Вольный наследник. Том 2 - Артём Кей

к ним никаких нет. Но имеется множество недочётов и несостыковок. И, по сути, все они ведут к вам. Недавно я узнал – совершенно случайно, — что вы не так безобидны, как пытаетесь казаться. К тому же ваш вклад в победу в Винланде и Стронбилде максимально преуменьшен.

— Так а от меня что вы хотите? — спросил я, напряжённо думая, как бы вывернуться из этой ситуации.

«А случайно он узнал – это чей‑то разговор подслушал. Найти бы этого болтуна или болтунов, да натравить на них Амалию. Или ещё хуже – заставить с ней тренироваться. Если это, конечно, не она проболталась».

— Я хочу понять. Вы же не просто так это скрываете?

— Видите ли, Владислав Николаевич, — приготовился я вешать лапшу на уши, — дело в том, что эта информация вас не касается. Как она не касается и тех людей, которые вам приказали присылать отчёты. Все, кто нужно, в курсе положения вещей.

— Но мне ведь нужно отправлять отчёт в столицу. Этот отчёт покажут императору…

— А откуда вы об этом знаете? — решил я поиграть в шпионов и нагнать тумана.

— Но ведь моё начальство сказало, что это требование вашего отца.

— Вот если бы мой отец пришёл к вам лично и сказал об этом, то это одно. А передать другие люди вам могут всё что угодно. Боюсь, вы оказались втянуты в какие‑то игры вашего руководства.

— Так что же мне делать?

— Ничего. Отправляйте отчёт.

— Но ведь вы там выставлены не в лучшем свете.

— Так и надо. Не задавайте лишних вопросов. Всё, что вы смогли узнать по графине и коменданту, смело пишите. Всё, что вы узнали про меня – что я оболтус, разгильдяй и лодырь, — оставляйте как есть.

— Хорошо, — недоуменно согласился со мной новый мэр.

После того как он ушёл, я выдохнул. Чуть не спалился! Хорошо хоть он ко мне пришёл, а не накатал какую‑нибудь депешу из своих домыслов, фантазий и необоснованных слухов.

Интересно, кто у нас там такой говорливый нашёлся, что на каждом углу правду‑матку рассказывает. Я этих болтунов в Мёртвые земли с собой возьму и потеряю – на всякий случай, чтоб больше лишнего не болтали.

Врать, конечно, нехорошо – с одной стороны. А с другой – ничего противозаконного не делаю. Так, лишь преуменьшаю свои способности. Кому расскажешь – вряд ли поверят.

Но не думаю, что Владику Николаичу что‑то за это будет, даже если потом вскроется. А то, что рано или поздно придётся выходить из тени, — это к старой волшебнице не ходи. Вот тогда‑то и возникнут вопросы к Боброву. Но мы с ним это обговаривали: если что, скажет, что я запретил строго‑настрого – в целях сохранения военной тайны, поддержки боевой мощи страны и так далее, и тому подобное.

Надеюсь, всё обойдётся.

***

Прошло два месяца с тех пор, как Виктор вернулся обратно на учёбу.

Одногруппники начали было приставать с вопросами, что он делал на каникулах. Но он всех отшил, ссылаясь на то, что работал в лавке отца. Ничего весёлого и интересного.

Про свои приключения на службе он никому решил не рассказывать. Да и про службу в целом тоже.

Но вообще, конечно, было круто. Он был горд за себя: первый боевой трофей – и не какой‑нибудь, а снятый с аристократа другой страны, побеждённого им в честном поединке. Это его очень радовало и поднимало его значимость в собственных глазах.

План производства амулетов, который они разработали с принцем Александром, он начал воплощать сразу. Причём секретность была одним из главных критериев.

В разных концах города он нашёл кузнецов, которые могли делать заготовки. Каждый амулет состоял из двух основных частей: основа, на которую наносились руны и которая запитывалась магией. А также корпус, состоявший из двух половинок. На корпусе были руны управления амулетом, а также руна спаивания корпуса – принц Александр почему‑то назвал её технологической.

При сборке внутрь ложилась основа амулета, активировалась эта технологическая руна – и амулет превращался в цельный. Разобрать его аккуратно уже не выйдет: только ломать или резать. При этом всё, что внутри, уже маловероятно восстановить и понять, что там.

Кузнецы начали делать заготовки – и каждую неделю он ходил их забирать.

Проблема была только в магах: необходимо было найти тех, кто согласен заниматься этой работой. Сложности здесь никакой не было – лишь монотонность. Но он справился: нашёл четверых. И дело пошло.

Проблема пока что была в продажах. Их амулет был не особо дорог и по сравнению с другими выглядел непрезентабельно.

Но тем не менее понемногу их покупали – штук по пять в неделю. Это, конечно, не то, на что они рассчитывали: Александр сказал, что на первое время в месяц нужно изготавливать не менее ста и не более двухсот штук. Товар начал копиться на складе. Виктор уже отчаялся, но помнил слова Александра: товар должны распробовать.

А спустя две недели продажи начали потихоньку расти – и выросли до пятнадцати штук в неделю. Это уже было ближе к тому, о чём они говорили с Александром.

Покупали эти амулеты в основном наёмники, купцы и даже стражники. Многие из них частенько попадали в различные передряги, несовместимые с жизнью. И, как ни странно, амулеты, которые он продавал, отрабатывали на отлично.

Естественно, в пути или по долгу службы люди общались. Один стражник рассказал другому, как недорогой амулет спас его от кинжала бандита; во второго пьяный аристократ кинул магией – и амулет помог; охранник каравана смог выжить лишь благодаря этому амулету при нападении разбойников; купец, которого попытались ограбить, смог отбиться благодаря амулету.

Спустя месяц после начала продаж Виктору пришлось дополнительно нанимать людей для изготовления амулетов: их просто сметали с полок.

А когда к нему обратилась одногруппница с вопросом о закупке амулетов для дружины, он наконец‑то понял, что всё делает правильно.

Отец даже приезжал сам лично посмотреть, что они здесь устроили. Так‑то он был в курсе: Виктор в письме объяснил всю ситуацию. Но всё же приехал посмотреть лично.

В общем, пока что все довольны.

Единственное, от чего он пока недоумевал, — это отношение к нему женского пола. Как только все поняли, что он взялся за ум и теперь зарабатывает неплохие деньги, на него начали всё сильнее поглядывать девушки – как из его группы, так и из других. Нет, на шею пока