Холодный космос - Лаас

Индикаторы на терминале Рашид сохраняли зелёный цвет. Температура мозга, кислород, активность височных долей в норме. Но спустя полторы минуты резонатор пискнул тревожно. Индикатор стал жёлтым. Затем красным.

-Профессор, резонансный профиль ушёл с 18 Гц на 34... -сообщила Рашид. - Это не совпадает с известными спектрами.

-Как на 34? – ошарашенный Белов оторвался от монитора. - Это вне границ излучения фрагмента! Подождите...

В тот же момент Анисса закачалась.

-Что-то… что-то не так…

Максим шагнул ближе и схватил её за плечи:

-Рашид, смотрите на меня. Глубокий вдох. Вы дышите? Анисса!

Она смотрела в пустоту. Губы шевелились, но слов не было.

-Мама? - прошептала она, и в этот момент резонатор взвыл.

На голограммах в зале наблюдения кривая ЭЭГ рванула вверх, срываясь в судорожные пики. Красные индикаторы замигали как безумные.

-Срочное обесточивание резонатора! - закричал Белов.

-Не отвечает на команды! Сбой управляющего блока! - отозвался техник.

-Господи... - Шиф схватил микрофон. -Максим, эвакуируй её! Немедленно!

Максим бросил винтовку на ремень, подхватил Анису. Она дёргалась, глаза закатились, пальцы царапали кожу на шее.

-Я должна… увидеть её… Мама… мама жива…

-Нет, мать твою! - зарычал он, удерживая её. - Это не она! Это иллюзия!

Она попыталась вырваться. Срывалась с ног, царапалась.

-Прекрати! Ты не в себе!

Максим ударил её локтем в солнечное сплетение, чтобы сбить дыхание, и повалил на пол, защёлкнув на запястьях экстренные фиксаторы.

В наушнике трещал сигнал Белова:

-Сброс защиты саркофага. Переизлучение сигнала, он действует на другой частоте. Уходите из камеры!

Максим закинул Анису себе на плечо, как мешок, и рванул к выходу.

Шлюз открылся лишь через десять секунд. Каждая показалась вечностью.

Он выбежал наружу, выронив девушку прямо у ног охранников.

-Отключите… всё! - прохрипел он.

Профессор Белов, бледный как полотно, опустился на край консоли и сжал голову руками. В наблюдательной зале стояла тяжёлая, густая тишина, нарушаемая лишь хрипами техники, восстанавливавшей дыхание и треском остывающего оборудования.

Аниссу Рашид немедленно унесли в изолированный медицинский отсек. По пути у неё начались судороги, в глазных капиллярах полопались сосуды, на коже шеи и груди проступили багровые пятна. Мутировавшая волна сигнала задела зоны мозга, ответственные за идентичность и восприятие. Но она была жива. Пока.

Максим сидел на полу у стены, лицо всё ещё красное от напряжения, ладони в ссадинах - он не пожалел силы, удерживая Аниссу, когда она в исступлении попыталась вскрыть себе горло наконечником инъектора.

-Вы... ох..ели, - произнёс он наконец, глядя на Белова и Шифа, стоявших в дверях. Голос звучал тихо, но в нём вибрировала сталь. - Я предупреждал. Не раз. И что? Снова суёте пальцы в розетку, пока вас не сожжёт.

Шиф сделал шаг вперёд, лицо его было напряжено, но голос оставался сдержанным:

-Мы рассчитывали, что резонатор скорректирует основной диапазон сигнала. В прошлый раз...

-В прошлый раз, - перебил Максим, - Я был внутри. Я. Не она. Не кто-то другой. Я. С моей чёртовой нечувствительностью. А теперь вы послали туда обычного человека, пусть и с устройством, в которое даже не заложили возможность автоматической калибровки под другие частоты! Как можно быть такими идотами?

Белов встревоженно встал:

-Мы не могли предвидеть сдвиг в частоте сигнала. Обелиск адаптировался. Это… это-

-Это блядский Обелиск, - выкрикнул Максим, вскакивая. -Он всегда адаптируется! Ваши слова, профессор! Это его фишка! Вы строите защиту на песке и удивляетесь, когда всё тонет! Академики х...евы, Пилюлькины недоделанные.

Рядом стоявший техник вздрогнул и машинально перекрестился.

-Если бы я не зашёл с ней, она бы вскрылась прямо у саркофага, и вы бы получили нового инфектора! А потом опять полкомплекса пришлось бы выжигать! Предыдущего раза с сорока трупами мало!? -Максим ткнул пальцем в грудь Шифу. -И всё ради чего? Ради ваших графиков?

Шиф выпрямился, глаза блеснули:

-Нам нужно было проверить резонатор. Без рис...

-Без риска?! - от Максима словно шарахнуло. - Ты, мать твою, это серьёзно сейчас сказал?! Мы работаем с куском психоактивного инопланетного мозга, а ты тут про ''без риска''?! Вы на грани того, чтобы повторить Титан, только с многомиллиардным населением под боком! Похоже, только у меня здесь самосохранение работает.

Белов шагнул вперёд, успокаивающе подняв руки:

-Это был наш просчёт. Повторения не будет. Все испытания приостановлены. Мы займёмся перекалибровкой сигнальной решётки и...

-Знаете что, профессор, - Максим в упор посмотрел ему в глаза. - Я больше в этом цирке не участвую!

Он прошёл мимо них, тяжело дыша, сжав кулаки так, что костяшки побелели. В коридоре его перехватила связистка из наблюдательной группы.

-Краснов, подождите. Мы сняли телеметрию, у вас пульс 170, и...

-Не трогай меня, - бросил он, не останавливаясь. - Передай своим полудуркам в наушниках: эксперимент провалился. А следующий опять закончится трупами.

Он ушёл, не оборачиваясь в раздевалку. Там он уселся на металлической скамье у эвакуационного выхода, тяжело дыша, уронив голову на сцепленные руки. За последнюю неделю его довели до грани срыва. И всё же хуже всего было то, что он ожидал провала.

Раздался мягкий шелест шагов. Кто-то приблизился. Максим даже не поднял головы.

-Уйди, Леонид. Серьёзно. Я не в духе.

-Не могу. Прости.

Максим устало вскинул голову. Шиф стоял перед ним, на удивление без охраны, без пафоса, без приказов. Просто человек в белой униформе форме, выглядящий на десять лет старше, чем утром.

-У нас нет никого другого. Евгения не в счет, - сказал он тихо. -Без тебя мы слепы. Ты можешь ненавидеть нас, но, если не поможешь - эти вещи все равно поглотят нас рано или поздно. Ты ведь сам это видел, чёрт побери.

-Видел, - кивнул Максим, откидываясь к стене. - И именно поэтому я не хочу повторения.

-Так не допусти его.

Пауза. Тишина. Максим прошептал:

-И ради этого вы чуть не угробили Рашид? Опять чуть не угробили весь комплекс?

-Нет, - покачал головой Шиф. - Это был просчёт. Мы надеялись, что фрагмент будет вести себя как в прошлый раз. Но он изменился. Система резонансного гашения просто не подстроилась. Протоколы адаптации мёртвы.

-Значит, ваш щит - дырявый, как штаны пьяного бомжа. И от простого сдвига частоты всё рушится.

-Именно.

Максим провёл рукой по лицу и вдруг произнёс, глядя в пол:

-Надо менять саму архитектуру подавления. Простые алгоритмы не справятся.

Шиф нахмурился.

-Что ты имеешь в виду?

Максим встал. Медленно, размеренно, будто выговаривая самому себе:

-Нейросеть. Адаптивная... рекур... рекун... Вспомнил! Рекуррентная, обучаемая. Живая, в каком-то смысле. Она