Земля: Выживание. Том IV - Михаил Ран

— Там есть тот, кто умеет подчинять разум низших порождений. Работать с ментальной их составляющей — продолжила Вейла, нарезая круги вокруг меня, точно так же, как хищник загоняющий свою жертву. — Не исключено, что может быть кто-то похуже. Сильнее. Помнишь ведь, как ты попал в руки менталисту. — напомнила девушка о том, что сейчас мне точно хотелось забыть. — В общем, с текущими познаниями в этой области, для тебя может все плохо закончиться

— И что ты предлагаешь? — буркнул в её сторону. — В прошлый раз мы ведь как раз проходили с тобой защиту от ментальных атак. — припомнил ей о наших тренировках в свободное от выживания время.

— Я предлагаю тебе перестать быть одноклеточным идиотом, и вспомнить, что у тебя есть чертовски сильный, нераскрытый аспект. — несколько подняла она тон собственного голоса. — Мы продолжим с тобой тренировать щит.

— И, может быть, атаку. — сказала Вейла после небольшой паузы.

Воплощение богини взмахнуло рукой, совсем не дожидаясь от меня реакции на собственный монолог. И пространство зала моментально начало меняться. Стены вокруг исчезли, как и вообще весь знакомый пейзаж.

А нас, вместе с ней, перенесло на одну из парящих платформ, расположенных прямо посреди бушующего фиолетового океана. Волны внизу были не из воды, скорее чистая, первозданная энергия. Этакий хаос и безумие в одном флаконе.

— Задача на сегодня простая. — Вейла улыбнулась той улыбкой, в которой обещания боли читались яснее всего. — Со своей же стороны я буду делать все, чтобы сломать тебя пополам. — одновременно хищно и нежно прошептала она мне на ухо. — А твоей задачей будет выстоять. Ну а если сможешь ударить в ответ, так считай вообще, молодец.

— Вейла, я уставший всё ж таки, сама говорила… — сделал несмелую попытку отмазаться от перспективы быть битым.

Договорить мне никто не дал, потому что весь мир неожиданно взорвался осколками боли.

Вот только это было не физическое ощущение, не то, когда меня били кулаком или ногой. Скорее… чувствовалось так, будто кто-то загнал раскаленную спицу прямо в лобную долю и шебуршал там.

Удержаться в такой обстановке на ногах было невозможно. Потому я просто упал на колени, хватаясь за голову и крича что было сил. То, что происходило прямо сейчас, совсем не шло ни в какое сравнение с пытками, организованными мне уродцем по имени Мирок.

— Слабо! — голос Вейлы грохотал над бушующим океаном. — Твои барьеры хуже, чем пергаментная бумага! Будь я твоим противником, тебе пришлось бы уже пускать слюни, а то и дело, вообще, убивал бы собственную семью! Вставай, слизняк!

Боль отступила так же резко, как и пришла. Я жадно хватал ртом воздух, ощущая неприятный, медный привкус крови на губах. Неужели сквозь сон умудрился прокусить ту и наяву?

— Ты… садистка… — прохрипел своей наставнице, поднимаясь со своего чудесного места. Голова гудела, и я был уверен, что звук этот не тише и не слабее, чем от трансформаторной будки.

— Наши тренировки — твой единственный шанс на выживание. — парировала она. — Еще раз. Используй свое воображение на максимум. Ставь стену. Ставь блок. Алекс! — голос девушки плавал в окружении, как если бы она делала все это специально. — Представь стену из своей воли. Из своего упрямства. Из своей злости. Ты же любишь злиться?

Она снова ударила. Сейчас это было вполне ожидаемо и предсказуемо, от чего мне казалось, что мне удастся подготовиться.

Все, на что хватало собственной воли и воображения — так это представить подобие каменной кладки вокруг рассыпающегося разума. Сделать ту максимально надежной и толстой. Нерушимой.

Однако, ментальный удар, сформированный Вейлой, снес её с такой простотой, с которой волк сдул домики поросят. Меня вновь швырнуло на пол, а перед глазами поплыли цветные круги, формирующие чудные фигуры.

— Плохо! — Вейла стояла надо мной, скрестив выточенные руки на груди. — Ты мыслишь материальными категориями. Кирпич, бетон, сталь — это всё мусор в мире разума. Здесь важна концепция. Идея. Что для тебя значит «непробиваемость», «нерушимость»?

Я лежал, глядя в бездонное небо Внутреннего Мира. Злость закипала внутри. Злость на себя. Злость на свою слабость, на то, что я так и не смог извиниться перед отцом, не помирился с ним. За то, что оставил семью, оставил ученицу.

— Непробиваемость… — прошептал в пустоту…

Что я защищаю? Ради чего терплю всю ту безмерную жесть, которая происходит со мной в последние месяцы?

Пока что единственный ответ, крутившийся в голове, звучал так: «я защищаю свое право на существование».

— Давай ещё раз. — процедил сквозь зубы поднимаясь на ноги. — Еще раз.

Вейла прищурилась. В её глазах мелькнули блики одобрения.

— Хорошо. Приготовься.

На этот раз строить стены не стал. Мне пришло в голову представить самого себя… пустотой. Абсолютным ничем. Правда в моем понимании, оно было каким-то вакуумом, сквозь который не проходит ничего.

Я стал ничем.

А ничто нельзя сломать.

Удар пришел с такой же внезапностью, как и в прошлые два раза. Мощный, тяжелый, этакий средневековый таран. Но вместо того, чтобы встретить сопротивление и разбить его, он… увядал. С каждым мимолетным мгновением, то и дело, он терялся в окружающей пустоте, рассеиваясь на части и теряя вектор движения.

Он искал цель собственной атаки. Но не находил.

Меня качнуло от силы сопротивления, правда… в этот раз я не свалился на землю.

— Ого-о. — брови Вейлы поползли вверх. — Пустота? Интересный выбор. Рискованный, безусловно, в твоем стиле. Но не забывай, что ты в любой момент можешь потерять личность.

— Это всё? — спросил у неё, с легкой долей радости. В этот раз меня не срубило аки куклу.

— Ха! Размечтался, мой ученик. Неужели ты не знал, что защита — это лишь половина дела? — вскинула девушка носик вверх, чем-то очень довольная. — Теперь попробуй атаковать.

Наставница щёлкнула пальцами, после чего прямо перед ней появилась самая обычная мишень. Белые и красные круги, а в центре черная точка. Но это лишь на первый взгляд, потому что обратившись к собственным силам, обнаружил, как та двигается в энергетическом спектре.

— Это нечто похожее на ментальный узел. Просто облачённый в понятную тебе форму. — объяснила мне девушка. — Сейчас перед тобой задача не размозжить его кувалдой, а проткнуть. Точечно. Хирургически.

Я закрыл глаза, сосредотачиваясь на том, что мы проходили из теории. Как там было? Самый быстрый результат дают «горячие» эмоции. Значит, стоило обратиться ко всей той ярости, горячей, черной, скручивающейся внутри моего тела в тугой жгут. Сжимая её в ослепительно яркую искру, единственное на что был облачен