Фантастика 2026-168 - Светлана Волкова

и сразу увидел еще один труп. Он лежал поперек подоконника головой наружу, причем голова была вдавлена в декоративную решетку окна. Весь подоконник был забрызган темно-красным. Налево от окна располагался стол хозяина фирмы, и сам он с абсолютно белым лицом сидел в высоком кожаном кресле, а напротив в точно таком же — Ракитин. Рядом переминался с ноги на ногу Паша Велесов, а в дальнем углу кабинета среди обломков шкафа и груды рассыпашихся папок с бумагами виднелись еще чьи-то ноги в летних штиблетах. Над ними склонились двое в белых халатах и Данила Седых с фотоаппаратом.

Олег мельком глянул в мою сторону и сказал:

— Поздно приходящим — кости.[98] Ты где застрял?

— Пробка за Зеленом, — неохотно пояснил я. — Что, половецкие пляски закончены?

— Ка-какие п-пляски? — хрипло спросил Хилевич, затравленно глядя то на Ракитина, то на меня.

— Все в порядке, Владимир Казимирович, — улыбнулся по-волчьи бывалый майор, — коллега так шутит. Опасность миновала, все закончилось благополучно.

— Вы уверены? Вы можете гарантировать, что это не повторится?

— Стопроцентной гарантии не бывает, — посуровел Ракитин. — И я вам настоятельно рекомендую, господин Хилевич, на некоторое время удалиться в более надежное место.

— Но я не могу! У меня же клиенты… — Он судорожно вздохнул. — Я требую, чтобы вы обеспечили надежную охрану офиса или в противном случае…

— Мы не чоповцы, а оперативно-розыскная служба! — жестко оборвал его Олег и встал. — Если вы отказываетесь от наших рекомендаций по безопасности, то я официально заявляю, что снимаю с себя и моих людей всякую ответственность за вашу жизнь.

Он резко развернулся, махнул нам с Пашей рукой и вышел. Велесов двинулся следом, а я задержался и сказал:

— Еще ничего не закончилось, Владимир Казимирович. Она не успокоится, пока не уничтожит вас. Это рок, если хотите. Сегодня убийцу остановили, а завтра может явиться новый.

— Так найдите ее! — фальцетом крикнул Хилевич. — Это же ваша работа.

— Найдем конечно, — спокойно произнес я. — Но это может случиться и после вашей смерти.

Я вышел в приемную, не дожидаясь его ответа. Народу здесь поубавилось. Санитары как раз погрузили тело под саваном на носилки и собирались вынести, но я остановил их.

— Подождите. Здесь кто?

— Нападавший, — ответил Ракитин. — Посмотри, может, увидишь знакомое лицо?

Я откинул саван и обомлел. Я был готов увидеть кого угодно, но только не этого человека.

— Ну, вижу, что узнал. — Олег подошел и встал рядом. — Кто это?

— Полосухин Василий Вилорович, — хрипло сказал я. — Но этого не может быть!

— Почему?

— Василий… Он серьезный бизнесмен, уважаемый человек, владелец «Сибирского бистро»… В конце концов, он мой старый друг!

— Как будто владелец ресторана не может стать убийцей, — пожал плечами Ракитин. — Уносите тело.

— Нет! Постойте, — возразил я. — Здесь что-то не так.

Я включил второе зрение — надо было сделать это раньше! — и посмотрел на труп. Облик Полосухина поплыл, стал полупрозрачным, и сквозь него проступило совершенно другое лицо — тот самый парень, что убил Муратову.

Морок! Фантомная маска. Но ведь это означает, что убийца жив! Показалось, что я даже вижу легкое подрагивание плотно закрытых век.

— Олег, — я с трудом проглотил сухой комок, — он жив.

— Кто?! — не понял Ракитин.

— Убийца. Он жив. И это не Полосухин!

— Что ты несешь? — вытаращился бывалый майор. — Во-первых, ты только что сам опознал его, а во-вторых, четыре пули в сердце, печень и легкие никому и никогда не давали шанса уцелеть.

— Это относится только к человеку…

— А он кто, по-твоему?

— Оборотень. Матрикат. Паранорм, наконец! — взбеленился я. — Ты что, забыл историю с Нурией?

— Так это она, что ли?

— Нет, конечно… Но говорю тебе, этот тип — живой! И выглядит по-другому. Это морок! Маска, чтобы ввести нас в заблуждение. — Я не знал, какие еще аргументы привести в доказательство своих слов. — Понимаешь, я вижу его настоящее лицо.

— И я вижу, — отрезал Олег. — Увозите тело! Паша, ты сопровождающий.

Санитары с носилками ушли, следом потопал невозмутимый Велесов.

— Ты совершаешь большую ошибку, майор, — устало сказал я. — Дай сигарету.

— Прямо хоть сейчас в Голливуд! — хмыкнул Ракитин и вытащил помятую пачку «Явы». — Ты же, по-моему, бросил?

— Бросишь тут с вами, — вздохнул я, прикуривая. — Сколько он положил?

— Двоих бодигардов, голыми руками, за пять секунд.

— Круто! А как же Хилевич уцелел?

— Под стол спрятался — реакция у него хорошая, — ехидно сказал Ракитин и обернулся к двери кабинета. — Ну, Владимир Казимирович, что надумали?

Я тоже оглянулся. В дверях стоял бледный, расхристанный Хилевич, в руке у него была зажата ополовиненная литровая бутылка «Джека Дэниэлса». Главу фирмы заметно пошатывало. Когда же это он успел?

— Гос-спода офицеры, — напыщенно начал Хилевич, — я с-согласен с вашими додова… доводами и принял р-решение отбыть домой!

— Очень мудро, Владимир Казимирович, — серьезно кивнул бывалый майор.

— Под охра-аной! — хитро прищурился Хилевич и хлебнул виски прямо из горлышка. — Вот под ее. — Он ткнул бутылкой в сторону притихшей и тоже пьяненькой секретарши. Стакан перед ней на столе был пуст. — Аленушка — мой самый надежный бодигра… бодирга… в общем, боди!

— Не сомневаюсь, — с каменной физиономией произнес Олег. — Машина ждет у подъезда. Я вам позвоню, Владимир Казимирович.

— Идем, киса, — Хилевич отлип от косяка и схватил секретаршу за плечо. — Наш путь дерьмист, э-э… тернист и тр-руден!

Девчонка захихикала, обняла шефа за талию, и оба по сложной траектории двинулись к выходу.

— «Мы в город Изумрудный идем дорогой трудной», — процитировал я, глядя вслед колоритной парочке.

Ракитин хмыкнул, загасил окурок в чудом уцелевшей при разгроме приемной стеклянной пепельнице и продекламировал:

От болей душевных, от болей телесных,

От мыслей, вселяющих боль

Целительней нету на свете компресса,

Чем принятый внутрь алкоголь![99]

— Сильно сказано! — оценил я. — А ну-ка, майор, выдай еще что-нибудь, чтоб душа развернулась, а потом…

Длинный противный сигнал вызова перебил начавшее подниматься настроение. Ракитин выдернул рацию из нагрудного кармана, нажал клавишу ответа:

— Первый на связи. Что случилось?

— Извините, — раздался испуганный незнакомый голос. — Я… я мимо проходил, а тут «скорая» у обочины, люди без сознания… и рация вот.

— Какие люди? Вы кто? — рявкнул, мгновенно подобравшись, Олег.

— Прохожий я… Вижу, машина стоит…

— Где? Где стоит машина?

— На улице… Ве-вершинина.

— Адрес! Номер дома! Ну?

— Пятнадцать…

— Это в студенческом городке, — сказал я. — Все-таки не доехали, значит!

— Стойте на месте, гражданин, никуда не уходите, — четко и спокойно произнес Ракитин по рации. — Опергруппа уже выехала. Дождитесь, пожалуйста, группу! — Он выключил связь и посмотрел на меня. — Ты этого опасался?

— Примерно да.

— Поехали!

* * *

«Скорую»