Фантастика 2026-164 - Дмитрий Ромов

Вы, Лидия Игоревна, хоть немножко-то поняли, кто к вам пришёл? — спросил я, отсмеявшись. — Вот этот человек заведует всей законностью и всей безопасностью области. По одному его чиху людям пожизненное дают.

— Ну не надо, не надо преувеличивать, Сергей, — елейным голосом пропел Нюткин. — Это довольно серьёзное преувеличение…

— Разумеется, — с достоинством ответила Медуза. — Разумеется, я отношусь к Давиду Михайловичу с огромным уважением и полагаю, что сегодняшнее решение должно удовлетворить нас всех. Так что, Краснов, закатывай рукава и берись за учёбу. А все свои нелепые детские угрозы просто выбрось из головы. Сейчас некогда заниматься чепухой, основанной на детских фантазиях. Нужно, в первую очередь, повышать успеваемость. Ну, а исполняющий обязанности министра пообещал лично держать на контроле твой профиль ученика. Вы просили вас оставить на минутку, Давид Михайлович? Я правильно поняла?

— Именно, — кивнул он.

— Хорошо, конечно, никаких проблем.

Она встала и простучав каблуками по полу, вышла из своего кабинета.

— Да, — покачал головой Нюткин. — Ну и штучка ваша директриса. Акула.

— Да бросьте, — усмехнулся я. — Акула — это вы. А она Медуза. Расскажите лучше, что вас привело вот сюда? Даже любопытно.

— Ну… меня попросил поговорить с ней лично замгубернатора Илья Карлович Загребов.

— Любопытно, ему-то что за дело до меня? — усмехнулся я.

— Ну… просто я передал ему наш разговор в самолёте. И он оценил всю важность момента. Понимаешь меня? Между прочим, Илья Карлович инициировал официальное расследование по поводу гражданина Лещикова. Знаком тебе такой персонаж?

— Не особо, — пожал я плечами.

— Мы подозреваем, что это преступник, окопавшийся ещё с девяностых годов, известный криминальный авторитет и руководитель ОПГ по имени Ширяев.

— Ну что же, желание навести порядок в области, разумеется, похвально. Я, как житель Верхотомска, полностью одобряю такие действия заместителя губернатора.

— Вот-вот, — кивнул Нюткин и сделал многозначительное лицо. — Вот ещё что… я тебе говорю всё это исключительно в рамках сложившихся у нас дружеских отношений и прошу, тем не менее, соблюдать конфиденциальность, потому что вопрос в высшей мере серьёзный и секретный.

Я кивнул.

— Так вот, делом будет заниматься уже знакомая тебе Жанна Константиновна Сучкова из Следственного комитета.

— Что же, зная методы Жанны Константиновны, — усмехнулся я, — в успехе этого начинания я не сомневаюсь. Тем более в последнее время я очень много читал о ней и о её способностях в региональной и федеральной прессе. А это что-то да значит, не правда ли?

— Безусловно, безусловно, — согласился Нюткин. — Но ты же понимаешь, почему я оказался здесь?

— Судя по всему, вы болеете душой и сердцем за каждого жителя нашей области — даже за школьника, который ещё не ходит голосовать, но уже сталкивается с вопиющей несправедливостью.

— Это безусловно так, — кивнул Нюткин. — Именно. Всё верно. Но главная причина состоит в том, что мы считаем, что ты можешь обладать очень важной информацией. Поэтому я убедительно тебя прошу оказать максимально полную поддержку следствию и Жанне Константиновне Сучковой. Но, прежде, чем что-то сообщить ей, обязательно посоветуйся со мной. Ну, и… ты понял, да? Если окажешь услугу Загребову, то и он окажет услугу тебе. Думаешь, звонок исполняющего обязанности министра совпадение?

Нюткин сделал многозначительное лицо. Какое уж там совпадение. Звонок этот был наверняка организован Варварой, а никаким не Загребовым. Ну да ладно. Все ручейки стекаются в один океан.

* * *

Когда я вышел из кабинета Медузы, у меня зазвонил телефон.

— Лидия Игоревна, — кивнул я ей. — Давид Михайлович хотел бы ещё с вами поговорить немного.

И она глянула на меня растерянно, не понимая, как сейчас ей следует вести себя. Я, впрочем, ей помогать не стал. Молча прошёл дальше и ответил на входящий звонок.

Это был Кукуша. И голос его звучал встревоженно.

— Что такое, дядя Слава? — спросил я. — Усы?

— Да! — воскликнул он. — Ушёл. Ты в курсе уже что ли?

— А Макар как там?

— Да этому-то уроду что сделается?

— Живой?

— Башка проломлена. Но его же из пулемёта не уложишь.

— Понятно. И что, как там это всё произошло? Как он смог?

— Да блин, ну как?

— Ладно, ладно, — сказал я. — Давай по телефону не будем. При встрече вечерком всё обсудим.

— Хорошо, но ты имей в виду и будь настроен.

— Я понял, дядя Слава, — сказал я. — Благодарю за инфу.

— Имей в виду, он может ведь сейчас уже трепать кому-то языком и все эти дела наши… короче, ты понял, да? На дно надо, на дно.

— Дядя Слав, ты не волнуйся. Всё нормально. Вечерком всё расскажу. Ничего только до этого времени не делай. Не предпринимай окей?

— Хорошо, я тебя понял.

Я отключился и вернулся в класс.

— Ну что там, Краснов? — озабоченно спросила Юлия, когда я вернулся в класс и все головы повернулись ко мне. Кто-то ждал, что меня всё-таки выпнут, а кто-то, надеюсь, не хотел этого.

— Всё хорошо, — кивнул я. — Лидия Игоревна сменила гнев на милость, так что теперь я лицеист. Почти что Пушкин.

Я поймал на себе быстрый взгляд Грошевой. Заметив, что я увидел, она тут же опустила голову. Я усмехнулся, но доставать её не стал, а сел за пустую парту в конце класса.

* * *

На перемене ко мне подкатил Князь.

— Здорово, Крас, — хмуро кивнул он.

— Здорово, Жан, если не шутишь, конечно, — хмыкнул я.

— Тут это… нахмурившись, продолжил он… — Сашко интересуется, есть ли какая-то инфа или наработки по конторе?

— Ух ты! — покачал я головой. — Интересуется. Я понял. А ты сам-то как, братишка? Как живёшь-то? Я вот тоже интересуюсь.

Он ничего не ответил.

— Вот смотрю я на тебя, — продолжил я, — и складывается у меня такое впечатление, что нет больше в твоей жизни чувства полёта. Радость исчезла. Где? Где дух Кустурицы, в конце концов?

— Чё? — нахмурился он, не понимая, что я несу такое. — Ты чё, подкалываешь меня?

— Да ты что, брат? Я же просто за тебя переживаю. Раньше, к примеру, ты скакал, как молодой рысак…

— Нет, ты в натуре меня подкалываешь…

— Ну ладно, ладно,