Бабочка на золотой шпильке - Алексей Котейко

– Откуда вы знаете?

– Угадал. Я ведь обещал угадать.

– Оставьте ваши шутки для ярмарочных балаганов. Кто вам про меня сказал? – девушка недовольно поджала пухлые губы. – Ивонна? Маргарита?

– Можете не верить, – он повёл плечами.

– Вы услышали в салоне, – решительно кивнула головой шатенка. – Когда мы разговаривали с Уной. Вы же как раз туда заглядывали, – она ещё раз потёрла запястье. – Ловко! Я почти поверила, Макс. В самом деле, красивый фокус – со всем этим закатыванием глаз и сосредоточенностью мыслителя. Вы, случаем, не иллюзионист?

– Нет, я всего лишь застройщик, – отозвался Шандор, решив, что лучше не разубеждать собеседницу.

– «Дайте-ка угадаю! Вы хотите построить дом!» – изобразила его девушка и рассмеялась. – Что ж. И чем мне вознаградить вас за это маленькое представление?

– Вы не хотите подняться наверх?

Мария смерила его взглядом. Облизнула губы.

– А вам не занимать наглости.

– Не спешите с выводами, – сыщик изобразил застенчивую улыбку. – Честно сказать, мне уже дурно от здешней духоты, и даже в музыкальном зале, при всех распахнутых окнах, слишком жарко. Может, вы в награду позволите мне с четверть часа посидеть в спальне у открытого окна?

– Да уж, – в голосе девушки слышалась неприкрытая ирония. – С такой просьбой ко мне ещё не обращались. Что ж, Макс, пойдёмте. Но учтите: если вы надеетесь устроить в спальне другое представление – я всё-таки позову охрану.

* * *

Лайош старательно ощупывал перила по пути наверх, стараясь уловить следы Зигфрида. Если молодой человек действительно вошёл в дом, то впускали его или швейцар, или кто-то из слуг, открывших дверь чёрного хода. Но вот в доме Зигфрид в любом случае должен был перемещаться самостоятельно, и Шандор очень надеялся, что тот хотя бы раз-другой коснулся лестничных перил.

Спальня Марии располагалась на третьем этаже. Сыщик увидел ещё одного охранника: этот тоже сидел в кресле в дальнем конце коридора, но, в отличие от коллеги этажом ниже, развлекался не чтением, а раскладыванием пасьянса на подоконнике. Видимо, салон был заведением на редкость спокойным – а вероятнее всего, большинство здешних посетителей составляли завсегдатаи, прекрасно знавшие друг друга. Об этом говорило и то, что самого Шандора раз за разом распознавали как новичка, хотя он ничем особенно не выделялся в круговороте масок.

В отличие от первого этажа с его просторными помещениями, на втором и третьем вдоль коридора располагались ряды одинаковых дверей с латунными номерками, по семь слева и справа. Двадцать третья комната, которую занимала Мария, двумя своими окнами выходила во двор, но не тот, в котором должен был сейчас сидеть в засаде Равири, а соседний, с западной стороны дома. Оттуда, с моря, тянул лёгкий ветерок, и когда девушка распахнула створки, в комнату ворвались запахи соли и цветущих садов.

– Прошу, – Мария указала на кресло у камина. Лайош, переставив кресло к подоконнику, уселся и с показным наслаждением подставил лицо свежему воздуху.

– Вы моя спасительница, – поблагодарил он девушку.

– А вы – враль.

Сыщик с удивлением повернул к ней голову.

– Простите?

Вместо ответа шатенка поставила правую ногу на небольшую банкетку в изножье кровати. Медленно, насмешливо глядя на мужчину, потянула подол платья вверх, открывая сперва туфлю, а затем – чёрный шёлк чулок. Маленькое представление закончилось только тогда, когда тяжёлые складки ткани собрались у пояса, продемонстрировав перехватившую бедро подвязку и полоску кожи над ней.

– Но попытка была хорошая, – похвалила Мария. – Так трогательно: крепкого мужчину валит с ног духота! Надо же! – она выжидающе смотрела на Шандора, склонив голову набок.

– Очаровательно, – прокомментировал Лайош.

– Я ещё не решила, сколько вам будет стоить ваше враньё, – шатенка неспешно потянула за край ленты, и подвязка упала на пол. – И моё запястье. Между прочим, у меня по вашей милости наверняка будет синяк! Что скажет муж? – пухлые губы приоткрылись, вновь продемонстрировав ухоженные зубы – то ли улыбка, то ли хитрый оскал.

– Муж? – сыщик уже сам был готов расхохотаться.

– Вас это смущает, Макс?

– Это вовсе не моё дело.

– Совершенно верно, – правая нога опустилась, на банкетку встала левая.

– Однако вы снова торопитесь с выводами, Мария. Я действительно не люблю духоту. И попросил вас ровно о том, о чём попросил.

– В самом деле? – вторая подвязка упала на пол. Женщина обогнула кровать и села на край, напротив устроившегося в кресле Лайоша. Руки будто случайно легли на колени, поигрывая тканью платья.

– В самом деле.

– С вас стоило бы взять двадцать крон, – заметила она таким тоном, каким могла бы сообщать, что уже смеркается. – Но вы здесь новичок, Макс, и вы очаровательно-неуклюжи. Так что пусть будет пятнадцать.

Шандор ещё по пути в салон обдумал план на случай такого поворота событий, поэтому смущённое выражение лица и потупленный взгляд выглядели почти натурально.

– Дело в том, милая Мария, что…

– Что у вас нет и пятнадцати? – шатенка коротко рассмеялась. – Неужели так плохо идут дела?

– Нет, дела идут вполне сносно, и я бы не пожалел даже пятьдесят крон. Но кое-что, знаете ли, не в моей власти.

Она непонимающе нахмурилась. Затем изумлённо фыркнула:

– Да бросьте!

– Именно так.

– Тогда за каким лешим вы вообще сюда притащились?

– Приятно провести вечер. Пообщаться. Раз уж другое мне недоступно.

Женщина смотрела на Лайоша со смесью жалости и презрения. Затем неуверенно оглянулась на секретер в углу:

– Знаете, есть кое-какие порошки…

– Это не поможет, – сыщик изобразил крайнюю степень сожаления, какую только мог. – Я уже пробовал.

– Да уж, Макс, вы полны сюрпризов, – Мария поднялась с постели, снова вернулась к банкетке и, повернувшись спиной к Шандору, принялась возвращать на место подвязки.

– Простите, что разочаровал.

– Ну, я вполне могу себе позволить потерять четверть часа, – небрежно махнула она рукой. – И давно это у вас?

– Уже лет восемь. Несчастный случай на стройке.

– Сочувствую.

– Благодарю.

Она закончила с подвязками и направилась было ко второму креслу, но Лайош, поднявшись, опередил шатенку. Он перенёс её кресло ближе к окну и подождал, пока она сядет. Мария благосклонно улыбнулась:

– Ну что ж, Макс. Просто поговорим?

– Просто поговорим.

* * *

Через четверть часа Шандор вновь был внизу и, устроившись возле одного из игорных столиков, наблюдал за партией в бай-фа. Правила он прекрасно знал, и сам неплохо играл, так что одобрительно восклицать в нужных моментах не составляло труда. Но мысли сыщика сейчас были далеки от гостиной и перестука костяшек: уже почти потеряв надежду, на повороте лестницы с третьего этажа вверх, к мансарде, Лайош всё-таки «поймал» Зигфрида.

Разумеется, ощущения вовсе не означали, что молодой человек до сих пор остаётся