Напряжение 1-7 - Владимир Алексеевич Ильин

— Вот как? — отразил легкое удивление Черниговский.

— Некто господин Чень Сюанцзи. Вышел на нас сам. Мы проверили — это человек мертвого рода Чень. Их вырезали два поколения назад, но до этого род владел восемью городами-миллионниками и был рядом с троном.

— То есть деньги у них могут быть?

— Деньги у них есть, — куда увереннее ответил слуга, — пусть и не вся сумма, которая нам нужна. Они готовы дать сто пятьдесят миллиардов. Упакованные в банковский пластик купюры в разных валютах и золото — там целый склад, судя по предоставленному нам видео… Это Китай, полтора миллиарда человек, — пожал плечами порученец на недоуменный взгляд. — Даже неизвестный нам род потенциально может владеть такими деньгами. И, судя по всему, владеет.

— Что они хотят? — заинтересовался князь.

Если добавить деньги с аукциона и средства из собственной казны, даже ста пятидесяти хватит с головой.

— Шесть процентов годовых… — порученец помедлил, словно не желая продолжать, — и все клановые земли в залог.

— Разумеется, ты наказал наглеца? — как само собой разумеющееся, произнес Черниговский. — Надо схватить его, пытать и отнять деньги за такое оскорбление.

Тем более если род мертв, то и мстить будет некому. Какая поразительная наивность — быть слабым, очень богатым и ставить условия…

— Мы не общались с ним лично. Связь посредством сети интернет.

— Выйди с ним на связь и назначь встречу, — раздраженно приказал князь. — У него наши деньги.

— Они не хотят, — вздохнул порученец. — Я пытался. Даже передача денег будет из указанной точки где-то на юге. Координаты схрона нам передадут после заключения договора. Договор доставят фельдъегерской службой Китая.

— Ты же отдаешь себе отчет, — ложно-доброжелательным тоном начал Черниговский, — что координаты этих денег и то, какую сумму мы везем, станут известны всем? За сто пятьдесят миллиардов там будет война. Они прямо рассчитывают на то, что мы ввяжемся в конфликт и не сможем платить. Эти сволочи желают получить мой титул!

Потому что личные земли и означают титул. Любые земли — даже самый мелкий клочок, где над тобой не властен никто.

После чего князь притих, заметив любопытствующие взгляды в свой адрес. Аукцион все еще не завершился, пусть распорядитель и пытался безуспешно завести толпу дать хотя бы начальную ставку за медеплавильный комбинат полного цикла.

— Кроме этого, никаких условий, — завершил доклад порученец, отведя взгляд. — Я вас понял, господин, я сегодня же свяжусь с Объединенным банком и полечу в Берлин. Думаю, за два дня мы уточним все формальности и…

— Во вторник деньги должны быть тут, — резко прервал его князь.

— Во вторник мы можем все подписать, если не возникнет разногласий и согласований по договору, — осторожно заметил слуга. — Еще пару дней на оприходование, пересчет и перевозку…

— Мне не нужны эти деньги позже, — давил Черниговский.

— Господин, но в чем причина такой спешки? — искренне недоумевал порученец. — Неужели нам не дадут пару-тройку дней отсрочки…

— Нет.

— Но почему? — пытался разобраться верный слуга.

Да даже пусть император будет зол — какая, к демонам, разница! Они не его вассалы, а государства. Деньги будут все равно — и для откровенно надуманной суммы что днем позже, что двумя — никакой разницы.

Черниговский отвернулся от аукционного действа, заложил руки за спину, сцепив пальцы, и сделал несколько шагов в сторону двери во внутренние помещения. И только убедившись, что рядом никого нет, негромко произнес:

— Мне намекнули, что среди купюр, найденных несгоревшими в танке, есть с сериями контрольных закупок Товара.

Порученец почувствовал, как внезапно похолодела спина. Неужели эти молодые идиоты взяли деньги с перевалочной базы наличности до их «отмытия» в имперской сети продуктовых магазинов?..

Или еще хуже — деньги положил сам император, делая недвусмысленный намек…

— Появилась активность вокруг нескольких наших складов. Затем стихла и более не проявлялась, — задумчиво произнес Черниговский.

— Император знает? — заглянул ему в глаза слуга, опасливо посмотрев по сторонам.

— Знает, с высокой долей вероятности. И хочет долю. За весь срок, со штрафами и процентами.

Как и полагается главному бандиту Империи.

Впрочем, император вряд ли увидел главное, что спрятано за высокодоходной и незаконной торговлей — иначе их без затей уже попытались бы убить. А значит, рано или поздно, но нити управления в руках князей Черниговских жестко стянут императору руки, ноги и шею, заставив качать головой, гневно махать руками и шагать туда, куда хочется им. На фоне этих мыслей отсрочка даже за четверть триллиона не ощущалась так болезненно.

— Но это же незаконно… — сам того не замечая, проблеял порученец.

— Незаконно станет, если мы не соберем деньги до вторника, — жестко произнес князь. — Переговори с китайцами. Передай, что мы согласны.

— Если вы скрепите договор своей печатью и словом… — заикнулся слуга.

— Шесть процентов — нормально, — отмахнулся Черниговский, уже соглашаясь честно платить. — Поднимай всю армию и всех союзников. Эти хитрые сволочи сделают все, чтобы мы не довезли деньги. Но мы все еще в силах противостоять кому угодно и это докажем.

— Сделаю, — поклонился порученец, после чего замялся буквально на мгновение: — Получается, что слова того полковника — ложь?

— Милютина? — припомнил Черниговский. — Про виновность Самойлова в ограблении? Полагаю, так. Тем не менее Самойлова надо наказать.

— Зачем?

— Быть может, он виноват, — равнодушно пожал плечами князь, хотя и не верил в это — слишком незначителен тот был для масштабов содеянного.

— К тому же нам все еще нужна его железнодорожная сеть доставки, — добавил Черниговский. — Вот что: у него есть кто-нибудь не из родных, кем он дорожит?

— Девушка… — задумчиво подсказал порученец.

— Забери ее и запри под землю, в темноту. Она должна оставаться жива, чтобы это подтвердили любые ритуалы, которые можно купить за деньги. Должна страдать от голода и жажды. Но не должна ничего видеть.

Хотя Черниговский и не верил в пророка, но старался подстраховаться и от его поисковых возможностей. Обычно те видят чьими-либо глазами, и только там, где дело касается родной крови — способны увидеть место самостоятельно. Здесь же родной крови не было, но и шанса что-либо разглядеть — обстановку или лицо конвоира — он не оставит.

— Будет исполнено.

— Через год или два, когда Самойлова надломит от отчаяния и неизвестности, попробуем ему помочь с поисками, — добродушно улыбнулся князь Черниговский. — Плата наша хорошо известна.

Порученец с пониманием улыбнулся.

Словно подчеркивая продуманность планов, аукционный зал разразился новыми аплодисментами.

Князь с порученцем обернулись — те же неизвестные гости в красных бабочках за немалую сумму выкупили всю речную инфраструктуру с кораблями.

Положительно, день завершался отлично.

Глава 22

Холод вечернего дождя был