль.

– После того, что я пережила, убеждена, бывает все, – ответила Эливэйн.

Дантон осторожно пошел паре навстречу, но получил весомое предупреждение:

– Тронешь ее, порву, – гортанный рык пригвоздил Чезара к месту, последующая речь лишь сильнее раззадорила итарца, заставляя оборотня частично трансформироваться.

– Я не причиню ей вреда.

– Постой, Дантон, – остановила его Элли. – Позволь мне.

– Детка, куда ты опять суешься? Ты не видишь, он безумен! – возмутился Тень. – Мы не знаем наверняка, не принудил ли он ее силой связать свою судьбу с ним! Ты не думала, откуда он Такой вообще взялся?

– Дантон! Ты забываешь одну немаловажную вещь: ты тоже не был идеальным, – серые глаза смерили мужчину суровым взглядом. – Мы ничего не можем сказать с уверенностью, пока не поговорим с Кассиль.

Чезар метался несколько секунд и решительно кивнул, снова уступая чародейке делать важный шаг самой. Эливэйн ласково поцеловала своего сета и развернулась к итарцу, что по-прежнему удерживал ее сестру в своих руках.

– Меня зовут Эливэйн, я родная сестра Кассиль. Можно я подойду?

Далас ей не ответил, лишь оскалился, вновь поразив окружающих величиной своих клыков. Темные волосы спутались под дуновением буйного ветра.

– Почему? – расценила она его поведение как отказ. – Вы вступили в брачный период?

– Да, – наконец ответил он через силу.

Стало отчетливо слышно, как ругнулись Тени, а недоумевающая Ивиль, ранее не интересовавшаяся особенностями отношений между оборотнями, уточнила:

– Что это значит?

– Что у Кассиль месячные, – шепнул ей на ушко Астет.

Огневичка позеленела, а в ее голове проскочила мысль, что никогда даже под угрозой смерти она не согласится на межрасовые отношения.

– Вы замерзнете, Кассиль нужно отнести на корабль. Я провожу, – вновь обратилась к итарцу Эливэйн. – Обещаю, кроме меня, больше никого не будет рядом.

– Я останусь с ней, – выдвинул лев условие.

– Разумеется, – не стала она отпираться.

– Тогда… поторопитесь, – согласился Далас.

– Дантон, бегите с Астетом вперед, разгоните всех по каютам на Омерте. Поселим их в каюте, что принадлежала Кассиль. Там, по крайней мере, нет посторонних запахов.

– Зато кровать маленькая, – задумчиво произнес Мистиф, Далас его услышал, а медик примиряющее поднял руки. – Кассиль сейчас требуется комфорт.

Вскоре Эливэйн стояла перед закрытой дверью в каюту, что принадлежала сестре пять лет назад. Теперь какое-то время всем придется обходить ее стороной, хотя бы до тех пор, пока Кассиль не придет в себя. Любопытная Ксюшка лезла вперед, в стремлении увидеть тетю, но Адалис старался отвлечь ее.

– Когда тетя выздоровеет, она сама придет к тебе.

– Правда? – с наивностью во взгляде спросила младшая чародейка.

– Я обещаю тебе, – улыбнулся ей Адалис, щелкнув по носу.

Глава 15

Проснулась я в каюте на Омерте, в которой когда-то жила, впервые участвуя в длительном космическом путешествии. Почти все в ней было по-прежнему: койка, зеркальный столик и стул, надежно вмонтированные в пол, бельевой металлический шкаф, потайная дверь, встроенная в переборку, за которой скрывается душевая. Но атмосфера внутри поменялась. Теперь каюту наполнял аромат моего мужчины, пространство окутано напряжением, зверь внутри итарца ощерился и занял оборонителную позицию. Он меня оберегал, держал всех на расстоянии от нас, будучи не уверенным в ближайшем будущем и намерениях окружающих.

Сет спал, уткнувшись носом мне за ухо, его дыхание щекотало чувствительную кожу, видимо, именно это меня и разбудило. Мы оба с трудом умещались на узкой койке и давно бы упали, если бы оборотень не стискивал меня в своих крепких объятиях.

Тело не болело, видимо, пристроился он ко мне недавно и все это время заботливо, как и раньше, перекладывал меня с боку на бок.

"Мое сокровище, чтобы я без тебя делала? Как мне повезло отыскать такой клад на ледяной планете".

Я осторожно развернулась в его руках, убрала темные пряди с его лица и всмотрелась в привычные черты. Неужели этот мужчина мой? Такой сильный и уже не одинокий. Мои прикосновения разбудили Даласа, тяжелые веки распахнулись, и темный сияющий взгляд