Марвел Сингулярность - Tatoshka_kortoshka

* * *

Сон упорно не шел. Я отошел от подоконника — возвращаться в постель и снова сверлить взглядом потолок не было ни малейшего смысла. Внутри сжималась тугая пружина глухого напряжения, и ослабить ее простым усилием воли никак не выходило. За эти сутки на одной доске сошлось слишком много смертельно опасных фигур. Разговор с Ксавье оставил двойственное послевкусие: с одной стороны — колоссальное облегчение, с другой — холодное понимание того, что мы только что втянули мутантов в войну, истинных масштабов которой они пока не представляют.

Раз уж нервная система, разогнанная до предела недавними стычками и мутацией от сыворотки, отказывалась переходить в спящий режим, нужно было хотя бы обмануть желудок. Накинув легкую толстовку, я бесшумно выскользнул в коридор.

Особняк спал, укутанный густыми тенями и тяжелым, монотонным шумом весеннего ливня, барабанящего по крыше. Мои обостренные чувства легко вычленяли из этой ночной симфонии скрип старых половиц и отдаленное, мерное дыхание обитателей школы. Я двигался плавно, словно призрак, стараясь не тревожить хрупкий покой, пока наконец не добрался до просторной, сверкающей полированным хромом кухни.

Здесь царил стерильный порядок, выдающий строгую дисциплину местных наставников. Рассчитывать на глоток крепкого бурбона в образовательном учреждении для одаренных подростков было бы верхом наивности. Поэтому, распахнув массивную дверцу промышленного холодильника, я довольствовался малым — вытащил из стройного ряда ледяную банку вишневой газировки.

Металлическое кольцо поддалось с резким, сочным шипением. Я сделал долгий глоток, чувствуя, как холодная сладость немного остужает перегретые мысли. Прикрыв тяжелую дверцу холодильника, я только собрался опуститься на высокий барный стул, чтобы перевести дух, как атмосфера на кухне неуловимо изменилась.

Даже мой улучшенный слух не уловил шагов — поразительно для кого-то столь массивного, — но инстинкты, отточенные постоянной борьбой за выживание, буквально взвыли об опасности. Секундой позже рецепторы распознали густой, тяжелый запах: агрессивная смесь дешевого табака, потертой кожи и чего-то первобытного, звериного.

В дверном проеме возникла коренастая, неестественно широкая в плечах фигура. Мужчина шагнул в полосу бледного света от дежурной лампы, и я безошибочно узнал его. Каноничный, словно сошедший со страниц мрачного комикса: густые бакенбарды, хищный прищур темных глаз и руки, покрытые жесткой шерстью, которые казались отлитыми из сплошного куска стали. На нем была простая белая майка, уже успевшая где-то испачкаться в машинном масле, и затертые до дыр джинсы.

Логан замер на пороге, лениво перекатывая в зубах незажженную сигару. Его ноздри едва заметно дрогнули, втягивая воздух, — он оценивал меня, разбирая мой запах на мельчайшие молекулы, точно так же, как я сейчас анализировал его габариты и скрытую угрозу. В этом молчаливом столкновении не было открытой враждебности, но пространство между нами мгновенно потяжелело от напряжения двух опасных хищников, случайно оказавшихся на одной территории.

— Надеюсь, ты не выпил последнюю вишневую, пацан, — прорычал Росомаха низким, рокочущим голосом, который походил на звук работающего танкового двигателя на холостых оборотах. — Потому что нормального пива в этом детском саду днем с огнем не сыщешь, а мне срочно нужно промочить горло.

Я демонстративно поднял полупустую банку, салютуя в воздухе, и криво усмехнулся: — Расслабься, там еще осталась пара банок диетической колы. Хотя, судя по твоему цветущему виду и аромату дешевого курева, тебе больше подойдет неразбавленный медицинский спирт. Я Маркус.

Мутант хмыкнул, ничуть не задетый откровенной колкостью. Подойдя к холодильнику вразвалочку, он бесцеремонно отодвинул меня плечом, порылся на нижних полках и извлек на свет запотевшую бутылку с подозрительно мутной жидкостью. Явно чья-то заначка, спрятанная от бдительных местных наставников.

— Логан, — буркнул он, свернув крышку небрежным движением большого пальца. — И если думаешь, Маркус, что дешевый сарказм делает тебя неуязвимым, то глубоко заблуждаешься. Меня не было в этой богадельне всего пару суток, ездил проветриться в город. Возвращаюсь — а наш лысый благодетель устроил тут проходной двор. Кто вообще пустил вас в поместье?

— Технически мы притащили пациента, который остро нуждался в экстренной починке мозгов, — парировал я, наблюдая, как Логан вливает в себя добрую половину бутылки. — Так что считай это гуманитарной миссией, а не визитом вежливости. Странно, что школьные телепаты не ввели тебя в курс дела прямо с порога.

— Я блокирую эту ментальную болтовню, пацан. От нее потом жуткая мигрень, — огрызнулся Росомаха, утирая губы тыльной стороной широкой ладони. — К тому же я привык доверять собственному носу. А он подсказывает, что от тебя за милю разит проблемами правительственного масштаба.

Наш обмен любезностями прервал едва уловимый шорох. Для обычного человека появление Наташи Романофф стало бы полнейшей неожиданностью, но мы с Логаном одновременно повернулись к двери еще до того, как шпионка переступила порог. На ней был все тот же строгий тактический костюм, разве что без тяжелой кобуры, а в чуть прищуренных глазах читалась та же вязкая бессонница, что грызла и меня.

— Мальчики, вы слишком громко обсуждаете свои глубокие душевные травмы, — произнесла Черная Вдова, грациозно опускаясь на соседний барный стул. — Некоторые нормальные люди вообще-то пытаются уснуть.

— А некоторые шпионки спят с одним открытым глазом и ножом под подушкой, — немедленно оскалился Логан, подозрительно принюхиваясь к новой гостье. — От тебя несет порохом, кровью и интригами, дамочка. Мой любимый коктейль.

Наташа не успела парировать: тишину кухни разорвал короткий вибрирующий звук коммуникатора во внутреннем кармане ее костюма. Она мгновенно выудила устройство, и ее лицо, тускло освещенное экраном, превратилось в непроницаемую маску.

— Начальство не спит? — иронично поинтересовался я, делая очередной глоток по-прежнему ледяной газировки.

— Фьюри требует доклад. Прямо сейчас, — сухо констатировала Романофф, убирая телефон. — Боюсь, наша уютная ночная посиделка подошла к концу. Мне пора возвращаться на базу.

— В этом нет никакой необходимости, Наташа. По крайней мере, вам совершенно незачем сбегать под покровом ночи, — раздался спокойный бархатистый голос, от которого по спине невольно пробежал холодок.

В дверном проеме плавно и бесшумно возникло инвалидное кресло Чарлза Ксавье. Ни я, ни Логан не уловили его приближения — видимо, профессор мягко отвел наши восприятия, чтобы не привлекать внимания раньше времени. Несмотря на глубокую ночь, он выглядел безупречно собранным, словно не он всего пару часов назад вытаскивал истерзанный разум Баки Барнса из пучины безумия.

— Доброй ночи, — мягко продолжил телепат, переводя проницательный взгляд с напряженной Вдовы на нахохлившегося Логана. — Агент Романофф, я прекрасно понимаю специфику вашей работы и ни в коем случае не собираюсь препятствовать выполнению долга. Можете смело передать директору Фьюри все детали нашего недавнего соглашения. Не нужно ничего скрывать.

Наташа неуловимо подобралась, вытянувшись в струну.

— Вы добровольно позволяете мне раскрыть координаты базы мутантов главе Щ.И.Т.