Фантастика 2026-168 - Светлана Волкова

мы увидели издалека. По этой улице машины почти не ездили. Белый минивэн сиротливо уткнулся капотом в кусты боярышника, задние дверцы распахнуты настежь. Ракитин остановил «ауди» метров за двадцать от «скорой», вытащил табельный ПСМ и дослал патрон в ствол.

— Там уже никого нет, Олежек, — сказал я и вылез из машины.

Вдвоем мы медленно подошли к минивэну вдоль обочины, и тут неожиданно из-за машины на нас выскочил молодой парнишка, явно студент. Он увидел направленный на него пистолет, побледнел и чисто по-детски загородился руками:

— Не надо, не стреляйте!

— Ты кто? — спросил Ракитин, опуская оружие.

— Я… Толик, Карпухин. Это я вас вызвал.

— Молодец, студент. Видел кого-нибудь?

— Н-нет. Вот, возьмите, — он протянул нам рацию.

В салоне «скорой» мы обнаружили трех человек — врача, медсестру и Пашу Велесова. Все были без сознания. Причем врач и медсестра так и сидели в своих креслах по бокам от опустевших носилок и видимых повреждений не имели, а вот лейтенанту повезло меньше. Он, видимо, успел среагировать, когда «мертвец» внезапно ожил, и попытался остановить его, но недооценил кондиций противника. Синяк в пол-лица и вывернутая неестественно кисть правой руки были наглядным тому подтверждением. Вдобавок при падении Велесов приложился затылком о какой-то вентиль в углу салона. Я осторожно приподнял Пашкину лобастую голову — нет кость не пробита, рассечена только кожа, но крови вытекло преизрядно. Раны на голове всегда сильно кровоточат.

— А что с водителем? — спросил я вернувшегося от кабины Ракитина.

— Плохо, — он мрачно оглядел салон. — Еще один труп. Тут хоть все живы?

— В отключке. Насколько могу судить, врача и сестричку он просто усыпил, а вот лейтенанта, пытавшегося его задержать, приложил основательно. Серьезный противник. Бой в ограниченном пространстве, сам понимаешь, в спортивных секциях не преподают.

— А мне другое непонятно: почему они остановились? Ведь знают же правила.

— Элементарно, майор, — пожал я плечами. — Кто-то выскочил на дорогу, причем почти под колеса, если учитывать положение машины и следы торможения.

— Думаешь, она? — Ракитин нехорошо прищурился.

— Логика, майор, и никакой дедукции. Больше некому.

— Они не могли далеко уйти, — сказал Олег в пространство, и на его скулах вздулись желваки. Он включил рацию: — Внимание! Всем подвижным группам, всем постам! Говорит начальник оперативно-розыскного отдела криминальной милиции города майор Ракитин. Только что из-под стражи сбежали два особо опасных преступника, мужчина и женщина. Просьба немедленно приступить к их поиску и задержанию. Объявляю план «Сеть»! Внимание! Преступники очень опасны, владеют приемами рукопашного боя. Передаю их приметы…

Он говорил еще минуты две-три, четко и размеренно давая вводные. Потом устало опустился на порог салона минивэна и вытащил сигареты.

— Димыч, вызови «скорую», а лучше — две. — И протянул мне рацию.

Я сделал вызов, вернул прибор Олегу и спросил:

— Ты думаешь, они попадутся в твою сеть?

— Не знаю. Но что-то надо делать?

— Послать засаду к дому Хилевича. Тудегешева уже доказала, что не отступится от своих планов. Значит, будет новая попытка.

— Согласен. Будешь участвовать?

— Посмотрим. У меня есть другие соображения. — Я тоже взял сигарету и присел рядом с Ракитиным. — Смотри, убийца использовал фантомную маску Полосухина, следовательно, он, как минимум, один раз виделся с ним. Причем, зная Ваську, могу голову дать на отсечение, что одним визитом не обошлось, и сначала с ним познакомилась Тояна.

— Почему?

— Потому что наш Вася — известный бабник. И женщине к нему подобраться не составит труда.

— Хорошо, а что они, по-твоему, сделали с оригиналом? — покосился на меня Олег.

— Не хочу заранее думать о самом грустном, — вздохнул я. — Предлагаю прокатиться к господину Полосухину в гости и все выяснить на месте.

Мы дождались приезда медиков, сдали им с рук на руки Велесова и уселись в ракитинскую «ауди».

— Говорова десять, — назвал я адрес. — И давай с мигалкой, может, так быстрее будет.

— А зачем быстрее? — майор подозрительно уставился на меня. — Ой, котяра, опять темнишь чего-то! Колись давай.

— Ты прямо как наш дорогой шеф — сразу «колись», — деланно надулся я. — Дай поинтриговать маленько.

— Некогда, Димыч. Сам видишь, мы в полной жопе! Все время опаздываем, все время отстаем. Сколько можно?

Мы выехали на Зеленый проспект, и Олег врубил спецсигнал. В какой-то мере это помогло, и мы довольно шустро добрались до Театральной площади почти в самом центре Сибирска. Но дальше дело пошло хуже. Вокруг потянулся старый город, и улицы стали узкими и кривыми, машин и светофоров прибавилось.

— Все-таки почему именно к Полосухину? — снова заговорил Ракитин.

— Ох, да пошевели ты мозгами, сыщик! — сдался я. — Где нужно спрятать вещь, чтобы ее труднее всего было найти?

— На самом видном месте…

— А где в нашем случае это самое место?

Ракитин молчал целую минуту. Потом покосился на меня и сказал:

— Димыч, может, перейдешь ко мне в отдел? Чего ты в газете паришься?

— А я как раз тебя об этом хотел попросить. Меня, видишь ли, уволили со вчерашнего дня, за несоответствие с занимаемой должностью.

— Как это?!

— А вот так. Главному позвонил кое-кто и посоветовал от меня избавиться. Так что я теперь не только бомж, но и безработный, — я изобразил на лице жизнерадостную улыбку. — Берете таких, майор?

— Заметано! — повеселел Олег. — Слушай, может, подстрахуемся? Я ребят вызову.

— Ты их всех в «Сеть» отправил. Ладно, сами управимся. Паранорм я или погулять вышел?

— Уверен?

— Парня я вырублю. Вряд ли он способен сражаться сразу на двух планах. А Тояна не боец. Главное, не давать ей опомниться, иначе может и морок навести. — Я вспомнил Горно-Алтайск, и это сразу прибавило азарта. Очень уж хотелось поквитаться за ту разводку.

Мы бросили машину у соседнего дома и вошли во двор пешком.

— Первый подъезд, шестой этаж, квартира номер семнадцать, — сказал я.

Замок на входной двери оказался оптико-электронным, как в преподавательском доме в Университетском городке, и Ракитин открыл его тем же способом, послюнявив большой палец правой руки и приложив хитрым приемом к опознавательному окошку.

Уже в подъезде, подойдя к лифтам, я почувствовал легкое ледяное дыхание в затылок — сакки, «ветер смерти». Но включать второе зрение не торопился — был риск обнаружить себя. Я ведь не знал магических возможностей Тояны и ее приятеля, поэтому ограничился тем, что настроил организм на боевой режим по правилам живы. Теперь, если понадобится, я смог бы в течение нескольких минут вести бой на сверхскорости, намного превосходя кондиции обычного бойца.

Когда мы достигли шестого этажа, «ветер смерти» превратился в поток внимания, грозный и враждебный. Я понял, что нас обнаружили и нельзя терять ни секунды. Знаком я показал Ракитину,