Босс всех боссов - Наиль Эдуардович Выборнов

— Тогда поехали прямо сейчас, — он поднялся, откладывая кружку с недопитым кофе. — У меня есть машина, и лучше выкупить землю вдалеке от города, пока не началась жара. Городскими лотами займемся уже завтра, ехать не придется.

Я кофе тоже не допил, но все равно взбодрился. Мы сели в машину и отправились по пыльной дороге на юг. Проехали через несколько городков, и я купил первый участок у фермера по имени Клетус. При первом взгляде на его хозяйство было понятно, что последние несколько лет дела идут не очень хорошо.

Но у него была вода. Через участок проходил небольшой ручей. Я убедился, что вода тут есть круглый год — шла она из подземного источника, и даже в жару не пересыхала. Сейчас же не пересохла.

Его мы выкупили за полторы тысячи долларов, а еще я дал ему дополнительно триста на то, чтобы он мог покрыть долг перед банком. И сразу же выписали договор аренды — застраивать тут я пока ничего не собирался, так что пусть продолжает вести дела.

Второй участок был дальше от города, и там была подземная скважина. Хозяин ранчо умер полгода назад, и участок продавал его сын, он согласился на восемьсот долларов. Я даже предложил ему поторговаться, но он сказал, что ему плевать на цену, и он хочет как можно скорее уехать в Лос-Анджелес или хотя бы в Рино. Я так понял, земля у него была больше проблемой, чем ценностью.

Так прошла вся первая половина дня. Мы начали вдалеке от города, а потом ехали все ближе и ближе. Деньги утекали из чемодана, но их место занимали документы с правами собственности на землю, заверенные Харрисом, как юристом.

К обеду у меня было уже три тысячи акров земли, большей частью с водой или по крайней мере около дороги. Я собирался купить еще две, и на этом закончить. Хотя глядя на все это, у меня возникало странное ощущение, как будто я сливаю деньги на бесплодную пустыню. Если бы я лично не видел в будущем, что тут будет потом, то вряд ли решился бы на это. Но я видел.

Потом я предложил поехать в Гудспрингс, чтобы пообедать, переждать самое жаркое время, а потом продолжить.

Дорога до Гудспрингса заняла около часа, и ехал Харрис совсем медленно — она была грунтовой, с ямами, трясло безбожно. И он, похоже, боялся убить подвеску, и так дубовую.

Гудспрингс встретил нас тишиной. Тут было несколько деревянных зданий вдоль единственной улицы. Я знал его историю — тут была горнодобывающая компания, которая построила этот городок. Потом компания ушла, и он стал медленно умирать.

Ощущение возникло странное. В игру-то я играл, и салун этот видел, как и магазин по соседству. Назывался он, правда, иначе, но выглядел так же — деревянный, с широкой верандой, с вывеской, которая была когда-то яркой, а теперь выцвела до неразличимости. Но построен был основательно.

На стуле на веранде дремал черный старик в соломенной шляпе. Это напомнило мне кое-что, и даже вызвало улыбку. Но я прошел мимо, чтобы не потревожить его сон. Хотя разбудить и спросить, есть ли у него динамит, мне очень захотелось.

Внутри же было прохладнее, чем снаружи — толстые деревянные стены держали температуру, вентиляторы под потолком крутились. За стойкой стоял мужчина лет пятидесяти, широкоплечий, с короткой седой бородой. Посетителей оказалось неожиданно много. Как будто все в городе, кто мог себе это позволить, отправились сюда.

— Что будете? — спросил он.

— Пиво есть? — спросил я.

Вопрос был прямой, но неудобный — пиво было запрещено везде, сухой закон. Но он спокойно ответил:

— Пиво есть.

— А что-нибудь поесть?

— Жареная курица и фасоль.

— Будем все. И мне хотелось бы поговорить с хозяином.

— Я — хозяин, — сказал он, а потом протянул мне руку через стойку. — Карл Вассерберг.

— Чарльз Лучано, — представился я в ответ. — Тогда мы сперва поедим, а потом поговорим.

Мы сели за стол. Прошло минут пять, а нам уже принесли жареную курицу и пиво, холодное — похоже, оно хранилось где-то в подвале. Это уже само по себе было чудом. Я сделал глоток и принялся за еду. Управились быстро, а я так вообще успел проголодаться, будто и не ел с утра.

Хозяин подождал немного, а потом подошел к нам и тоже сел.

— Я хочу купить это место, — сказал я.

Он посмотрел на меня с удивлением. Кому мог бы понадобиться салун в умирающем городке? Харрис посмотрел на меня с не меньшим удивлением, хотя я его предупреждал. Но он, похоже, не ожидал, что этим бизнесом будет просто старый салун.

— А я не уверен, что хочу его продавать, — ответил хозяин.

— Вы еще даже не выслушали условия, — я улыбнулся. — Я дам вам пять тысяч долларов. Вы останетесь управляющим, все будет работать так же, как сейчас. Я буду владельцем, а вы будете вести дело так же, как считаете нужным. Я оплачу ремонт и буду платить вам триста долларов в год сверху того, что вы и так заработаете.

Карл посмотрел на меня и спросил:

— И зачем вам это? Это место находится в самом центре гребаного ничего. Мы едва сводим концы с концами, и разбогатеть тут не получится.

— Я знаю, — кивнул я. — Но мне нравится это место. Поэтому я хочу его купить.

Вассерберг посмотрел на меня и спросил:

— Триста долларов в год? И все, что я заработаю…

— Все, что вы заработаете, будет вашим, — кивнул я. — И ремонт. Может, вам кровлю надо поменять или еще что-то.

— Кровлю надо, — он почесал бороду. — В восточном углу все рассохлось.

— Я дам денег прямо сейчас, — сказал я. — Почините.

Он подумал секунду, потом встал.

— Дайте подумать до завтра.

— Хорошо, — я улыбнулся. — Мы вернемся завтра и обсудим все еще раз.

Он поднялся и ушел, мы же продолжили пить пиво. Я внимательно рассмотрел зал. На деревянных стенах висели старые фотографии и охотничьи трофеи. Это хорошее место, неудивительно, что его добавили в игру.

А потом Карл без всякого предупреждения вернулся и поставил на стол небольшой кувшин и две рюмки.

— Это за счет заведения, — сказал он. — Угощаю.

— А что это? — поинтересовался я.

— Местное,