Боярский сын. Воин. Часть 1 - Алексей Владимирович Калинин

Тут же дёрнулся обратно и выстрелил левой рукой в живот.

Бам!

Мой кулак врезался в невидимую преграду. Кольчуга Души! Ублюдок тоже был одаренным и защитил себя. Отдача от удара присушила кисть, но я не останавливался.

В голове мелькнула мысль: «Почему он не использует стихию? Почему лезет с ножом? Боится шума? Боится разбудить моих парней?»

Убийца не дал мне времени на размышления. Он перехватил инициативу в бою. Удар, еще удар! Я блокировал предплечьем, чувствуя, как моя собственная Кольчуга Души гасит энергию, но сила ударов была такова, что меня отбросило на пару шагов.

Как же неудобно драться в этой небольшой спаленке!

— Ты… — прохрипел я, пытаясь поднырнуть под его руку.

Он снова ударил. Я заблокировал его запястье крестом из обеих рук, но масса противника давила. Нож поднимался к моей груди. Я попытался призвать огонь, сформировать хотя бы крошечный шарик пламени, чтобы выжечь ему глаза.

Ничего!

На кончиках пальцев вспыхнула жалкая искра и тут же погасла, словно кто-то перекрыл мне вентиль с живицей. Ядрёна медь, что со мной⁈ Почему магия не работает⁈ Я же выспался, я должен быть полон сил!

Но в теле ощущалась странная вялость, движения казались заторможенными, словно я находился под водой.

Убийца надавил сильнее. Лезвие коснулось моей груди. Начало продавливаться сквозь Кольчугу Души.

Я резко выгнулся мостом, уводя грудь из-под удара, и одновременно рванул его руку в сторону. Нож пропорол простыню и воткнулся в матрас. Тут же зарядил свободной рукой ему в ухо.

Снова приложился о Кольчугу Души. Противник лишь мотнул головой и снова вступил в бой.

Началась махаловка в ограниченном пространстве. Перья продолжили кружиться вокруг нас, оседали на плечах, на лицах, прилипали к поту, который выступил на лбу. В тусклом свете это выглядело как танец смерти в безумном театре.

Мы обменивались ударами. Он бил ножом, я блокировал, уворачивался, бил в ответ. Мои костяшки ныли от постоянных столкновений с его магической броней. Его нож оставлял синие сполохи на моей защите, высекая искры там, где металл сталкивался с живицей.

Я пропустил хук слева. Голова мотнулась, в глазах потемнело. Он тут же добавил коленом в бок. Я охнул, перекатываясь по кровати, и рухнул на пол, увлекая за собой скомканное одеяло.

— Сучёныш! — сквозь зубы прошипел противник.

Это было первое слово, которое он произнес. И относилось оно не ко мне.

Я вскинул голову и сквозь пелену перьев увидел потрясающую картину. Полупрозрачный Снежок, размером не больше котенка, вцепился крохотными ледяными зубками в лодыжку убийцы!

Щенок висел на его ноге, издавая звуки, похожие на хруст сминаемого льда.

Вот оно! Ледяная Гончая! Даже у таких мелких щенков в слюне должен содержаться специфический яд Опасных земель. Тот самый яд, который при укусе впрыскивается в кровь жертвы и блокирует ток живицы по меридианам!

Даже микродозы, которую мог выделить этот малыш, хватило, чтобы нарушить концентрацию взрослого одаренного.

Противник дернул ногой, попытался стряхнуть щенка, и на долю секунды потерял фокус.

Это мой шанс!

Я бросился вперед, не обращая внимания на боль в отбитом боку. Поднырнул под руку с ножом, и шарахнул апперкот. Со всей дури влупил, вкладывая в удар всю массу тела.

Кулак врезался в челюсть, и на этот раз не встретил магической преграды! Раздался громкий хруст и голова убийцы откинулась назад.

Похоже, что не скоро хлебушек пожуёт!

Я тут же перехватил вооруженную руку, выкручивая кисть на излом. Ботнул по мизинцу. Противник зарычал от боли, пальцы разжались, и его нож со звоном упал на паркет.

Я не стал дожидаться, пока он придет в себя. Пнул ногой в колено, заставляя потерять равновесие, и метнулся к тумбочке, где лежал мой собственный боевой нож.

Доли секунды прошли прежде, чем ребристая рукоять легла в ладонь. Холодный металл придал уверенности. Теперь мы были на равных. Точнее, теперь преимущество было у меня. Всё-таки моя Кольчуга Души ещё держалась. Пусть и на честном слове, но была же!

— Ну попляшем, — прохрипел противник, поднимая нож и откидывая прочь Снежка.

Щенок отлетел в угол и заскулил, как будто обиженный на подобное обращение.

Я не стал тратить дыхание на разговоры. Сделал ложный выпад, а когда он отшатнулся, то пробил ногой с разворота в голову. Он успел пригнуться и тут же контратаковал. Лезвие ножа просвистело над моим ухом, срезало прядь волос.

Во как! Кольчуга Души тоже начала спадать! А это плохо!

Я подсек его опорную ногу. Он взмыл в воздух, но тут же нанес рубящий удар сверху. Я заблокировал предплечьем и полоснул в ответ.

Мой нож скользнул по штанине. Защита убийцы окончательно спала. Ткань лопнула, на бедре проступила темная полоса крови.

Он зашипел, отпрыгнул назад, но я не дал ему разорвать дистанцию. Шаг вперед, удар, блок, снова удар. Мы снова закружились по комнате, круша мебель. Тумбочка разлетелась в щепки, настольная лампа с грохотом рухнула на пол. Блин, как бы не наступить голой пяткой!

Противник попытался сделать подсечку. Я перепрыгнул через ногу, но он успел ухватить меня за руку и рванул на себя.

Мы сцепились в клубок и с глухим стуком рухнули на ковровое покрытие. Началась партерная возня. Он пытался достать меня ножом, метя в шею, я перехватил запястье, одновременно пытаясь вогнать свой нож ему под ребра.

Мы катались по полу, хрипя и выдавливая друг из друга силы. Он ударил меня лбом в переносицу. Искры посыпались из глаз, хватка ослабла. Я слегка потерялся в пространстве. Он высвободил руку и замахнулся для добивающего удара. Получилось ударить в ответ и откатиться на метр. Противник не собирался давать мне передышку.

Я перекатился на спину, подтянул колени к груди и, когда он навалился сверху, ударил обеими ногами в живот, отправляя его в полет.

Он отлетел и спиной вышиб деревянную дверь спальни.

Треск ломающегося дерева эхом разнесся по спящему коттеджу. Доски и щепки полетели в коридор. Убийца кубарем выкатился на лестничную площадку.

Я вскочил на ноги, сжал нож и ринулся следом.

Он уже поднимался, опираясь о резные деревянные перила. Увидев меня, он сделал отчаянный выпад. Я отбил клинок, крутанулся и вогнал свой нож ему в бедро.

Плоть поддалась с тошнотворным чавканьем.

Убийца взвыл. От боли он дернулся назад, перевалился через перила и рухнул вниз, на первый этаж.

Раздался глухой удар тела о дубовый пол гостиной. Я подскочил